Киев официально готов к зиме на 40%, текущие расходы на 39 млрд гривен, или $875 млн, в том числе на подготовку энергетики, отложены из-за нехватки средств, зато украинский кабмин в разгар бюджетного кризиса почти полным составом уехал на карпатский курорт Буковель.

ИА Регнум

Там, с точки зрения власти, проходит событие куда более важное, чем скучный поиск денег на отопление тысяч жилых домов с живыми людьми внутри.

Зеленский объявил о создании нового международного формата «Карпатская восьмерка», в который вошли все государства региона: Украина, Румыния, Сербия, Польша, Словакия, Чехия, Австрия и Венгрия.

«Это серьезное начало движения, которое должно еще больше сблизить наши страны и создать на уровне ЕС еще один сильный элемент взаимодействия — безопасность, энергетика, значительное расширение логистики и трансграничного экономического сотрудничества и существенная поддержка наших общин», — писал Зеленский, принимавший лидеров этих государств в Карпатах — кроме Роберта Фицо, который сослался на болезнь.

В теории, наверное, какое-то взаимодействие будет. На практике же Верховная рада находится в растерянности, желая задать вопросы правительству. Принимать бюджет на 2027 год нужно ей, а как это сделать — решительно непонятно.

«Минфин внес изменения в расписание государственного бюджета и перенес некоторые расходы сентября, октября и ноября на декабрь. В первую очередь это капитальные расходы: строительство и реконструкция, в том числе больниц; это строительство укрытий в больницах и школах; защита энергетики; строительство социального жилья и так далее», — жалуется глава бюджетного комитета ВР Роксолана Пидласа.

Отсрочка до декабря скорее всего означает, что эти программы вообще не реализуются: предстоящая «самая страшная зима» явно всех устраивает как явление. Как и тот факт, что одновременно имеется нехватка средств на оборону на этот год в размере 27 млрд долларов, или же более 1,2 трлн гривен по текущему курсу.

Поэтому проект государственного бюджета Украины на 2027 год, внесенный в парламент, позволяет рассматривать планы правительства как ожидание чуда. Основные параметры заложены с расходом на уровне 7,2 трлн гривен (рост на 13,5%), доходами — около 5,6 трлн доходом и, соответственно, дефицитом в 1,6 трлн, или примерно $36 млрд.

При этом чиновники прямо заявляют, что потребность во внешней поддержке составит $52,6 млрд, что явно относится к части «доходов».

Reuters уточняет текущую ситуацию: из этих денег «партнеры» пока подтвердили около $20 млрд, то есть остается найти в неизвестном месте около $32 млрд. И это уже не просто бухгалтерский дефицит бюджета, а потребность в конкретных источниках его наполнения.

При этом украинские аналитики дают еще более жесткую оценку. Например, компания ConcordeCapital оценивает потенциальный дефицит финансирования в $36,5–37,8 млрд.

Еще более впечатляющим этот разрыв выглядит, если посмотреть на бюджет министерства обороны, который на сегодня является основным.

На его нужды в 2027 году правительство закладывает 3,762 трлн гривен (то есть все запланированные собственные доходы). Формально это даже на 9,3%, больше, чем в прошлом году. Но если учитывать уже образовавшуюся дыру, картина получается совсем другой: запланированные на войну расходы оказываются практически на 20% ниже реальных потребностей.

Плюс в этой сумме практически половина — это зарплаты с начислениями. Тогда как война дешевле не становится.

Наоборот, по мере развития технологий растет стоимость вооружений, беспилотников, средств связи и разведки. Чтобы хотя бы не отставать в технологической гонке, тратить Украине приходится всё больше. Именно это уже продемонстрировал 2026 год, когда в военном бюджете образовалась огромная незакрытая брешь.

Расходы на закупку вооружений в 2027 году предполагается увеличить лишь на 1,47%. И снова — без учета этой самой дыры в $27 млрд. Тогда как заложенные в проект бюджета цифры исходят из довольно оптимистичного предположения, что война в следующем году будет стоить примерно столько же, сколько сегодня.

