«Ужасная цена». В ядре Евросоюза созрел новый долговой кризис

Европе грозит новый долговой кризис, который может затмить аналогичные события начала 2010-х. На этом фоне евро падает до многомесячных минимумов, а падение акций европейских банков вновь напомнило о «петле обреченности».

Представитель крупной американской компании по управлению инвестиционными активами Franklin Templeton выступил с предупреждением: резкое падение стоимости французских гособлигаций рискует обернуться серьезными проблемами для всей Европы.

«Я не думаю, что кто-то действительно готов к долговому кризису в еврозоне версии 2.0, и этот кризис может оказаться значительно хуже, если он действительно произойдет», — заявила Bloomberg Сонал Десаи, глобальный директор компании по инвестициям. По ее словам, долг Франции более чем в 10 раз превышает тот, что был в 2010 году у Греции, поэтому «простой план спасения не рассматривается».

Некоторое время инвесторы исходили из того, что французскому правительству удастся взять ситуацию под контроль, однако сковавшие страну протесты усугубили их опасения. Долговая нагрузка достигла 119,1% ВВП и составляет около 3,6 трлн евро, а доходность гособлигаций на фоне снижения их цены выросла до 5% — максимального значения с 2008 года.

Расходы на обслуживание государственных займов уже обходятся в рекордные 79,2 млрд евро, а в следующем году могут вырасти до 91 млрд. На этом фоне во Франции растут ставки по кредитам и ипотеке, что снижает покупательную способность и доступность жилья.

Дефицит бюджета превышает 5% ВВП при ориентире ЕС в 3%, и в этих условиях французам грозит еще и повышение налогов. «Без болезненных мер будет сложно добиться сокращения бюджетного дефицита», — отметила в эфире CNBC Шэрон Белл, старший стратег по европейским акциям в Goldman Sachs.

По ее словам, налоги могут вырасти как для предприятий, так и для простых граждан. Также рекордный объем заимствований подталкивает к повышению пенсионного возраста, однако это грозит спровоцировать новые протесты и столкновения с полицией.

Вчера стало известно, что с аналогичной проблемой столкнулась еще одна из крупнейших экономик Европы — британская. Государственный долг Великобритании впервые превысил 3 трлн фунтов стерлингов, составив около 94% ВВП — это максимум с 1960-х годов.

Только в сентябре правительство заняло 24,5 млрд фунтов, а платежи по процентам достигли 10,9 млрд фунтов — рекорд для сентября за всю историю наблюдений. Растет и дефицит бюджета, который в период с апреля по сентябрь составил 97,8 млрд фунтов, что на 6 млрд выше прогноза.

Это ведет к росту инфляции, которая уже ускорилась до 3,5%. В текущих условиях у британского кабмина нет других вариантов, кроме как начать охотиться за деньгами налогоплательщиков или сокращать государственные расходы, что ударит главным образом по простым британцам.

Премьер-министр Энди Бернем уже предупредил, что граждан ждут «трудные решения» по вопросу бюджета.

Сложившаяся неясность относительно дальнейших действий «может привести к возникновению негативной инфляционной спирали, что повлечет за собой дальнейший рост затрат на заимствования и снижение доверия инвесторов», предупредил The Guardian Хеннинг Дидерихс, директор по вопросам государственного сектора в Институте дипломированных бухгалтеров Англии и Уэльса.

Теневой канцлер казначейства Эндрю Гриффит воспринял ситуацию с госдолгом как доказательство того, что «лейбористы потеряли контроль над экономикой». А Дарвин Френд, директор по исследованиям в организации TaxPayers' Alliance, в комментарии для GB News назвал нарастающий долговой кризис «ужасающим свидетельством десятилетий финансовой несостоятельности», отметив, что налогоплательщики платят «ужасную цену» за расточительство британского правительства.

В целом, по данным Евростат, совокупный государственный долг 21 страны еврозоны вырос до 88,8% ВВП во втором квартале 2026 года по сравнению с 87,3% годом ранее, а в денежном выражении достиг примерно 14,4 трлн евро. Греция остается самой закредитованной страной ЕС в относительном выражении (140,8% ВВП), но Италия уже почти догнала ее (139,9%), увеличив заимствования на 1,3 процентного пункта за квартал. Замыкает тройку лидеров уже упомянутая выше Франция.

Проблемы европейских гособлигаций вновь оживили дебаты о «петле обреченности». Суть этого механизма проста: банки держат на балансах много государственных облигаций своих стран, потому что такие бумаги считаются надежными и ликвидными. Когда доверие к экономике падает, доходности гособлигаций растут, а их рыночная цена снижается.

Если убытки становятся большими, банкирам может потребоваться дополнительный капитал — и тогда на помощь приходит государство. Но спасение банковской сферы ложится дополнительной нагрузкой на и без того проблемный бюджет: расходы растут, дефицит и долг увеличиваются, доверие падает еще сильнее, а гособлигации дешевеют дальше — так и замыкается этот порочный круг.

Акции европейских банков из-за подобных опасений упали на 10% за шесть недель, и это в пять раз сильнее остального рынка. «Если это временная ситуация, она не должна существенно повлиять на настроения инвесторов. Однако если она затянется, это может негативно сказаться на восприятии рисков», — заявила Reuters аналитик Morningstar DBRS Мария Ривас.

Валюта чутко реагирует на признаки надвигающегося кризиса. В начале октября евро опускался до 1,1161 доллара — минимума с мая 2025 года.

Инфляция в еврозоне в сентябре ускорилась до 3,8%, но Европейский центральный банк (ЕЦБ) не спешит повышать ставки, поскольку рост стоимости заимствований уже тормозит экономику. Повышение напрямую увеличит стоимость заимствований для государств — а именно этого Европа сейчас и опасается.

У Франции, Италии, Греции и других стран долг уже огромный, и каждый новый процентный пункт по ставке означает миллиарды дополнительных расходов на его обслуживание. Это, в свою очередь, ухудшит бюджетные показатели, усилит давление на рынке облигаций и может лишь приблизить кризис.

В результате ЕЦБ вынужден бездействовать или действовать очень осторожно, и евро оказывается в невыгодном положении.

Высокая инфляция сама по себе ослабляет валюту: деньги обесцениваются быстрее, инвесторы ищут, где сохранить покупательную способность. А компенсирующего фактора — более высоких ставок, которые обычно привлекают капитал и поддерживают валюту — нет, потому что ЕЦБ их не повышает.

Ключевое отличие нынешней ситуации от 2010–2012 годов в том, что потенциальный кризис формируется не на периферии, а в ядре еврозоны — в одной из стран, которая исторически обеспечивала устойчивость всей конструкции. Запас прочности европейской экономики, который еще недавно казался достаточным, сокращается с каждым новым долговым рекордом, который устанавливают страны Европы, и пока никаких конкретных вариантов ответа на этот вызов сформировано не было.