«Южный шпион»: загадочный офицер-самозванец осрамил контрразведку Израиля
Настоящие курьёзы порой обнаруживаются в ходе попыток Израиля разобраться с последствиями «Войны 7 октября» с ХАМАС.
Израильтяне в том числе ищут в своих рядах «агентов влияния», виноватых в критических просчетах при организации начального этапа оборонительной кампании. И иногда находят таких, как «Южный шпион» Асаф Шмуэлович — израильский отставной офицер-самозванец.
Необъяснимым образом он сумел проникнуть в один из закрытых штабов Южного командования и впоследствии сорвал важную и очень секретную операцию.
Правда, по мере того как продолжается разбор дела, вопросов становится только больше. Как минимум следствию до сих пор не ясно, в чьих именно интересах этот «агент влияния» действовал. А дело было так.
«Особо уполномоченный»
Утром 7 октября 2023 года — спустя несколько часов после начала операции ХАМАС против Израиля — в один из секретных штабов Южного округа явился израильский офицер средних лет.
Представившись капитаном Шмуэловичем, «особо уполномоченным» офицером оперативной разведки, он присоединился к работе командного центра в качестве «усиления». В таком режиме бойкий капитан трудился примерно неделю, успев совместно с армейцами посетить несколько штабов и военных баз в Южном округе, а также принять участие в аппаратных совещаниях с участием тогдашнего министра обороны Йоава Галанта.
Однако по мере того как суматоха первых дней войны с ХАМАС начала сходить на нет, целесообразность нахождения Шмуэловича в штабе начала вызвать вопросы.
«Особо уполномоченный капитан» имел смутные представления о работе с секретной информацией, с трудом выполнял даже самые простые поручения, зато неизменно рвался присутствовать даже на незначительных совещаниях.
Когда дело дошло до полноценной постановки на довольствие, Шмуэлович предоставил кадровой службе письмо о назначении, подписанное его вышестоящим командиром. Однако обнаружились мелкие несоответствия — вроде нарушения порядка номеров, обосновывающих приказов и ошибок в написании курирующего ведомства.
Вкупе с неспособностью назвать точные установочные данные офицера, который уполномочил его вести оперативную работу в Южном штабе, это вызвало еще большие подозрения.
Армейцы, стараясь не поднимать лишнего шума, подключили к делу коллег из контрразведки. Те изучили биографию «капитана» и через несколько дней вернулись с шокирующим докладом: человек, работавший бок о бок с штабистами с первых дней войны, оказался совсем не тем, за кого себя выдавал.
Уже на следующий день после разоблачения, 15 октября 2023 года, мужчина был арестован по обвинению в шпионаже, а спустя месяц его обвинительное заключение пополнилось еще несколькими тяжелыми статьями, включая госизмену.
«Южный шпион»
Уже после ареста Шмуэловича армейцы меж собою окрестили его «Южным шпионом» (с отсылкой на его приписку к Южному округу, где происходили события).
Следствие установило, что назвавшийся капитаном оперативной разведки действительно в прошлом был армейским офицером. Однако дослужился только до чина лейтенанта сухопутных войск, после чего был уволен в запас по медицинским показаниям и несколько лет работал в найме — сначала грузчиком в портовом Эйлате, потом водителем-экспедитором в Ашдоде.
Однако ни на одной из позиций, судя по всему, подозреваемый надолго не задерживался.
Что именно мотивировало Шмуэловича явиться в штаб Южного командования в октябре 2023 года, да еще и представиться офицером на две ступени выше, остается загадкой.
Сам обвиняемый заявляет, что был вызван на службу неким «вышестоящим офицером», который присвоил ему новое звание и приказал защитить страну от вторжения палестинских сил. Однако ни имени его, ни обстоятельств знакомства вспомнить так и не смог.
Параллельно с этим в Генеральном штабе велось свое разбирательство: Шмуэлович, на тот момент — гражданское лицо, не имел разрешения на посещение командного центра и в военное время даже теоретически не должен был пройти дальше нейтральной полосы.
Тем не менее после объявления всеобщей тревоги он каким-то образом без проблем проник внутрь.
