Пока на улицах и площадях Ирана бушуют массовые беспорядки, не менее активная борьба развернулась на «невидимом фронте».

Иван Шилов ИА Регнум

На днях официальный Тегеран сообщил, что силовикам при поддержке патриотически настроенных хакеров удалось вскрыть масштабную сеть более чем из 600 агентов и лоялистов израильской разведки «Моссад», координировавшую беспорядки и погромы, и «засветить» главную фигуру этой структуры.

И хотя иранцы в официальных реляциях заметно приукрасили результат, кое-каких успехов в борьбе с подпольем им действительно удалось добиться. В том числе своевременно вычислить скрытую угрозу.

Против «пятой колонны»

Охота за организаторами антиправительственных выступлений в Иране началась практически сразу — по отработанной на предшествовавших протестах схеме.

Хотя первое время президентская канцелярия серьезно ограничивала действия силовиков, опасаясь новых обострений. Правительство Масуда Пезешкиана даже пыталось идти на расторговку, «авансом» заменив руководство национального центробанка, которое не справилось с катастрофической инфляцией. Однако остановить насилие это не помогло.

Зато решение вызывало закономерное недовольство «ястребов», которые предлагали ввести в проблемные города армию и заглушить в стране интернет.

Тем не менее правящие реформисты еще какое-то время держались в русле диалога с улицей, ограничиваясь минимальным числом арестов и силовых акций. Правда, после того как у протестующих внезапно появилось стрелковое оружие, а уличные активисты внезапно проявили склонность громить мечети и осквернять священные для шиитов места, у сторонников мягкой линии не осталось аргументов.

Силовики получили карт-бланш и тут же его реализовали.

Всего с начала протестов, согласно отчетам иранской полиции, были задержаны более двух тысяч «агентов и пособников» израильской разведки.

В эту категорию попали как простые уличные провокаторы (например, студенты-анархисты), так и подпольщики из запрещенных этно-сепаратистских партий, пытавшиеся совершить неудачный прорыв ирано-иракской границы и обеспечить захват власти в приграничной провинции Илам.

Также под раздачу попали «связисты» — операторы систем «Старлинк» (в основном студенты), которые миллиардер Илон Маск ранее безвозмездно передал протестующим, чтобы Тегеран не смог «заглушить голос свободы». Большая часть этой аппаратуры впоследствии была изъята властями и передана на нужды армии.

Кукловод протестов

Однако самой большой победой на данный момент иранские силовики считают «вскрытие» израильской шпионской сети, которая маскировалась под протестующих и провоцировала погромы, а также вступала в стычки с силовиками.

В «сеть» входили более 600 человек, что можно считать новым рекордом — до этого самая большая структура израильского влияния, выявленная в Иране после 12-дневной войны в июне 2025 года, едва превышала 90 человек. Сеть-рекордсмен в шутку окрестили «Саранчой» — за многочисленность и склонность активничать в сельскохозяйственных районах.

Активная фаза разоблачения началась в первой половине января 2026 года, когда иранская хакерская группировка «Хандала», которую связывают с национальными спецслужбами, опубликовала на своих ресурсах первую часть архива с личными данными участников «Саранчи», включая фотографии, документы и фрагменты переписок.

Был деанонимизирован и руководитель сети — Мехрад Рахими. Его хакеры назвали старшим оперативником «Моссада» в Иране и «главным координатором» протестов.

Отталкиваясь от обрывочных данных, имеющихся в открытом доступе на данный момент, можно установить, что Рахими имел иранское происхождение, он — выходец из преуспевающего семейства, близкого к шахскому двору.

После революции 1979 года его семья бежала за границу, потеряв значительную часть капитала. Сам Рахими в какой-то момент оказался в Израиле, где был замечен кураторами «Моссада».

До конца не ясно, как долго Рахими находился на территории Ирана. Также не установлено, откуда именно он въехал в республику и под какой легендой. Иранские спецслужбы пока сохраняют на этот счет молчание. Хотя и намекают, что агент мог прикидываться «специалистом из дружественной Ирану страны».

Созданная при участии Рахими «Саранча», судя по имеющимся данным, прошла боевое крещение еще в 12-дневную войну — но тогда была на подхвате у других крупных сетей, а потому осталась вне поля зрения силовиков после прекращения боевых действий.

Зато в конце декабря 2025 года, когда Иран захлестнули протесты, группа Рахими развернулась в полную силу.

