ЕС утвердил план финансирования Украины на 90 миллиардов евро на 2026−2027 годы за счёт классического совместного займа.

Иван Шилов ИА Регнум

Договориться о конфискации российских средств европейские лидеры не смогли. Так что Венгрия, Словакия и Чехия, которые блокировали этот вариант, удовлетворились тем, что сами никакой финансовой ответственности по этому кредиту нести не будут.

Условия таковы: заём будет гарантирован бюджетом ЕС, и обязательства по нему несут оставшиеся 24 из 27 стран. Кредит же предполагается беспроцентный, и обязательства его вернуть у Киева возникнут только в случае получения репараций от России.

То есть примерно никогда.

Для Киева новость вроде бы хорошая, совсем без денег его не оставили, но главный вопрос, хватит ли этих средств для покрытия потребностей бюджета и армии?

И тут за коротким позитивом начинаются сплошные сложности.

Позитив с оговорками

Потребность Украины во внешнем финансировании резко возросла.

В соответствии с документом Еврокомиссии, подготовленным аппаратом Урсулы фон дер Ляйен и разосланным государствам — членам ЕС, в 2026 году «союзнику» может понадобиться 71,7 млрд евро, из которых 51,6 млрд — на военные нужды.

Согласно макропрогнозу инвестиционной группы Ukrainian Financial Forum, украинская экономика будет оставаться критически зависимой от международной помощи по меньшей мере до конца 2026 года.

А если хоть какие-то средства не поступят до апреля, Киеву придется сокращать государственные расходы, что, как отмечает Politico, ударит по моральному состоянию украинского общества и способности продолжать оборону. Заодно и международному авторитету ЕС, который просто не мог допустить подобной катастрофы.

Так что Зеленский в пятницу, 19 декабря, приветствовал решение Европейского совета, назвав 90 млрд евро (а это около 95 млрд долларов) «значительной поддержкой, которая действительно усиливает нашу устойчивость».

«Важно, что российские активы остаются обездвиженными и что Украина получила финансовую гарантию безопасности на ближайшие годы»,— написал он, как всегда умело найдя перемогу, и добавил, что Украина и Европа вместе «защищают будущее континента».

Однако нетрудно заметить, что 90 на два года совершенно не равно (округленным) 72, которые нужны прямо сейчас.

Любопытно, что собственные расчеты Украины показывают иные потребности.

Госбюджет Украины на 2026 год предусматривает официальный дефицит на уровне 18,4% ВВП с потребностью во внешнем финансировании около 49 млрд долларов.

Общие расходы запланированы на уровне 116,5 млрд долларов, но, как говорил летом сам Зеленский, Украина не «официально», а фактически нуждается в привлечении извне 65 млрд долларов в год.

Подарок от ЕС формально закрывает большую часть кассового разрыва на два года, однако с учетом военных рисков, уровня разрушений и возможного проседания экономики вопрос о дополнительных ресурсах всегда остается актуальным. И одновременно встает вопрос, чьи цифры более корректны — то ли Урсула просит больше на коррупцию, то ли Зеленский постеснялся откорректировать летние оценки.

В любом случае деньги еще нужно собрать и передать физически.

В то время как Киеву, чтобы достичь уровня помощи предыдущих лет, необходимо было бы до конца текущего года получить еще 9,1 млрд евро, констатируют эксперты Института мировой экономики в Киле (IfW).

Для этого объем ежемесячных поступлений в ноябре и декабре должен оказаться вдвое большим, чем в предыдущие два месяца, а этого не происходит.

Всё по-прежнему

Если совсем коротко, то подарок от Мерца и Урсулы не закрывает потребности, следовательно, глобально ничего не меняет.

По оценкам МВФ, чтобы профинансировать потребности Украины в 2026 и 2027 годах, Киеву необходимо 137 млрд евро. Так что на имеющийся кредит Украина продолжит воевать плюс-минус так же, как и воевала раньше.

А в таком режиме она явно проигрывает.

При этом журнал The Economist в октябре подсчитал, что для ведения боевых действий в течение следующих четырех лет (2026–2029 годы) Украине нужно еще около 389 млрд долларов как в виде прямого финансирования, так и в форме поставок вооружений.

Это позволит стране поддерживать экономику и армию, однако перспектива взять Украину на фактическое содержание «потому что так можно защититься от агрессии Кремля» вряд ли может считаться реальной.

Прямо сейчас, как подробно рассказывало ИА Регнум, в украинских финансовых расчетах при любом раскладе остается дыра в 18 (теперь эксперты утверждают, что 15) млрд долларов, которые взять вообще негде, и их не даст никто ни под какие условия.

Ну а условия по нынешней поддержке тоже специфические.

Когда лидеры ЕС делили российские активы, существовало три плана: Зеленский настаивал на том, чтобы Украина просто получила 140 миллиардов и делала с ними всё что хочет, не спрашивая разрешений.

Однако «Миндичгейт» и связанные с ним политические катаклизмы показали, что так делать точно нельзя. И украинские политики ещё до саммита сообщали, что каким бы ни было решение, условия будут достаточно жёсткие.

Все денежные вливания, во-первых, привязаны к выполнению «маяков», реформ, которые направлены на борьбу с коррупцией, оптимизацию бюджета и т.п. Причем это происходит как в случае с траншами МВФ, так и с «евроинтеграцией».

Поэтому и 90 миллиардов будут выдавать частями и под условия, о которых публично как раз никто не говорит — эта часть соглашения остается закрытой.

В оборонные предприятия Украины вливать деньги ЕС явно не спешит. По сообщениям СМИ, порядка 40% потенциального производства не имеет финансирования. Зато существенно выросли расходы европейских партнеров на закупку американского оружия.

Генсек НАТО Марк Рютте заявил, что ожидает в 2026 году таких закупок на 12 млрд долларов. Отдавать что-то Киеву в данном случае нет никакой необходимости. При этом приобретение оружия на собственные нужды ЕС условно тоже может считаться «помощью Украине» — Европа крепит ряды и готовится отразить нападение, вдруг что.

Так что мы не знаем, какую именно часть денег получит украинский бюджет, а сколько переложат из одного кармана в другой.

В ближайшие месяцы Еврокомиссия должна подготовить правовую базу для выпуска облигаций под кредит и вынести её на утверждение Совета ЕС и Европарламента. Лишь после этого станет возможным размещение долга на рынке. В случае успешной реализации проекта первые транши могут поступить Украине не ранее чем через 3–6 месяцев, которые еще надо как-то прожить.

Так что в чистом остатке ЕС «сохранил лицо», но не смог «послать мощный сигнал Путину», который явно посмеялся над проблемами, которые европейцы создают себе сами.

У Украины есть деньги еще немного повоевать как воюется, а что будет через два года — никто не знает. На что и делается главный расчет всех тех деятелей, которые сегодня говорят о «полном успехе предприятия».