Более того, занимаемая им должность не предполагала участия в закрытых совещаниях по оценке оперативной обстановки, которые шли под председательством министра обороны и других руководителей национальных силовых служб. Однако подозреваемый посетил их все, а на одно даже умудрился пронести мобильный телефон. Что на тот момент осталось незамеченным.
И если проникновение постороннего на территорию военного объекта еще можно было худо-бедно списать на фактор суматохи, возникшей после неожиданного вторжения ХАМАС, то систематическое нарушение норм безопасности при организации секретных совещаний спровоцировало пересуды о наличии в штабе двойных агентов.
Впрочем, армейское командование предпочло эту версию побыстрее замять, дабы не провоцировать правительство на неизбирательные кадровые чистки.
Вопросы без ответов
Более двух лет дело Шмуэловича расследовалось в закрытом режиме: ни контрразведка, ни военные просто не могли поверить, что столь хитрая и продуманная схема проникновения на секретный объект, а также систематический сбор чувствительных данных велись подозреваемым в бессознательном состоянии.
Учитывая, что в Южном округе располагаются многие особо охраняемые и критические значимые объекты — например, авиабаза «Неватим», где постоянно базируется борт № 1 «Крылья Сиона», и Ядерный исследовательский центр имени Шимона Переса (там, как утверждается, находится сердце ядерной программы Израиля), интерес «капитана» к секретным данным штаба вряд ли был случайным.
Тем более что в ходе недолгой штабной службы подозреваемый тщательно и системно протоколировал данные о силах Южного командования, моральном духе местного контингента, «тонких» местах обороны, планах ближайших наступательных операций.
При обыске в его доме было изъято несколько исписанных блокнотов. Записи были настолько подробные, что вникнуть в дела Южного округа по ним мог даже тот, кто ни разу не бывал в этих краях.
Контрразведка тогда вновь схватилась за голову: успел ли Шмуэлович передать эти данные? И если да, то кому?
Отвечать на этот вопрос задержанный отказался, заявив попутно, что вел записи исключительно из оперативных соображений и не показывал их третьим лицам.
Неопределенность сыграла с израильскими силовиками злую шутку: военная разведка в последний момент вынуждена была отменить запланированную совместно с армейским спецназом операцию по освобождению заложников — из опасений, что ее план был скомпрометирован, а детали высадки уже известны ХАМАС и его союзникам.
Впоследствии это стало одной из причин, по которой тогдашний глава военной разведки генерал-майор Аарон Халива подал в отставку в августе 2024 года.
Именно на этот эпизод в «деле Шмуэловича» сторона обвинения сейчас напирает больше всего — намекая, что из-за «шпионских игр» кампания по возвращению заложников пошла по затяжному сценарию и многие из израильских граждан впоследствии погибли в плену или получили серьезный ущерб здоровью и психике.
И что в провале работы на этом направлении виноваты не власти, а вражеские «кроты» вроде «Южного шпиона».
Так или иначе, доказать прямую связь Шмуэловича с чьими-либо разведывательными структурами так и не удалось, хотя его и пытались в разное время «вписать» сначала в ряды проиранской агентуры, затем — в катарскую сеть влияния, поддерживавшую ХАМАС.
Ни одна из версий не выдержала объективной критики.
Были также и попытки объяснить действия задержанного интересами местного криминалитета. Аргументом следствия было то, что бандподполье на юге страны, состоящее преимущественно из арабов-бедуинов, планировало использовать добытые Шмуэловичем данные для более эффективной организации контрабандных маршрутов. Однако и эта догадка не оправдалась.
Следствие по делу продолжается, и главными статьями в нем по-прежнему остаются «шпионаж» и «госизмена».
При этом сторона обвинения, пусть и нехотя, признает, что «определенные помутнения сознания» у подозреваемого вполне могли быть — на днях власти дали добро на проведение углубленной психиатрической экспертизы.
Если медкомиссия установит, что шпионская авантюра Шмуэловича была лишь плодом его собственной фантазии и секретные данные не попали к третьим лицам, власти получат неприятный кейс, который ударит по их репутации куда сильнее.
