Иван Шилов ИА REGNUM
Дональд Трамп

Глава Белого дома так и не оправился после Шарлотсвилля. Идеологический и политический кризис, вызванный очередным обострением гражданских столкновений, так и не нашёл своего разрешения. Вместо того чтобы попробовать превратить поражение в победу или хотя бы смягчить ущерб, причинённый его неуклюжей реакцией, Трамп решил просто перейти к другим делам, как будто ничего и не было. Его противники, напротив, не преминули развить успех.

В самом начале недели Трамп представил так называемую новую стратегию американского военного присутствия в Афганистане. Как и ожидалось, 45-й президент США собирается нарастить военный контингент в этой стране и перейти от политики «строительства государства», когда американские военные в основном тренировали афганскую армию, к непосредственным ударам по афганским ячейкам различных террористических формирований.

Армия США в Афганистане

Этот шаг был ожидаем по двум причинам. Во-первых, борьба с терроризмом на Ближнем Востоке была одной из главных тем предвыборной кампании Трампа, а он, как мы уже видели на многих примерах, несмотря ни на что, пытается следовать именно той программе, с которой избирался на свой высокий пост.

Вторая, возможно, куда более важная причина заключается в том, что из трёх опор политической базы Трампа: провинциальной рабочей бедноты, армии и силовиков, а также крупных промышленников — первая сильно потрескалась и ощутимо зашаталась ввиду неспособности президентской команды освободить американцев от ярма системы обязательного медицинского страхования Obamacare, а теперь ещё и после Шарлотсвилля, когда президент показал, что не имеет достаточно четкого ответа на многие животрепещущие вопросы. В этой ситуации Трампу, которому нечего прямо сейчас предложить пролетариям, не остаётся ничего иного, кроме как укреплять связь с оставшимися составляющими своей базы: военными и промышленниками. А что может быть лучше для профессиональной армии и обслуживающего его ВПК, чем маленькая управляемая война, несущая с собой много повышений по службе, медалей, многомиллиардных контрактов и совсем чуть-чуть потерь среди солдат? Ну так ведь каждому своё: кому умирать, а кому и звания получать.

Businessinsider.com
Нацисты. Шарлоствилль. США

Другим реверансом в сторону военных, правда, на этот раз бывших, стало выступление Трампа в штаб-квартире главной американской ветеранской организации Американский Легион, где он представил недавно подписанный им закон о новых льготах в отношении этой довольно многочисленной категории населения. Надо сказать, что в Америке, которая на протяжении десятков лет ведёт войны за пределами своих границ, ветераны военной службы представляют собой достаточно обширную, сплоченную, политически активную прослойку, которая одновременно обладает политическим весом для внутриполитических игр и необходимыми навыками для силового сценария развития событий. Завоевать и удержать поддержку ветеранов — одна из важнейших задач для Трампа в его шатком положении.

Ещё одним шагом в этом направлении стало подписание президентом меморандума о запрете военной службы для трансгендеров, а также о запрете на проведение за счёт министерства обороны или внутренней безопасности (куда относятся некоторые рода войск) хирургических операций по смене пола. Этот документ, являющийся более развёрнутой и официальной версией президентского твита двухмесячной давности, отменяет решение администрации Обамы о допуске трансгендеров к военной службе без ограничений, которое, правда, не успело вступить в силу. Американские генералы, солдаты и ветераны — в большинстве выходцы из консервативной глубинки — остались довольны решением президента оградить их от людей, волею судеб превращённых в живое знамя идеологии ЛГБТ.

Что касается ограждений, то их катастрофически не хватало в городе Финикс, штат Аризона. Здесь Трамп решил устроить митинг со своими сторонниками в большом концертном зале, а противники президента, заведённые Шарлоствиллем, решили не дать этим самым сторонникам «уйти безнаказанными». Несколько тысяч человек, среди которых, как всегда, были и мирные демонстранты, и заранее подготовившиеся радикалы, вооруженные подручными средствами, собрались у самого выхода из зала во время митинга.

Сначала они только кричали и позировали на камеры, изображая праведное негодование тем, что президента-кровопийцу Трампа все ещё хоть кто-то, но поддерживает. А потом, когда СМИ, отсняв свой материал, уехали, а мероприятие закончилось, протестующие (в Америке они скромно именуют себя «контрпротестующими») загородили проход тысячам выходящих с митинга людей, спровоцировали сначала давку, а затем и массовую драку. Полиция, которая почему-то не смогла заранее спрогнозировать и предотвратить такое развитие событий, вынуждена была прибегнуть к слезоточивому газу и резиновым пулям. Только прессе все нипочём: на следующее утро все пестрело заголовками типа «Разъяренные трамписты напали на мирных контрпротестующих» или «Любимые Трампом силовики жестоко разгоняют мирные демонстрации его противников»…

В это же время все больше деятелей Республиканской партии и даже некоторые члены администрации позволяют себе усомниться в президентском курсе. Так, спикер Палаты представителей Пол Райан публично осудил высказывание президента об ответственности обеих сторон за столкновение в Шарлотсвилле, а госсекретарь Рекс Тиллерсон в одном из выступлений дал понять, что не считает, что мнение Трампа отражает позицию Соединенных Штатов.

Пол Райан

Тиллерсон и его ведомство в целом, похоже, ощущают себя малосвязанными с президентом и его программой. Такое ощущение создаётся при взгляде на несогласованность высказываний Трампа и его госсекретаря, а также на чудовищный бардак в отношениях США и России, где на высочайшем уровне вроде бы достигнуто полное взаимопонимание, а ниже идёт эскалация санкционных мер.

Президент США пытается примениться к сложной конъюнктуре американской политической жизни и госуправления, в то время как обещал сломать и реформировать и то, и другое. Он стремительно теряет инициативу, в то время как противники наращивают кампанию по демонизации Трампа и его приближенных. Подачки военным и ветеранам сложно назвать решительными действиями, а окно возможностей стремительно сужается. Сможет ли глава Белого дома переломить наметившийся тренд или будет низведён до звания просто ещё одного не в меру эксцентричного политика, по сути, ничем не отличающегося от собратьев — вот пока что главный вопрос для каждого американца и для многих-многих других.