Вячеслав Игрунов. Восток просыпается
Неожиданный взрыв гражданского неповиновения, сопровождающийся массовыми уличными акциями протеста, вызванный незаконной высадкой американских военнослужащих в Феодосии, произвел эффект разорвавшейся бомбы. Мы привыкли к бурным акциям, инициированным националистическими политиками Киева или Галиции, доходящим до массовых беспорядков кампании "Украина без Кучмы" или "оранжевой революции". Но от спокойного, то ли конформистского, то ли оппортунистического юго-востока Украины такого не ждали. А напрасно. Наблюдение за массовым поведением украинцев должно было вызвать совсем другие ожидания.
Беда в том, что украинская социология, во всяком случае, доступная в России, бедна исследованиями - особенно качественными - гражданской активности и электорального поведения, да и те материалы, которые оказываются доступны, вызывают сомнения: очень уж заметен оттенок ангажированности. Возможно, именно поэтому отечественные аналитики пропустили момент перехода активности на Востоке от маргинальных групп к широкому общественному движению. Отсутствие новых концепций и гипотез в социологических ис-следованиях вынуждает наблюдателя анализировать характер электоральной активности, в надежде понять, есть ли резервы гражданской мобилизации для новых политических сил.
Прежде всего, предстояло понять, насколько можно оперировать данными избирательных комиссий, не являются ли они своего рода артефактами. Основания для этого были, поскольку все заметные политические силы обвиняли власть в фальсификациях и использовании административного ресурса, а наблюдатели отмечали фактические нарушения. Так, во втором туре президентских выборов (ПВ) на Востоке на некоторых участках отмечалась более чем 100% явка, в то время как на Западе избиратели приносили на участки целые стопки паспортов и получали по ним бюллетени. Графики явки на избирательные участки также показывали подозрительную активность в последние часы голосования, правда, это касалось, в основном Галиции и Донецкой области.
График 1
![График 1](http://common.regnum.ru/pictures/news/2006-07/grafik1.jpg)
Если посмотреть на график явки по регионам Украины во всех трех турах (График 1), то видно, что в третьем туре, когда на национальном уровне деморализованный властный ресурс перестал работать, явка на выборы на Западе даже несколько возросла, в то время как на Востоке она резко упала, что контрастировало со сверхъявкой второго тура. Это могло бы быть свидетельством в пользу форсированной явки на значительной части Украины. Однако некоторые сомнения вызывает тот факт, что явка упала и там, где симпатии населения были на стороне Ющенко, и где власти не было никакого резона стимулировать явку во втором туре. Падение явки в Черкасской, Черниговской, Полтавской и даже родной для Ющенко Сумской областях было ровно таким же, как в Харьковской, Луганской областях или в Крыму. Только Донецк демонстрировал нелогичную глубину падения явки в третьем туре. Но здесь допустимо предположить, что снижение явки в третьем туре могло стать следствием деморализации населения - ведь значительная часть избирателей считала третий тур нарушением законодательства (что соответствует действительности) и настаивала на бойкоте выборов и требовала от Януковича отказа от участия в третьем туре.
Для того, чтобы убедиться в значительности влияния административного ресурса, следовало сравнить явку избирателей во втором туре президентских выборов 2004 года с электоральным поведением населения в других случаях. Прежде всего, следовало сравнить явку второго тура с явкой первого, когда результат был предсказуем, а ставки были не настолько высоки, чтобы активно понуждать избирателей участвовать в голосовании. При этом оппозиция не предъявляла власти сколь-нибудь значимых обвинений в фальсификации. Затем следовало сравнить явку второго тура с явкой третьего, когда административный ресурс был парализован деморализацией всего властного аппарата. И уже вслед затем надо было сравнить явку во втором туре президентских выборов с явкой на парламентских выборах 2006 года, где административный ресурс действовал в противоположном направлении. Если влияние административного ресурса было велико, то отклонение в поведении избирателей на парламентских выборах от поведения во втором туре президентских выборов должно было напоминать поведение избирателей в третьем туре, и даже быть усугублено в этом направлении. В сущности, с этого сравнения и начались неожиданности.
