Китай принимает с разницей в неделю двух важных гостей. В Пекин 19 мая прибыл президент России Владимир Путин, а ранее, 13–15 мая, Поднебесную с визитом посетил его американский коллега Дональд Трамп.

ИА Регнум

Два похожих, на первый взгляд, мероприятия на деле оказались организованы с присущими Пекину вниманием к символам и невербальным сигналам. Через незначительные различия китайские власти показали свое истинное отношение к гостям.

У трапа самолета

Первые минуты пребывания российского и американского лидеров в Китае мало чем отличаются друг от друга. В обоих случаях Поднебесная встретила высоких гостей в аэропорту красной ковровой дорожкой, флагами и почетным караулом, как того требует международный протокол. Кроме того, Трампа и Путина встречала группа китайских школьников, скандировавших: «Добро пожаловать!»

А дальше начались расхождения, заметные только искушенному глазу.

Например, американскую делегацию встретил заместитель председателя КНР Хань Чжэн, российскую — министр иностранных дел КНР Ван И.

Хань — старый партиец, чей пик могущества пришелся на эпоху Цзян Цзэминя. Сегодня он не входит в Политбюро и играет в высшей администрации преимущественно церемониальную роль.

Ван И же имеет существенное влияние на курс страны. Помимо статуса одного из самых опытных дипломатов Поднебесной, он входит в круг ближайших соратников Си Цзиньпина и является главой Канцелярии комиссии по иностранным делам китайской Компартии — структуры, которая фактически координирует внешнюю политику партии.

В китайской «табели о рангах» партийная должность часто важнее государственной, а потому Ван И в глазах организаторов саммита выглядел тяжеловесом по сравнению с Хань Чжэном. А с учетом того, что глава китайского МИД в свое время немало сделал для сближения Москвы и Пекина, решение обретало дополнительный символизм.

Переезд высоких гостей из аэропорта также не обошелся без символических нюансов. Команда Трампа уехала на заранее поданном кортеже с американскими номерами и знаками отличия (во главе которого шел президентский бронеавтомобиль Beast), не взяв с собой китайских представителей.

Путин же пригласил в свой автомобиль главу внешнеполитического ведомства КНР, подчеркнув тем самым равенство диалога между Москвой и Пекином. Китайские наблюдатели считали сигнал однозначно: Трамп вел себя в Поднебесной «в стиле старого джентльмена», местами демонстрируя холодное высокомерие. Путин же действовал как старый друг, проявляя ответную заботу о китайских визави.

Деловая программа

Поскольку Трамп прибыл в Китай впервые почти за десятилетие (предыдущий высокий визит был организован в 2017 году), при разработке программы его визита Пекин сделал акцент на объезд ключевых достопримечательностей и исторически значимых мест.

Помимо посещения Дома народных собраний на площади Тяньаньмэнь, лидеры КНР и США прогулялись по Храму Неба — 600-летнему императорскому комплексу. Трамп стал вторым действующим президентом США, после Джеральда Форда в 1975 году, оказавшимся здесь. А в качестве «дипломатического эндшпиля» Си Цзиньпин свозил Трампа в сад Чжуннаньхай, который считается главным местом встреч руководства Китая и закрыт для большинства иностранцев, включая лидеров других стран.

Общий расчет Китая, похоже, был таков: показать через призму деловой программы мощь страны и ее многовековую историю — на контрасте с «юными и наглыми» США, история которых насчитывает всего несколько столетий. И, надо сказать, это сработало — Трамп, судя по всему, действительно проникся увиденным и даже несколько подрастерял запал.

При этом совместное «фото дружбы» Си и Трампа на фоне входа в сад Чжуннаньхай, по замыслу Пекина, должно было подчеркнуть, что Поднебесная открыта для международного диалога и не намерена скатываться в конфликт с США.

Деловая программа Путина включала меньше локаций, но была особенно насыщена. На пекинской площади Тяньаньмэнь, куда российский лидер прибыл на первые деловые встречи, его встретили залпами из пушек и исполнением композиции «Подмосковные вечера». Гром орудий символизировал славу и величие русской армии, а музыка — мощь нашей национальной культуры. По красной ковровой дорожке российский президент вместе с Си Цзиньпином прошли в Дом народных собраний.

В этот раз Пекин решил обойтись без дополнительных экскурсий. Тем более что в Храме Неба и бывшем императорском саду Чжуннаньхай, где в среду вечером должна пройти неформальная встреча лидеров двух стран, Путин бывал уже не единожды. О чём, кстати, председатель КНР на прошлой неделе не упустил случая сообщить американскому гостю.

Зато в программу визита включили встречу с Пэн Паем — китайским юношей, которого Путин в ходе первого визита в Китай в 2000 году вдохновил на изучение русской культуры. За прошедшие годы мальчик вырос, окончил Московский автомобильно-дорожный государственный технический университет и стал амбассадором академических обменов между Москвой и Пекином.

Тем самым организаторы визита ненавязчиво подчеркнули, что контакты России и КНР работают на человеческом уровне, дают реальные результаты и способны менять судьбы простых граждан.

Проверенный партнер

Как нетрудно догадаться, большая часть символов и посылов, зашитых Пекином в программу двух высокоуровневых визитов, была ориентирована на внутреннюю аудиторию.

И она, в отличие от внешних наблюдателей, поняла их все. Что отражают в том числе многочисленные публикации в китайских соцсетях и блогах.

Поездку Трампа жители Поднебесной трактуют как символически насыщенный и помпезный, но безрезультатный визит. Обе стороны старались показать стабилизацию отношений после нескольких лет напряженности, однако по ключевым вопросам серьезных прорывов не произошло.

При этом победителем из дипломатической схватки явно вышел Пекин, сумевший урезонить напористого гостя, сохраняя при этом внешнюю доброжелательность и приветливость.

Продолжающийся же визит Владимира Путина китайцы воспринимают совсем по-другому.

В российском лидере жители Поднебесной видят не просто высокого гостя, но равного по силе и статусу собеседника, а также проверенного временем партнера своей страны. А потому неудивительно, что пусканию пыли в глаза и созданию видимости теплого приема Пекин предпочел реальные знаки уважения.