В частности, внутри сети был создан обособленный контент-центр, который занимался продвижением пораженческих материалов в соцсетях (до нескольких тысяч материалов в день), распускал слухи о переходе армии и полиции на сторону восставших, а также создавал ИИ-ролики с торжественно въезжающими в Иран монархистами во главе с шахзаде Резой Пехлеви.

Некоторые подделки были сделаны настолько качественно, что попали на передовицы зарубежных изданий.

Примечательно, что значительная часть сети работала удаленно (отвечая за медийный «прогрев» протестов) из других стран, «на земле» действовали не более четверти агентов, отобранных лично Рахими.

Интересно и то, что при выборе «уличных бойцов» глава «Саранчи» был склонен ставить на представителей курдов и луров, у которых, помимо лояльности новому руководству, были собственные идеологические счеты с республикой. Это позволяло максимально размыть «иностранный след» в беспорядках и придать им флер межнациональной розни.

Выборочная проверка слитых хакерами баз данных подтверждает, что в нее включено немало «номинальных иранцев», под масками которых скрывались либо этнические персы, никогда в республике не проживавшие, либо представители этноменьшинств.

Некоторые члены «Саранчи» проходили службу в израильских вооруженных силах, работали в компаниях, основанных выходцами из разведслужб еврейского государства — и не все успели удалить эти сведения из своих биографий до деанонимизации.

Ключ к «Саранче»

Открытым остается вопрос, как именно иранским спецслужбам удалось накрыть «Саранчу».

Сами хакеры говорят, что сумели «взломать» подаренные Маском «Старлинки» и через их внутреннюю инфраструктуру попасть в самое сердце сети. Однако это, судя по всему, байка, рассчитанная на внутреннюю аудиторию.

Куда вероятнее, что силовикам удалось взломать телефон Рахими, которым он пользовался при выполнении служебных задач, и получить доступ к чатам и внутренней памяти. К тому же ранее «Хандале» уже случалось обходить цифровую защиту при атаках на ведущих израильских политиков, включая бывшего премьер-министра Нафтали Беннета.

Правда, лакуны остаются даже в более стройной версии — например, по-прежнему нет ответа на вопрос: как именно хакеры поняли, что перед ними — лидер «Саранчи»?

Особенно с учетом того, что до описываемых событий Рахими вел достаточно спокойный образ жизни и предпочитал работать в Иране тихо, без рискованных операций.

Скорее всего, выйти на след «кукловода» иранским силовикам помог случай — его контактные данные вполне могли быть обнаружены во время операций по взлому ресурсов монархистов.

Для этого «Саранча» подготовила немало материалов и поддерживала контакты с эмигрантскими кругами. Даже если сам Рахими с ними не взаимодействовал, беспечность мог проявить один из многочисленных «удаленщиков».

Возвращение Каджара

При этом, несмотря на заявления о выявлении «главного организатора» протестов, показывать его общественности власти Ирана пока не спешат.

Это сильно отличается от обычного поведения официального Тегерана, который не любит сильно откладывать подобные публичные акции и, как правило, в подробностях раскрывает биографию каждого задержанного шпиона.

У этого может быть два варианта объяснения.

Первый — Рахими успел покинуть Иран до того, как на руках у следствия оказались неопровержимые доказательства его связей с Израилем и эмигрантским подпольем.

Это похоже на правду, поскольку обнародованные видеодоказательства (например, записи с камер наружного наблюдения вблизи дома Рахими) датированы в основном первыми числами января 2026 года. Более свежих материалов о нем иранские хакеры пока не предоставили.

Существует и альтернативная версия — операция против «Саранчи» была отвлекающей, а реальная работа иранских спецслужб идет совсем по другому треку. В таком случае столь явное внимание к фигуре Рахими необходимо, чтобы усыпить бдительность главной цели.

Искать претендента на роль новой потенциальной угрозы долго не нужно.

В последние дни в зарубежных соцсетях началась агрессивная кампания по продвижению принца династии Каджаров Султана Бабека Мирзы Хана в качестве нового претендента на роль «спасителя Ирана», в пику теряющему последние позиции шахзаде Резе.

Опасность, которую потомки Каджаров представляют для официального Тегерана, серьезнее, чем угроза со стороны клана Пехлеви, поскольку они имеют больше прав на возвращение престола и, что важнее, пользуются авторитетом среди этноконфессиональных меньшинств республики.

Для противников республики такая фигура стала бы настоящим подарком, начни они боевые операции против Ирана в ближайшее время.

По этой причине иранским силовикам крайне важно найти тех, кто стоит у истоков проекта «Султан Бабек», до того, как противники попытаются полноценно разыграть эту карту и вдохнуть в протесты новую жизнь.