Государственная дума очередного созыва начала работу. Законов ещё не обсуждала, но одно нововведение принято: в думской столовой заметили исчезновение котлеты по-киевски.

ИА Регнум

Популярное блюдо теперь нарекли скромно — котлета со сливочным маслом. Скажется ли это на законотворческой деятельности — на сей момент неведомо.

Но если серьезно, вряд ли к переименованию причастны депутаты. Скорее, бдительность проявил руководитель среднего звена на ниве общепита. Если Киев — враг, то и котлете по-киевски не бывать.

В былые времена такие инициативы называли «квасным патриотизмом».

Интересно тут вот что. На Украине, как известно, царит пандемия переименований, которые приобрели доходящий до абсурда характер.

Украинские русофобы вытравливают любые следы русского влияния, хотя благодаря ему и существует их нынешнее государство. По идее, естественной реакцией было бы зеркальное удаление украинской топонимики в России.

Но этого не происходит. Казус с котлетой смешон и исключителен. «Киевскому» торту и корчме «Тарас Бульба» ничего в России не угрожает.

Недавно и мэр Москвы категорически отверг идею о переименовании, назвав украинский народ «братским», и добавил: «Когда совсем нечего делать будет, начну топить за переименования».

Нет, российские власти и на досуге не возьмутся за уничтожение украинских наименований, коих на карте только Москвы десятки. Я чуть не каждый день проезжаю по Днепропетровской улице, сворачиваю на Кировоградскую и далее на Сумскую. Хотя на самой Украине уже нет ни Днепропетровска, ни Кировограда.

Почему Россия не опускается до ответной реакции и даже мыслей подобных не вынашивает?

А Россия — пусть недругов от этого и корежит — великая и обширная империя, которая прошла через трудные вековые испытания. Вокруг рушились соседние империи, а она росла и набиралась ума. И теперь в России живет народ, похожего на который нет в других странах.

Русский — понятие надплеменное, наднациональное. Русский — категория высокой и единой культуры, не связанной ни с узкой этнографией, ни с местом проживания.

Русские — это интегрированное понятие, они собрали и сохранили национальные традиции многих народов. В том числе украинского.

Мы гордимся достижениями Украины, не отрицаем их и не вытравливаем из истории. Стереть с нашей карты украинские имена, вычеркнуть из памяти — невозможно, это было бы самоистязанием.

Как одной рукой отсечь другую.

Украина по революционной прихоти большевиков возникла на карте недавно, государственной традиции не имеет и слагает о своей истории подростковые мифы. Эти мифы часто оборачиваются глупым абсурдом.

Вот, к примеру, по велению западных кураторов на Украине началась мобилизация женщин в войска беспилотных систем. Девиз мобилизации — «Бей, как святая княгиня Ольга!».

Это исторический персонаж X века, первая христианка на Руси. Но Ольгу привезли в Киев из Пскова, а ее муж Игорь прибыл из Новгорода.

Кого била Ольга? После коварного убийства супруга княгиня перебила местное племя древлян, которых можно считать прямыми предками украинцев. На кого, по логике, должны быть обращены дроны?

История на Украине стала перевертышем.

Разрушая памятники и вычеркивая русские имена, Украина не наносит ущерба России, но обкрадывает себя.

Да, история — это политика, опрокинутая в прошлое. На украинский престол взгромоздились националисты, которым кажется выгодным стереть память обо всем, чем Украина обязана России. Известно, что все советские республики получали дотации из федерального бюджета, а донорами были лишь Россия и Белоруссия. И даже Украина с развитой стараниями всего СССР индустрией черпала из общего кармана.

Нахлебником была не Восточная Украина, а Западная, где произрос махровый национализм.

В 1990 году производство на душу населения в РСФСР составляло 17,6 тысячи долларов, а потребление — 11,8 тысячи. На Украине показатели были соответственно 12,4 и 13,3. Но что-то не припомню, чтобы русский человек жаловался на то, что подкармливает украинца.

Выдающийся ученый Дважды Герой Соцтруда, Герой Украины академик Борис Патон, который 60 лет возглавлял Академию наук Украины, считал распад СССР величайшей людской бедой.

Заслуги Патона велики, польза от его работ в металловедении и сварке неимоверна, но националисты нещадно травили ученого. Его вина — верность русскому языку и дружба с русскими коллегами.

Престарелый ученый пробирался на работу сквозь толпу, которая скандировала «Геть Патона!». Ученый брезгливо называл националистов «шароварщиками».

Кстати, мост через Днепр, построенный отцом академика, был взорван немцами, которые ходят теперь у Киева в закадычных друзьях.

Украина выдумывает историю, будто выдувает мыльный пузырь. По опросам рейтинг выдающихся деятелей истории и культуры возглавляет Тарас Шевченко. За ним следуют Иван Франко и Леся Украинка.

Вдалеке историческая гурьба — Богдан Хмельницкий, Ярослав Мудрый, княгиня Ольга.

Но состав первой тройки символичен.

Все трое — сказочники и письменники. Но их вклад в мировую культуру — как след змеи на воде. Случайно ли, все трое наделены, мягко говоря, сомнительными нравственными качествами.

К слову, сохраняя верность декоммунизации, Украина должна бы отменить и Лесю Украинку, которая перевела на украинский язык Карла Маркса.

Последнее историческое изобретение киевских властей — создание национального Пантеона, в котором покоятся деятели, сотрудничавшие с нацистской Германией. Эти деятели причастны к трагедии Бабьего Яра, к гибели сотен тысяч советских людей.

Ну и что, Германия воевала с СССР, а враги СССР — наши друзья. Неудивительно, что в Киеве демонтирован памятник генералу Ватутину, который освободил город и погиб в бою с бандеровцами.

Вернемся теперь снова к котлете по-киевски. Что связывает куриную отбивную с Киевом? Тоже русский подарок. Историк гастрономии Вильям Похлебкин еще в спокойные времена установил, что это творение кулинарного искусства появилось в Петербурге в Купеческом клубе незадолго до Первой мировой. В советское время котлета чудесным образом прописалась в Киеве, но нам не жалко.

А перед нашей Думой стоят серьезные проблемы. В том числе и по части судьбы горемычной Украины. И путь к разуму русского депутата лежит вдалеке от гастрономии.