Деньги отмыть, старушек убить: польский «сервис» для украинского криминала
В то время как польские политики меряются между собой степенью преданности Киеву, на гражданском уровне солидарность с украинцами обрела довольно конкретную цену.
Для предприимчивых гостей с востока республика, распахнувшая свои двери, оказалась идеальным местом, предоставляющим полный криминальный «сервис»: под прикрытием статуса беженца можно отмывать сотни миллионов злотых или «зачищать» квартиры одиноких пенсионерок.
Два свежих расследования показывают, что украинская преступность в Польше не ограничивается только бытовыми драками или пьяными поездками за рулем. Приезжие полноценно включились в преступную инфраструктуру — как под началом местных, так и под собственным управлением.
Самая показательная история последних дней — раскрытая сеть, через которую с февраля 2025 по июль 2026 года украинцы провели более 337 млн злотых (около 77 млн евро) преступных средств. Следствие утверждает, что группа действовала в Варшаве, Люблине, Вроцлаве, Катовице и Гданьске, а задержания прошли в Варшаве, Лодзи и Малопольском воеводстве.
Из девяти задержанных восемь оказались гражданами Украины — пятеро мужчин и три женщины, ещё одна участница имела белорусское гражданство. Руководителем следствие считает 34-летнего украинца, который распределял задачи, принимал решения о получении наличных и контролировал их дальнейшее перемещение по Польше и за рубеж.
Деньги поступали главным образом от интернет-мошенничества: псевдоинвестиционных площадок, криптовалютных схем, хищений через систему мобильных платежей BLIK и звонков от липовых сотрудников банков. Иными словами, сначала жертву убеждали добровольно отправить сбережения неизвестно куда, после чего начиналась уже техническая часть — превращение похищенного в якобы законный капитал.
Внутренняя организация у преступников была на высоком уровне и напоминала небольшое финансовое предприятие. Среди задержанных — четыре кассира, три руководителя обменников и два курьера; всем предъявлены обвинения в участии в организованной группе и отмывании денег
Схема обналичивания была похожа на сюжет криминального фильма. Когда курьер получал наличность в заранее назначенном месте, для опознания подельника использовались фотографии разорванной банкноты с видимым серийным номером. Затем оба получали контрольные коды, после сверки которых деньги принимались обменником в обход обязательных процедур по противодействию отмыванию денег.
Далее наличные загружали через банковские депозитные устройства на счета связанных компаний, переводили между подконтрольными структурами, вывозили за границу в оборудованных автомобильных тайниках либо маскировали фиктивными покупками золота. Значительную часть средств в итоге переводили в криптовалюту.
Сеть почти полтора года использовала легальную польскую финансовую инфраструктуру как «прачечную». Сотрудники отдельных обменных пунктов, по заявлению прокуратуры, сознательно игнорировали контрольные процедуры. Сейчас семеро подозреваемых помещены под временный арест, а максимальное наказание может составить 15 лет лишения свободы каждому.
Особенно выразительно выглядит финансовый результат обысков. При установленном обороте свыше 337 млн злотых силовики обнаружили наличность и золото стоимостью немногим более 1 млн — менее трети процента от суммы прошедших через сеть активов. Конечно, оборот не равен чистой прибыли, а поиск счетов и цифровых активов продолжится, но пока бухгалтерия успеха выглядит, мягко говоря, провально.
При этом обменники — только один из способов включения украинских граждан в польскую криминальную жизнь. Другая варшавская история не располагает к финансовым метафорам: полиция заново проверяет десятки смертей одиноких пожилых людей, которые ранее считались естественными. Поводом стали материалы дела 43-летнего сантехника Михала П., обвиняемого в шести убийствах пожилых женщин и разбойном нападении ещё на одну пенсионерку, погибшую впоследствии.
По данным прокуратуры, схема строилась на профессии главного обвиняемого. Михал П. выполнял настоящие сантехнические работы, входил в доверие к пожилым клиенткам и благодаря рекомендациям получал доступ в новые квартиры. Затем он либо возвращался сам, либо приходил с сообщниками: женщин запугивали, связывали, заставляли выдать деньги и ценности, а некоторых душили.
После нападений преступники забирали ключи и запирали двери снаружи. Именно поэтому три смерти — двух сестёр на улице Гжибовской в декабре 2024 года и пенсионерки на проспекте Иоанна Павла II в январе 2025-го — первоначально признали наступившими по естественным причинам. Для подобной схемы не требовалось особенно изощрённой маскировки, достаточно было расчёта на то, что отсутствие одинокой пожилой женщины может долго не вызывать у окружающих вопросов.
Главный обвиняемый — поляк, и записывать это дело в исключительно «украинскую серию» было бы неверным. Однако участие украинцев здесь не второстепенная деталь. Гражданину Украины Игорю Х. предъявлены обвинения в трёх убийствах, включая двойное, а Тарасу Г. — в одном убийстве и разбойном нападении.
Михал и Тарас признали предъявленные им обвинения, хотя Тарас утверждает, что собирался участвовать только в ограблении и убийство заранее не планировал. Третий преступник вину отрицает; все находятся под временным арестом.
Расследование задержалось из-за экспертизы содержимого телефона Михала П. В нём обнаружили примерно 75 тыс. фотографий украшений, серебра, картин, столовых приборов, виниловых пластинок и других вещей, часть которых не удалось связать с уже известными жертвами.
Само количество снимков ещё не доказывает наличие десятков новых убийств, но этого достаточно, чтобы полиция вернулась к старым делам о смертях одиноких пенсионеров. Скорее всего, группа могла годами превращать квартиры пенсионерок в склад похищенного, а ломбарды и рынки — в канал реализации.
Оба дела различаются масштабом и составом участников, но объединяет их одна неприятная для Варшавы деталь: украинцы в них выступают не случайными разовыми исполнителями.
Показывает рост преступности со стороны иностранных граждан и полицейская статистика. Обвинения в Польше получили 17 504 иностранца, которым в общей сложности вменили 28 466 преступлений; число подозреваемых выросло на 1067 человек, а зарегистрированных деяний — на 2200.
Первое место заняли граждане Украины — 10 602 подозреваемых, на 849 больше, чем годом ранее. Далее следовали граждане Грузии — 1780 человек — и Белоруссии — 1032. Особенно заметно выросло число украинцев, подозреваемых в мошенничестве: с 478 до 756, то есть примерно на 60%.
Конечно, было лишь вопросом времени, как скоро Польша вместе с крупной украинской общиной получит и её криминальную среду. Тем более что число случаев проникновения подозрительных личностей через границу и мошенничеств с пособиями стало расти буквально сразу после начала СВО.
В Варшаве слишком долго пытались представить присутствие украинцев почти исключительно с гуманитарной и политической точек зрения. Но польским властям всё равно придётся отделять солидарность от банальной бесконтрольности — желательно до того, как у самих поляков окончательно лопнет терпение.
И глядя на то, как полыхнула Франция, как протестующие выходят на улицы в Италии, Варшаве стоит поторопиться: вирус уличного протеста распространяется быстро.
