Прощание с аятоллой Али Хаменеи, погибшим в результате ударов США и Израиля 28 февраля, проходит в эти дни в Тегеране. Российскую делегацию, прибывшую в Иран для участия в траурных мероприятиях наряду с делегациями из многих других стран мира, возглавил заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев.

Олег Молчанов/РИА Новости

Он прибыл в Тегеран в статусе специального посланника президента Владимира Путина, то есть как представитель не просто государственного ведомства, а лично главы государства. Что придало визиту особое политическое значение и продемонстрировало: Москва воспринимает гибель Хаменеи как удар по близкому стратегическому партнеру.

На этом фоне уровень представительства от других крупных государств выглядел заметно скромнее. Например, в индийскую делегацию вошли госминистр Пабитра Маргерита и губернатор штата Бихар Сайед АтаХаснаин. Тогда как премьер-министр Нарендра Моди и глава МИД Субраманьям Джайшанкар в Иран не полетели.

Это вызвало резкую критику в индийских СМИ. Такое решение было расценено местными аналитиками как стремление избежать обострения отношений с Соединенными Штатами и Израилем.

Китай представлял Хэ Вэй, заместитель председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей — достаточно высокий, но далеко не высший партийный или государственный пост.

В первую очередь российские официальные лица посетили церемонию в комплексе «Мусалла имама Хомейни» в Тегеране, где отдали дань уважения покойному лидеру и встретились с руководством Ирана.

Медведев передал соболезнования от имени президента Владимира Путина и правительства России в связи с гибелью аятоллы, военачальников, чиновников, ученых и мирных жителей, особенно детей, погибших в результате американо-израильских атак.

Президент Ирана Масуд Пезешкиан выразил признательность Медведеву и сопровождавшим его высшим чиновникам, включая министра энергетики РФ Сергея Цивилёва, за участие и поддержку, оказанные Ирану правительством и народом России.

В ответ Медведев выступил с речью: «Эта скорбь сплотила народ Ирана, который не поддался тому давлению, которое было организовано Соединенными Штатами Америки и другими присоединившимися странами, выстоял в этой борьбе и, я уверен, в конечном счете победит».

После обмена искренними словами сочувствия и благодарности политики двух стран плавно перешли к предметным разговорам на иные темы, и сразу стало понятно, что визит Медведева является отнюдь не просто дипломатическим жестом.

«Между двумя странами существуют широкие возможности для развития экономического, торгового, энергетического и транспортно-транзитного сотрудничества, которое должно быть реализовано при наличии дополнительной политической воли и в рамках уже заключенных соглашений», — обозначил вектор дальнейшего общения иранский президент.

Пезешкиан также подчеркнул важность международного транспортного коридора Север — Юг как ключевой области сотрудничества. По его словам, развитие транспортной и транзитной инфраструктуры между двумя странами отвечает взаимным интересам и способствует укреплению региональных связей.

После этого стороны приступили к обсуждению проекта платформы для координации усилий дружественных стран в борьбе с незаконными ограничительными мерами. Эта инициатива, изначально предложенная Ираном еще несколько лет назад, в конечном итоге, как считает Дмитрий Медведев, может принять форму международного соглашения или даже организации, объединяющей находящиеся под санкциями государства.

Основной задачей новой структуры, как предполагается, станет выработка коллективных механизмов противодействия санкциям и защита экономического суверенитета стран-участниц. Медведев отметил, что интерес к этой идее уже проявили несколько стран, в том числе Китай, что может придать инициативе глобальный характер.

Кроме того, зампредседателя Совбеза РФ высказался по ряду других насущных вопросов. В частности, он обратил внимание на то, что Ормузский пролив фактически стал для Ирана оружием «не слабее ядерного».

«Думаю, у Ирана есть в запасе не только вот это «ядерное оружие», но и «термоядерное оружие» — это Баб-эль-Мандебский пролив, который может использоваться в случае возникновения военных конфликтов, создав такую ситуацию, когда вообще все перевозки нефти и иные перевозки будут заперты», — добавил он.

Возвращаясь к теме санкций, Медведев предположил, что отмена наложенных на Иран ограничений столкнется со значительными препятствиями, поскольку далеко не все политические силы в Соединенных Штатах поддерживают этот шаг. Главной проблемой при этом, по его мнению, станет вопрос финансирования восстановления Ирана.

Вместе с тем российский политик поприветствовал дипломатические усилия по налаживанию отношений между Тегераном и Вашингтоном, назвав недавно подписанный Меморандум о взаимопонимании основой для будущих переговоров.

Но предупредил, что достижение всеобъемлющего соглашения будет «чрезвычайно сложным». И не преминул раскритиковать в связи с этим недавние военные удары США по Ирану, совершенные во время переговоров, назвав их «совершенно неспровоцированными» и нарушающими международные правовые нормы.

В заключение Медведев подтвердил приверженность Москвы полному выполнению Договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве между Россией и Ираном и расширению двустороннего сотрудничества во всех секторах. Он пообещал, что Россия продолжит поддерживать законные права и интересы Исламской Республики на международных форумах.

Таким образом, похороны аятоллы Хаменеи стали для Москвы и Тегерана не только моментом общей скорби, но и возможностью продемонстрировать единство перед лицом Запада и наметить новые контуры взаимодействия. Этот визит, совместивший символический жест с прагматичной повесткой, наглядно подтвердил, что российско-иранский союз обретает новые, более глубокие очертания.