Брукингский институт, влиятельный американский аналитический центр, 13 сентября 2021 года провёл мероприятие в формате видеоконференции с участием генерала Джона Хайтена, заместителя председателя Объединённого комитета начальников штабов Вооружённых сил США. В ходе обстоятельной беседы со старшим научным сотрудником института Майклом О'Хэнлоном была обсуждена обороноспособность страны, модернизация вооружённых сил, реализация Стратегии национальной обороны США, а также новые подходы главы Пентагона Ллойда Остина в решении данных вопросов.

Иван Шилов ИА REGNUM
Китай

Особый интерес представляет сделанная Джоном Хайтеном оценка стремительного роста стратегического ядерного потенциала Китая. Сотрудник института задал генералу вопрос: «Какой тип китайской угрозы является самым острым?» Уточняя его, Майкл О'Хэнлон сделал акцент на Тайвань.

Однако ответ Джона Хайтена был на 100% посвящён стратегическому ядерному оружию КНР. Процитируем заместителя председателя Объединённого комитета начальников штабов ВС США как можно ближе к тексту:

«Меня в первую очередь беспокоят конкретные возможности Китая, а не будущее Тайваня. Хотя Тайвань тоже является частью уравнения безопасности. Речь идёт о беспрецедентной ядерной модернизации [Китая], которая сейчас стала достоянием общественности. Когда я проходил службу в Стратегическом командовании, данный процесс уже имел место, это было известно, но информация поступала по очень секретным каналам, и мы не могли говорить об этом.

Теперь вы наблюдаете, как строятся сотни и сотни шахтных (стационарных) пусковых установок для межконтинентальных баллистических ракет. Вы можете их увидеть на коммерческих спутниковых снимках, которые попали в прессу в последние несколько месяцев. Похоже, каждые пару недель появляются всё новые фотографии новых шахтных пусковых установок».

Цитата из видео на YouTube
Балистические ракеты DF-41 на параде в честь 70-летия образования Китайской Народной Республики

Джон Хайтен сделал особый акцент на договор между Российской Федерацией и Соединёнными Штатами Америки о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-3), который в начале февраля 2021 года был продлён на пять лет, до 5 февраля 2026 года.

«И, кстати, нет никаких ограничений на то, что Китай может поместить в эти шахтные пусковые установки. Мы с Россией ограничены 1550 развёрнутыми ядерными боезарядами, поэтому мы должны решить, где мы хотим их разместить: на подводных лодках, межконтинентальных баллистических ракетах наземного базирования, стратегических бомбардировщиках. У Китая же нет никаких ограничений. Он может установить по 10 боеголовок на каждую из этих МБР, если захочет. Ничто не ограничивает эту его способность», — подчеркнул американский генерал.

Здесь для лучшего понимания следует уточнить. Известно, что Китай будет развёртывать в этих шахтных ПУ межконтинентальные баллистические ракеты DF-41 («Дунфэн-41»). Дальность полёта данных трёхступенчатых твёрдотопливных китайских МБР составляет 12−14 тысяч километров. Боевая часть ракеты разделяющаяся и включает от 6 до 10 ядерных боеголовок индивидуального наведения. Об этом и говорит Хайтен: может быть на каждой ракете 6 боеголовок, а может быть и 10.

Далее в своём ответе заместитель председателя Объединённого комитета начальников штабов ВС США сравнивает, в том числе и образно, программу модернизации американской наземной компоненты ядерной триады (GBSD — Ground Based Strategic Deterrent) с китайской.

Хайтен приводит конкретные количественные параметры и сроки: «Если всё пойдёт хорошо, у нас будет 400 новых шахтных пусковых установок. Степень начальной операционной способности должна быть достигнута в 2030 году, а полное развёртывание — в 2035 году. Нам потребуется 10−15 лет, чтобы модернизировать 400 шахтных ПУ, которые уже существуют. А Китай строит почти столько же за ночь. Так что скорость изменения этой угрозы — это то, что действительно меня беспокоит».

Заместитель председателя Объединённого комитета начальников штабов ВС США в конце своего ответа задаётся вопросом: «И когда вы смотрите на этот ядерный потенциал и смотрите на официальную политику Китая о неприменении ядерного оружия первым, то вы должны спросить у себя, для чего он [Китай] создаёт этот огромный, огромный ядерный потенциал быстрее, чем кто-либо в мире? Вот что меня действительно беспокоит».

Следует заметить, что кроме отсутствия договора по типу СНВ-3, у Вашингтона с Пекином нет никакого диалога по вопросам стратегической стабильности. Диалог напрочь отсутствует: китайцы всячески от него уклоняются.

Кстати, в качестве позитивного момента Джон Хайтен отметил, что президент США Джо Байден и председатель КНР Си Цзиньпин в 2021 году трижды разговаривали по телефону. Очевидно, что американский президент всё-таки предлагал провести и личную встречу, хотя это сейчас публично отрицается его администрацией в связи с отказом Пекина.

Председатель КНР Си Цзиньпин со своей стороны пытается выиграть время, чтобы решить вопрос дальнейшего своего пребывания на высоком посту и чтобы сделать рывок в модернизации стратегических ядерных сил для достижения стратегического ядерного паритета с США. Тем более что переход к переговорам в условиях потери инициативы и преимущества — это типичная тактика англосаксов: поставить ситуацию на паузу, а за это время перегруппироваться и попытаться создать перевес сил.

В ответе на вопрос Майкла О'Хэнлона Джон Хайтен трижды употребляет слово «беспокоит». Всё это, конечно же, передаёт высокую степень тревожности руководства Пентагона в связи со стремительным наращиванием Китаем своего стратегического ядерного потенциала.

Можно предположить, что американцы пока даже не представляют, на каком потолке по количеству развёрнутых ядерных боезарядов и стратегических средств доставки Пекин собирается остановиться. И это лишает их покоя и сна.