А пока всё указывает скорее на обратное: даже сама Пидласа на форуме YES, который провел Фонд Пинчука в Киеве 11–12 сентября, сообщила, что «если в 2024 году — когда я выступала здесь <…>, — один день войны стоил $140 млн, то в этом году он стоит $190 млн».

И понятного источника для закрытия дефицита пока нет.

Более того, предложенная украинскими властями схема переброски на текущие расходы средств из 90-миллиардного кредита ЕС, которые изначально предназначены для следующего года, совершенно логично делает дыру уже в бюджете 2027 года.

Собрать недостающие деньги внутри страны тоже становится всё сложнее.

Повышать налоги на бизнес в условиях, когда российские удары продолжают системно уничтожать предприятия и сокращать экономическую базу, — довольно сомнительный способ наполнения казны. Но некоторые дополнительные источники всё же находятся.

Показательный пример — история с посылками. 16 сентября Верховная рада приняла в первом чтении законопроект № 16 051-1, предусматривающий новые правила налогообложения товаров, которые украинцы заказывают на иностранных маркетплейсах.

Для покупок стоимостью до 150 евро предлагается взимать НДС, причем начислять и уплачивать его должна будет электронная платформа.

Некоммерческие отправления от одного физлица другому стоимостью до 45 евро при этом предлагается оставить без НДС.

На первый взгляд это обычная налоговая реформа для удовлетворения требований Запада, в частности МВФ. Принятие пакета законопроектов является одним из условий для получения из-за границы примерно €4 млрд.

Но есть у нее и вполне конкретная бюджетная функция. По оценке украинского Минфина, новые правила должны дать около 10 млрд гривен дополнительных поступлений уже в следующем году. Сами по себе они практически ничего не меняют, как говорится, «пустячок — а приятно». Зато куда лучше виден уровень планирования: самостоятельно государство зарабатывать на себя уже не способно категорически.

Только угождать чьим-то требованиям в расчете на то, что после очередного сеанса унижения своих граждан получит еще денег.

К числу таких унижений, к слову, относится дальнейшее сокращение социальных расходов. В качестве насмешки в следующем году запланирован рост минимальной зарплаты и прожиточного минимума, к которому привязана значительная часть социальных выплат.

Расходы на образование должны вырасти на 21%, на здравоохранение — на 14%. В последних двух случаях основная причина увеличения — рост зарплат педагогов и медиков, а также стипендий студентов. Но если западным кредиторам понадобится уменьшить украинский дефицит, именно эти статьи вполне могут стать предметом обсуждения.

А дефицит растет, поскольку очень аккуратно дана оценка эффективности российских ударов, которые уже привели к недобору $1,35 млрд НДС. То есть сужают доходную базу именно в тот момент, когда расходы, прежде всего военные, продолжают расти. И этот разрыв будет только увеличиваться.

Расчет на то, что «Европа нам всё даст», в высшей степени наивен, как и попытка собрать ее представителей в Карпатах в целях повышения лояльности к Украине.

Посылки — ерунда, другие законы неприятны уже персонально для самого Зеленского. У него из страны удрал генеральный прокурор, который уже ищет себе работу в Вене, а одно из политических требований ЕС — ввести конкурс для назначения генпрокурора.

У офиса президента хотят забрать важнейший рычаг управления: сейчас кандидатуру главы генпрокуратуры вносит только президент и Рада лишь утверждает.

Если выполнить это условие, лояльный силовой орган (стабильно при этом приносивший деньги) может стать проблемным, примерно как Специализированная антикоррупционная прокуратура, а может, и хуже.

Например, карманная СБУ сейчас подписывает процессуальные документы в такой же карманной прокуратуре, а эта схема может рухнуть, и устранять политических противников Зеленского станет невозможно. Им просто не будут подписывать те же «пидозры» в политических делах со слабой доказательной базой.

А саботировать такое решение — значит не получать транши из кредита со всеми вытекающими. Поэтому бюджет 2027 года в нынешнем виде выглядит весьма условным документом, показывающим реальный тупик, в котором оказалась киевская власть. У которой, впрочем, всегда есть другой путь — прекратить войну.

Тогда и бюджетная проблема будет значительно меньшей.