График 2
![График 2](http://common.regnum.ru/pictures/news/2006-07/grafik2.jpg)
Первое впечатление от сравнения электоральной активности поставили под сомнение важность фальсификации путем форсированной явки. Логика явки избирателей на парламентских выборах в сравнении со вторым туром голосования на президентских выбо-рах (синяя кривая) оказалась практически идентичной логике явки в первом туре выборов 2004 года. Имея в виду, что явка на парламентских выборах всегда ниже явки на выборах президентских, мы видим, что "недобор" явки на парламентских выборах по сравнению со вторым туром президентских аналогичен "недобору" первого тура. Причем эта разница более или менее идентична по всей Украине за небольшими исключениями. Прежде всего, на парламентских выборах наблюдалась повышенная активность в Крыму и удивительно низкая явка в Сумах и Киеве. Ни тот, ни другой феномен объяснить влиянием административного ресурса невозможно - он противоречит всей логике поведения власти, как на президентских, так и на парламентских выборах. Следовательно, надо признать, что административный ресурс имел ограниченное влияние на электоральную активность граждан Украины и принципиально не менял картины поведения ни во втором, ни в третьем туре, ни во время парламентских выборов. Здесь следует подчеркнуть, что речь идет не о содержательном голосовании, которое нельзя поверить данными электоральной статистики без слишком сложных методик и достаточно проблематичных допущений, а только об активности избирателей.
Но в таком случае возникает ряд вопросов. Рост электоральной активности во втором туре (График 1, синяя линия) оказался достаточно высоким в "сине-белых" регионах, в то время как в "оранжевых" регионах такого всплеска не наблюдалось. Деморализация и падение активности на Востоке во время третьего тура, все же, были не настолько глубоки, чтобы явка не превысила показатели первого тура, как и на Западе. Но если колебания активности на Востоке можно объяснить накалом страстей и изменением политических обстоятельств, то почему на Западе изменения активности были менее заметны, а в Центре поведение было отмечено относительной устойчивостью? Этот феномен можно было бы объяснить из различий в характере электората. На Западе избиратели этнически мобилизованы, "нацiонально свiдомi", поэтому даже в первом туре явка в Галиции и на Волыни составляла 80-85% и возрастала от тура к туру. На Востоке же электорат "советский", внушаемый, ориентирующийся на понуждения власти, и его лабильность на президентских выборах целиком объясняется взлетом и падением активности властей. Но как тогда объяснить безразличие Центра к эмоциональному накалу?
График 3
![График 3](http://common.regnum.ru/pictures/news/2006-07/grafik3.jpg)
Ответ легко обнаружился, как только к рассмотрению были привлечены данные выборов в
Таблица 1
Вибори 2004-2006, явка, % | 2004_1 тур | 2004_1т-2006 | 2006 лiдер |
---|---|---|---|
Пo Україні | 74,95 | 7,82 | |
Автономна Республіка Крим | 66,67 | 2,36 | Партія регіонів |
Запорізька область | 69,73 | 3,31 | Партія регіонів |
Закарпатська область | 66,50 | 5,19 | Блок "НАША УКРАЇНА" |
Одеська область | 64,79 | 5,81 | Партія регіонів |
Луганська область | 75,62 | 6,15 | Партія регіонів |
Львівська область | 80,83 | 6,35 | Блок "НАША УКРАЇНА" |
Миколаївська область | 71,49 | 6,48 | Партія регіонів |
Херсонська область | 68,80 | 6,49 | Партія регіонів |
Рівненська область | 81,11 | 7,10 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Вінницька область | 77,93 | 7,63 | "Блок Юлії Тимошенко" |
м. Севастополь | 70,27 | 7,15 | Партія регіонів |
Дніпропетровська область | 70,30 | 7,71 | Партія регіонів |
Харківська область | 71,83 | 7,77 | Партія регіонів |
Чернівецька область | 71,97 | 7,95 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Івано-Франківська область | 80,06 | 8,15 | Блок "НАША УКРАЇНА" |
