Летом 2017 года таджикские власти с новой силой взялись за борьбу с «чуждыми ценностями». Ленты местных средств массовой информации были щедро сдобрены сообщениями о борьбе с экстремизмом, но в своеобразном — в фэшн-ключе.

Хиджаб

Довольно жестко по поводу внешнего вида граждан высказался 11 июля президент страны Эмомали Рахмон, обеспокоенный проводимой в Интернете и под влиянием «отдельных групп» пропагандой ношения чуждой таджикам одежды. Причем далее речь пошла именно о религиозном облике женщин, тема «чуждости» европейского типа одежды в целом затрагивается очень осторожно, как правило, остерегая только от излишней откровенности нарядов.

«Ограниченный круг женщин и девушек видят религиозность не в душе, а во внешности, облачаясь в черное и тем самым попирая наши культурные ценности, забывая о том, что Всевышнего познают душой и сердцем, а не одеждой, сатром (так мусульманский платок называют в Таджикистане — прим. ИА REGNUM), хиджабом и бородой».

«В этой связи местным исполнительным органам государственной власти и другим ответственным структурам необходимо принять конкретные меры по предотвращению распространения данной негативной тенденции», — заявил глава государства.

Надо сказать, что тема ношения платка президентом затрагивается не впервые. Ранее он уже обращался к студенткам с назиданием о том, что хиджаб чужд им, но платок носить можно. В целом-то вся загвоздка лишь в том, как этот платок повязать — он не должен закрывать шею и тем более лицо, его нужно завязать сзади.

Кстати, вполне «конкретные меры» «ответственные структуры» начали принимать еще за несколько дней до распоряжения «Лидера нации». В городе Ходженте, что на севере страны, по инициативе Комитета по делам женщин, который, кстати, неоднократно выступал с различными предложениями относительно внешнего вида таджичек, создана специальная рабочая группа, участники которой взялись уговаривать прекрасную половину таджикского общества «открыть личико».

herman yahaya
Хиджаб

Группы, собранные из представителей молодежных организаций, активисток женского движения, спортсменов, врачей, учителей и даже сотрудников милиции, стали обходить рынки, поликлиники, кафе и рестораны, швейные цеха, школы и детские сады в поисках сторонниц «чуждой» моды. Подобные разъяснительные беседы стали проводиться и в столице — Душанбе.

Однако такая акция вызвала бурную реакцию местных жителей, которые делились своим мнением в социальных сетях. Надо признать, что в целом идею борьбы с хиджабами население одобряет, но люди возмущены методами, которые применяются.

«В вопросе ношения сатра нужно было систематически и целенаправленно работать в мечетях с духовенством. Раз это вопрос, затрагивающий ислам, пусть работают они со своими прихожанами. Ведь основная масса женщин носят такую одежду, потому что заставляют мужья или братья. В махалях нужно было эту работу начинать Комитету по делам женщин. Собирать женщин и проводить профессиональные беседы, а не орать в общественных местах на других. Сегодня такие накидываются на женщин в сатрах. А завтра, если кто-то не понравится, начнут кидаться на других. Вот это называется средневековье»,пишут пользователи.

Более того, во время этих обходов, по словам свидетелей, тем, кто отказывался снять платок немедленно, члены спецгрупп грозили штрафом до 1000 сомони, что эквивалентно порядка 7 тыс. рублей.

Khushal.Khan.Nurzai
Паранджа

Правда, буквально накануне в МВД информацию о штрафах опровергли.

«Никакого наказания за это не предусмотрено. Сейчас идут разъяснительные беседы — власти только напоминают женщинам, что носить хиджабы, сатры и тюрбаны — это чуждо традициям таджикского народа», пояснил руководитель пресс-службы ведомства Умарджон Эмомали.

Но осадок, как говорится, остался.

Кампания по борьбе с религиозным внешним видом в стране, к слову, коснулась не только женщин. Несколько лет назад в Таджикистане появились ограничения на ношение бороды. Ее позволено носить только пожилым людям и лицам, которые не работают в государственных структурах.

Кроме того, нормы ношения бороды стали применяться даже к священнослужителям. Так, в ноябре 2012 года Совет улемов Таджикистана установил, что длина бороды у последователей ханафитского мазхаба (наиболее распространенное течение ислама в странах Средней Азии) не должна превышать один сжатый кулак.

В кампанию против растительности на лице также включился и Комитет по делам молодежи, спорту и туризму Таджикистана: представлен Кодекс этики таджикских спортсменов, запрещающий ношение бороды. Правда, в комитете отмечают, что такая норма была введена из соображений гигиены, «чтобы через длинные волосы и бороду не передавались инфекционные заболевания. А сатр во время соревнований по некоторым видам спорта просто мешает».

Тем не менее, пропаганда светского внешнего вида охватывает все новые и новые сферы.

По мнению независимого аналитика Парвиза Расулова, который прокомментировал сложившуюся ситуацию специально для ИА REGNUM, борьба таджикских властей с бородой — вовсе не борьба с экстремизмом, а скорее попытка сломить устоявшиеся традиции и запугать население, но чем больше закручиваются гайки, тем больше молодых людей примыкает к различным экстремистским группировкам:

«Показатель — участие таджиков в войне в Сирии, Ираке и Афганистане. Считается, что Иблисский халифат проигрывает войну, но почему-то поток таджиков, ищущих путей присоединение к ним [террористам], не иссякает», — подчеркивает аналитик.

Он также говорит о том, что, акцентируя внимание на запрете ношения платков и бороды, руководство страны собственными руками создаёт почву для вербовки молодежи в запрещенные группировки.

Здесь стоит напомнить, что в своем видео-послании беглый глава ОМОН Гулмурод Халимов, присоединившийся к «Исламскому государству» (террористическая организация, деятельность которой запрещена в РФ), заявил о том, что решил покинуть свою страну из-за нарушения прав мусульман в его стране, потому что женщинам в Таджикистане запрещено свободно носить платок, а мужчинам — бороду.

Цитата из к/ф «Белое солнце пустыни». Реж. Владимир Мотыль. 1970. СССР
В парандже

К слову, несмотря на всё еще не подтвержденную информацию о гибели Халимова, таджикские члены группировки «Исламское государство» (террористическая группировка, деятельность которой запрещена в РФ) утверждают, что он жив.

«Власти, вместо того, чтобы искать решение социальных проблем, безработицы, тратят свои усилия на борьбу против ношения платка, что есть показатель недееспособности властей в решении реальных проблем. Пока властям везет, что основная часть трудоспособного населения находится в России. Если, не дай Бог, Россия перестанет принимать мигрантов, то после возврата этой части населения в Таджикистан властям станет не до бороды и не до платка, страна захлебнется в протестном движении», — уверен Парвиз Расулов.

Таким образом, можно сказать, что страна балансирует на грани борьбы с вполне реальной угрозой, исходящей от террористических и экстремистских группировок, и давлением на общество, которое рано или поздно может просто ему не поддаться и оказать противодействие.

Вопрос в том, могут ли такие меры быть реально эффективными в борьбе с радикальной исламизацией на фоне низкого уровня жизни населения, безработицы и отсутствия каких-либо реальных перспектив.