История повторяется: захват танкера «Туапсе» в 1954-м как урок на будущее
Начиная с 2025 года США и другие страны Запада начали наносить удары по так называемому теневому флоту, перевозящему подсанкционную нефть.
Самым громким случаем пока стал практически пиратский захват американскими кораблями танкера Marinera, случившийся 7 января этого года в Северной Атлантике у берегов Исландии.
За время погони Marinera успела сменить юрисдикцию с панамской на российскую. В последний раз происшествие подобного рода случилось с российским судном в 2010 году, когда в Аденском заливе сомалийские пираты тоже захватили танкер.
Но есть и более давняя история, в которой тоже замешаны американцы. В советские времена флот всегда ходил под одним флагом без каких‑либо ухищрений, офшорных схем и «двойного дна». Тем не менее американцы через своих тайваньских прокси не постеснялись в 1954 году организовать захват танкера «Туапсе», поскольку и тогда те или иные действия определяла большая политика.
Из чего получились и трагедия, и поучительная история, и художественный фильм.
Тайный керосин
В конце 1953 года Черноморское пароходство приняло в Копенгагене у верфи «Бурмейстер и Вайн» новый корабль, который датчане построили по его заказу. Название «Туапсе» судно унаследовало от своего предшественника, потопленного в годы войны немецкой подлодкой U-129 в Мексиканском заливе.
Весной 1954 года новенький танкер с первоклассным навигационным оборудованием сделал два рейса к Антарктиде, куда доставил китобоям топливо и провизию, а обратно привез китовый жир.
В начале июня судно вернулось в Одессу и после небольшого отдыха с экипажем в 49 человек отправилось к берегам Румынии. В Констанце «Туапсе» принял на борт 10 тысяч тонн керосина, который по документам проходил как осветительный, но на самом деле был авиационным. Можно сказать, «подсанкционным».
Об этом на борту знали только капитан Виталий Калинин и еще несколько человек. Груз предназначался для существующей всего пять лет Китайской Народной Республики (КНР), куда танкер и направился.
Плавание проходило без эксцессов, пока «Туапсе» не вошёл в воды Южно-Китайского моря и не приблизился к острову Тайвань. Там тоже пять лет как окопались бежавшие с материка конкуренты Мао Цзэдуна и китайских коммунистов — последователи Чан Кайши.
Флот Тайваня, созданный благодаря американской помощи, блокировал морской путь для шедших в КНР и обратно кораблей. Поэтому в феврале 1951 года было захвачено норвежское грузовое судно, 19 февраля зафиксирована попытка захватить британское. А 23 июня 1954 г. с танкера «Туапсе» заметили тайваньский эсминец «Даньян», который потребовал остановиться.
Советское судно шло в нейтральных водах и выполнять требование отказалось. Тогда тайваньцы открыли огонь — снаряды легли по ходу и позади судна. Капитану пришлось застопорить ход. Отправленного на борт эсминца с судовыми документами первого помощника тут же на палубе связали, а к «Туапсе» направились несколько лодок с солдатами. Радист танкера передал в эфир сообщение о захвате, которое приняли во Владивостоке.
За это время мотористы Антон Беспалов и Владимир Егерев испортили судовые дизели.
Тайваньцы согнали команду в «красный уголок» — так называлось помещение, где висел потрет Ленина, стояло красное знамя и проводились политинформации.
Драка произошла только на юте, где три матроса — Леонид Анфилов, Николай Зибров и Борис Писанов — попытались помешать тайваньцам сорвать советский флаг.
Ветерану Великой Отечественной войны, бывшему разведчику, кавалеру медали «За отвагу» и ордена Славы III степени Анфилову выбили прикладом зубы.
Танкер был отбуксирован на тросах в порт Гаосюн, там его разгрузили, присвоив керосин, перекрасили и переименовали в «Куайцзи». Но с ходу капитана и экипаж обвинили в том, что они пытались снабдить врагов Китайской Республики (так назвало себя правительство Тайваня) ценным сырьём.
Экипажу дали шанс избежать жестокого обращения — для этого требовалось подписать бумаги с просьбой о политическом убежище.
«Мнения разделились»
Тем временем в Москве пытались разобраться, что происходит. На следующий день после захвата послу США в Москве вручили ноту протеста.
В «Правде» появилось сообщение, где говорилось, что «захват советского танкера военным судном в водах, контролируемых ВМФ США, мог быть осуществлен только военно-морскими силами США. Советское Правительство ожидает, что правительством США в связи с этим нападением на торговое советское судно в открытом море будут предприняты меры к немедленному возврату судна, его груза и команды. Одновременно Советское Правительство настаивает на строгом наказании американских должностных лиц, причастных к организации этого незаконного акта…»
Штаты от захвата танкера открестились, но через месяц с Тайваня в КНР сбежали двое военных, которые сообщили: на тайваньском эсминце присутствовали два американских морских офицера, которые отдавали тайваньцам прямые команды и первыми досмотрели «Туапсе».
По данным китайской разведки, прикрывали операцию два эсминца ВМС США. Дипломатических отношений между Тайванем и СССР в то время не было, поэтому с просьбой наладить связь с захваченной командой советские дипломаты обратились к посольству Франции и в Красный Крест.
Осуждение провокации властей Китайской Республики прозвучало на сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Но никакого эффекта это не дало — лишь спустя год, в июле 1955-го, 29 членов экипажа «Туапсе» обрели свободу.
Еще 20 человек поддались на психологическую обработку. Кстати, одним из тех, кто беседовал с моряками и обрабатывал экипаж «Туапсе», был потомок русских эмигрантов, бывший переводчик генералов Эйзенхауэра и Паттона, сотрудник ЦРУ Александр Соколов.
