За последний год российский мясной рынок изменился. Китай, который прежде ассоциировался исключительно с импортом продовольствия, стремительно наращивает поставки в Россию, поднявшись сразу на шесть позиций в рейтинге ключевых поставщиков.

Иван Шилов ИА Регнум

За 2024 год КНР увеличила объем экспорта мяса в Россию почти в четыре раза, заняв третье место с долей 5,6% (125,8 млн долларов). При этом лидером остается Белоруссия (56,5%, 1,3 млрд долларов), на втором месте — Бразилия (18,1%, 404,3 млн долларов).

«Китай, по сути, занял место Бразилии, у которой кратно уменьшились поставки птицы. А у Китая в этом сегменте вырос импорт в 5 раз», — отмечает в разговоре с ИА Регнум Алексей Койтов, председатель Союза потребителей Российской Федерации.

Филе за лапы

Главный отраслевой аналитик Россельхозбанка Андрей Дальнов в беседе с ИА Регнум объясняет ситуацию взаимодополняемостью предпочтений российских и китайских потребителей:

«Россия поставляет в Китай все то, что нравится китайцам, — жирные, трудно жующиеся виды мяса. Если говорим про курицу, то это лапы. Если про свинину — ноги, желудки, уши, хвосты».

В обратном направлении работает тот же принцип. «Нам они экспортируют то, что сами не очень любят — постные части курицы, прежде всего филе».

По словам Дальнова, это идеальная торговая симметрия: «Китай для России — идеальный партнер. Он забирает то, что сами россияне либо совсем не едят, либо едят совсем немного. Мы туда экспортируем субпродукты, а они нам то, что у них не пользуется спросом».

Это опасно?

Опасения насчет качества китайской продукции — наследие прошлого, считают эксперты. «Ширпотреб, который когда-то хлынул в нашу страну («абибасы» и прочее подобие иностранных брендов), давно в прошлом. Сегодня мы ездим на китайских автомобилях, пользуемся китайскими гаджетами, а это высокотехнологичная продукция», — напоминает Алексей Койтов.

Что касается безопасности китайского мяса, Андрей Дальнов уверен: «Производители, которые отправляют продукцию в Россию, имеют разрешение Россельхознадзора. Значит, они по определению безопасны для потребителя. У них, как минимум, двойная сертификация, потому что, как правило, они же совершают поставки в крупные сети ресторанов и дополнительно их сертифицируют».

Любое мясо, что производимое в России, что поставляемое из-за границы, проходит ветеринарный контроль. Роспотребнадзор тщательно за этим следит, и в случае подозрений поставкам уделяется больше внимания либо в случае опасности их приостанавливают, заверяет Койтов.

Кому это нужно?

Интересная деталь: рядовой потребитель вряд ли найдет в магазине продукцию с пометкой «Сделано в Китае». По словам Дальнова, главные потребители китайского мяса — не рядовые граждане, а мясоперерабатывающие предприятия: «Китайское филе широко используется для производства копченых колбас, в том числе сырокопченых». Второе направление — поставки в ресторанные сети.

Неужели России не хватает собственного мяса? «У нас достаточно сырья для мясопереработки. Это суперконкурентный рынок. То, что приходит китайское филе, это хорошо, потому что оно делает рынок еще более конкурентоспособным, делает ситуацию благоприятнее для конечного потребителя», — утверждает аналитик Россельхозбанка.

«Если бы переработчики захотели, они бы всё закупали здесь, и всего бы им хватило, но просто по более высокой цене. Они стремятся снизить себестоимость — это абсолютно нормально», — добавляет он.

Стоит отметить, что еще недавно Китай воспринимался исключительно как импортер продовольствия, скупающий сельхозпродукцию по всему миру для удовлетворения потребностей своего огромного населения. Но времена изменились.

«Сегодня Китай — один из крупнейших экспортеров, он работает в две стороны. Как и все страны, он стремится оставлять у себя больше добавленной стоимости. Страна экспортирует достаточно много термически обработанной курятины, довольно много продукции отправляет в США. Они давным-давно уже стали сильным продовольственным экспортером», — развенчивает миф Андрей Дальнов.

Временный скачок или навсегда?

Несмотря на внушительный рост поставок, эксперты сомневаются, что импорт из Поднебесной продолжит расти такими же темпами.

«Больше всего Китай ввозил, когда была беспошлинная квота. В этом году он везет, но в основном в Калининград, на мясоперерабатывающие предприятия. Для серьезного увеличения я не вижу возможности», — говорит Дальнов.

Он уверен, что доля импорта из Китая вряд ли превысит 10%: «Вообще в принципе где-то до 20% импорта в любом сегменте рынка — это нормально. И я думаю, что Китай вряд ли когда-либо достигнет этого уровня».

Более того, эксперт прогнозирует обратную тенденцию: «В перспективе наши производители должны становиться более конкурентоспособными по отношению к китайским и всем остальным. Поэтому «в длинную» я не вижу возможности для роста импорта. Скорее, вижу рост экспорта из России».

Полезный опыт

Чему могут научиться российские производители у китайских коллег? «У нас продвинутые базовые технологии, мы достаточно эффективны. Надо смотреть, как используется искусственный интеллект, интернет вещей — сложные составляющие, которые китайцы все активнее применяют», — размышляет аналитик.

По его наблюдениям, роботизация — сильная сторона экспортера: «Американцы сами оценивают, что им будет тяжело в торговых войнах, потому что промышленность Китая очень сильно роботизирована, они очень эффективны».

Особенно интересными эксперту представляются китайские инновации в логистике: «Доставка дронами, роботизированная доставка — это теоретически может быть революционным. Не нужен посредник: крупные производители могут совершать поставки потребителю напрямую».

Технологические новинки в производстве и логистике не только повышают производительность китайской мясной отрасли, но и становятся частью более широкого экономического сотрудничества между нашими странами.

В этом смысле растущее присутствие Китая на российском мясном рынке — логичное последствие курса на углубление двусторонних торговых отношений.

При сохранении строгого контроля качества такая ситуация может сказаться только положительно на мясном рынке в целом: способствовать его насыщению и стабилизации цен.