Тернопільська область | 84,92 | 8,32 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Волинська область | 82,91 | 8,44 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Хмельницька область | 79,83 | 8,65 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Полтавська область | 78,13 | 8,91 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Житомирська область | 76,72 | 9,28 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Кіровоградська область | 75,36 | 9,29 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Київська область | 76,18 | 9,46 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Донецька область | 78,10 | 9,51 | Партія регіонів |
Черкаська область | 75,62 | 10,32 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Чернігівська область | 78,63 | 11,06 | "Блок Юлії Тимошенко" |
Сумська область | 80,74 | 15,46 | "Блок Юлії Тимошенко" |
м. Киев | 75,81 | 16,96 | "Блок Юлії Тимошенко" |
![Табличка 1](http://common.regnum.ru/pictures/news/2006-07/tablichka_1.jpg)
Складывается впечатление, что успех
На Графике 4 показаны тенденции изменения электоральной активности за последние семь лет. Кривые активности спрямлены до линейного тренда. И здесь легко увидеть, что баланс активности избирателей в 2006 году по сравнению с активностью в первом туре президентских выборов 2004 года (красная линия) несколько сместился в пользу регионов, где влияние "оранжевых" минимально. Первый тур президентских выборов взят для сравнения из тех соображений, что он отражает "нормальную" активность избирателей, в условиях отсутствия тотальной мобилизации, характерной для второго тура, а в 2004 году и для третьего тура президентских выборов. И в целом голосование в первом туре президентских выборов гораздо сравнимее с голосованием на парламентских выборах, нежели голосование во втором туре. Именно поэтому здесь и в других графиках использовалась явка первого тура (в 2004 и в 1999 гг.).
График 4
![График 4](http://common.regnum.ru/pictures/news/2006-07/grafik4.jpg)
Если же сравнить явку 2002 и 2006 года (синяя линия) - и такое сравнение являет-ся наиболее естественным, поскольку и в том, и в другом случае речь идет о выборах в Раду, - то становится очевидным еще большее смещение активности от регионов с выраженной этнической идентичностью к регионам Востока и Юга. Но еще резче выражено это смещение при сравнении активности 1999 года (1 тур) и 2006 года (зеленая линия). Т.е., чем больше временной лаг, тем явственней изменение настроений в обществе: Запад устает, Восток пробуждается.
И это, пожалуй, самый неожиданный вывод, который можно было сделать из анализа электоральной статистики. Ведь своими глазами мы видели активность на Майдане. Мы видели, насколько бледным был ответ Донбасса. Да и на протяжении полутора десятилетий мы наблюдали постоянное отступление Востока. Однако цифры говорят о наличии совсем других тенденций. Можно было бы скептически оценить значение электоральной активности: побеждают не те, кто приходит к урнам, но те, кто выходят на площадь. Тем не менее, с этим нельзя согласиться: выборы настолько рутинная процедура, что вызывает мало энтузиазма, особенно в условиях разочарования властью. Если же люди начинают ходить на выборы (как это случилось на юго-востоке), для этого должны быть веские основания. А если эта тенденция устойчива, то следует ждать трансформации электоральной активности в общественное движение.
Такой вывод, сделанный вскоре после выборов в Верховную Раду, казался парадоксальным, на фоне суммарной победы "оранжевых". Однако в Крыму люди вышли на улицу, и этот протест оказался не срежисированным, а спонтанным, поэтому гораздо более эффективным, чем приезд донецких шахтеров в Киев во время стояния на Майдане. И крымский протест был поддержан в Николаеве, Луганске, Донецке. И, возможно, это только начало. Потому что жители юго-востока начали верить в собственную силу. Волна принятия решений о русском языке на региональном и местном уровнях есть еще одно свидетельство этой веры. А, судя по всему, что мы наблюдали до сих пор, приход к власти второго правительства оранжевой коалиции должен стимулировать дальнейшее угасание галицийской пассионарности, вызывать разочарование в центральной Украине и стимулировать гражданскую активность на Востоке. Так что, похоже, Украина стоит на пороге антиоранжевой революции.
В.Игрунов, директор Международного Института гуманитарно-политических исследований