Советских граждан разделили на группы, сократили питание, поснимали с окон москитные сетки. Возле комнаты, в которой содержался капитан, постоянно играл патефон, на пластинку которого был записан детский плач — тайваньцы знали, что у Калинина в Одессе остался маленький сын.
Первым сдался начальник рации Михаил Иваньков-Николов. Через время, когда тайваньцы разбили экипаж на пары и стали давить на психику сильнее, делая акцент на матросах помоложе.
Не выдержав постоянного прессинга, моторист Николай Воронов даже попытался перерезать себе горло.
Но в итоге двадцать членов экипажа подписали документы с просьбой об убежище, на чем настаивали сотрудники тайваньских спецслужб и ЦРУ. Их переселили в небольшие домики, начали вновь хорошо кормить, вроде бы жизнь наладилась. Но тут оказалось, что остальные возвращаются в Советский Союз: после 13 месяцев заключения, при содействии французских дипломатов, моряки выехали домой через Китай.
Там их встретили как героев — выплатили всю положенную зарплату и премию в 2000 рублей каждому, всех наградили орденами «Знак Почёта», дали путевки в санаторий для восстановления здоровья.
Оставшиеся поняли, что совершили ошибку, попытались отыграть всё назад — и тогда к ним применили настоящие пытки: били током и палками по пяткам, ломали пальцы, требуя отказаться от прошения о возвращении.
Еще одной воспитательной мерой стало известие, что девять человек, не участвовавших в «комсомольском собрании», на котором все клялись всё же вернуться на родину, в октябре 1955 года отправлены в США. Там их взяли в оборот пропагандисты.
Иваньков-Николов усердно раздавал интервью о своем побеге в «свободный мир», матрос Виктор Татарников выступил в эфире радио «Свобода», а бухгалтер Николай Ваганов заявил на «Голосе Америки»*:
«Мы сами выбрали свободу, но это не значит, что забыли родину. Домой мы вернёмся, но вернёмся тогда, когда там будет полная свобода и демократия…»
При этом пятеро из девяти усердно искали выход на советских дипломатов и смогли найти представительство СССР при ООН. Оттуда был организован их вывоз в Москву. В Штатах остались четверо. Татарников и Виктор Еременко завербовались в армию США, следы Валентина Соловьева затерялись, а бывший начальник радиостанции продолжал периодически выступать в эфирах.
Всех их в 1959 году Одесский областной суд заочно приговорил к смертной казни за измену Родине. И, что характерно, в том же году американские власти передали Иванькова-Николова представителям советского посольства: он тронулся рассудком и по приезде в СССР был помещен в психиатрическую больницу.
Долгий путь домой
Из оставшихся на Тайване один повесился, двое умерли от болезней, троих отпустили в 1988-м, а парализованного пекаря Всеволода Лопатюка — аж в 1991-м. А у еще четверых судьба сложилась весьма необычно — в том числе у двоих участников драки за флаг в самом начале.
Владимир Бенкович, Павел Гвоздик, Леонид Анфилов и Николай Зибров в 1957 году уехали в Бразилию, с которой тогда у СССР не было дипотношений. Через несколько месяцев они тайно перебрались в Уругвай, а уже оттуда советские дипломаты отправили их в Москву.
Дома в Одессе морякам выплатили зарплату за четыре года и дали двухмесячный отпуск, в конце которого все были арестованы. Хотя совсем недавно участвовали в пресс-конференции, рассказывали о мучениях в тюрьме Чан Кайши, разоблачая империалистов. На суде прокурор требовал для всех смертной казни, но военная коллегия Верховного суда отмерила Бенковичу и Зиброву по 15 лет, а Гвоздику и Анфилову по 12.
Как пишут современные газеты — «потому, что Хрущеву не понравилось их фото под пальмами».
Но, как указано в приговоре, «оказалось, они не только сами попросили убежища, но и убеждали сделать это других». Под влиянием Анфилова написали заявления остальные трое. А затем стали ядром агитаторов, помогавших тайваньцам «обрабатывать» других.
Особенно усердствовал кавалер ордена «Славы», который, как оказалось, на корабле был тайным информатором КГБ (как и матрос Гвоздик) — о чем подробно рассказал допрашивавшим его сотрудникам иностранной спецслужбы.
А за работу он получал деньги:
«В сентябре 1954 года Анфилов и Зибров по заданию чанкайшиста Гао склонили к измене Родине матроса Калмазана, за что получили от Гао по 1000 юаней. …За отказ возвратиться на Родину и готовность сотрудничать с чанкайшистами последние выдали каждому из подсудимых по 2–3 тысячи юаней, а в дальнейшем указанные суммы выплачивали им ежемесячно».
В дальнейшем эти ребята плотно поработали на тайваньскую пропаганду, а Бенкович и Гвоздик, как утверждается в приговоре, прошли агентурную подготовку ЦРУ.
Широкой общественности, понятное дело, всё это известно не было.
Для нее на киевской киностудии им. Довженко сняли фильм «Ч. П. Чрезвычайное происшествие» с Вячеславом Тихоновым в главной роли. Это было единственное кино из Киева, ставшее лидером проката и собравшее 47,4 млн зрителей. Послевоенное поколение одесских мальчишек играло в «ЧП», а Тихонов мог бы навсегда стать не Штирлицем, а Райским — по фамилии его киногероя.
В наши дни всё повторяется в более-менее похожих декорациях. Правда, в 2026 году двух российских членов экипажа танкера Marinera уже вернули домой, так что мытарства, которые пришлось пережить их коллегам 70 лет назад, им не грозят.
А вот сам танкер американцы никому возвращать не собираются — как и в прежние времена предпочитая использовать право сильного.
*иностранное СМИ, выполняющие функции иноагента
