Мэра Москвы Сергея Собянина в первой очной встрече с избранной оппозицией Московской городской думы можно считать победителем. В этом нет никаких сомнений. Событие прошло словно шахматная партия, в которой пешки и лёгкие фигуры надежно защитили своего короля от шаха. А ответные выпады оказались столь чувствительными, что некоторые депутаты заговорили о полученном унижении и даже необходимости роспуска столичного парламента.

Сергей Собянин
Сергей Собянин
Иван Шилов © ИА REGNUM

Собянин уже до начала ежегодного доклада добился наиболее удобного формата общения — считанного числа вопросов, известных заранее. Как отметил председатель Мосгордумы Алексей Шапошников, мэру города следует задавать наиболее существенные, «судьбоносные» вопросы. Мол, остальные можно решить в рабочем порядке. И вроде бы президент своим примером показывает, что можно по нескольку часов проводить в живом общении, принимая вопросы не только от депутатов, но и от граждан, общественников, молодёжи, журналистов отечественных и зарубежных (иногда явно недружественных нашей стране) СМИ. Но именно столичного мэра, выходит, нужно расспрашивать лишь о самом важном.

Алексей Шапошников
Алексей Шапошников
Duma.mos.ru

Собянин добился видимой поддержки в стенах парламента и даже сорвал овацию проникновенными словами о совместном будущем жителей Москвы и стратегии городской власти. Мэр вовсе не казался атакуемым и слабым чиновником во вражеском лагере, почти наполовину состоящем из политических оппонентов.

Докладчик наглядно отделил мух от котлет и кое-где, в технических для себя вопросах, проявил гибкость. Он согласился увеличить размер компенсации на гаражи со 150 до 200 тыс. рублей. Согласился провести отдельную встречу в начале 2020 года с руководителями фракций и комиссий (последнее, впрочем, неудобствами ему не грозит).

В других вопросах он либо держал оборону, как, например, по темам оптимизации здравоохранения и детского питания, пользуясь ограниченными параметрами общения и отсутствием возможности у депутатов задавать дополнительные вопросы. Либо вовсе шёл в атаку. Так, в пух и прах раскритиковал кинотеатр «Соловей». И по репертуару, мол, шли блокбастеры и не было авторского кино. И по противопожарной безопасности: большие залы нарезали на маленькие — помните трагедию «Зимней вишни»? Ну и пообещал возобновить показы кино в уже новом здании, которое появится на месте бывшего киноцентра. Трагедию в Кемерово, конечно, все помнят, но это не значит, что надо решать вопрос не предметно, а рубить шашкой, целиком снося здание. А уж по репертуару и вовсе лукавство — «Соловей» от прочих кинотеатров отличался не только размером, но и тем, что был несетевым. И поэтому когда большинство столичных кинозалов показывали одно и то же, киноцентр на Красной Пресне давал зрителю выбор. И если новые собственники откроют очередной сетевой кинотеатр, он не закроет потребность.

Довольно едко мэр высказался в сторону защитников лесов Архангельской области и противников мусоросжигательных заводов. Мол, критики ничего не предлагают, а вот попробовать у их дома не вывозить мусор месяц, тогда и узнают, зачем это всё нужно, прочувствуют в полной мере. Очевидное передёргивание, поскольку основные борцы с полигоном в Шиесе были не в Москве, а на месте мусорной экспансии. Это были те люди, у которых не просто не увезли бы мусор, — к ним привезли горы чужого. А критика мусоросжигательных заводов конкретна и касается неэффективной очистки выбросов. Когда чиновники вроде бы рассказывают о безопасности этих проектов, жители открывают окно и сразу воняет. Ну и, конечно, что нужно «предлагать» мэрии Москвы по теме утилизации, когда проблема не новая, есть понятный международный опыт, который можно готовым брать и перенимать, не изобретая велосипед?

Удивительно было узнать, что крупная промышленность, оказывается, входит в число приоритетов руководства города. Уж не для этого ли Москва расстаётся с одной промышленной зоной за другой, застраивая их территории высотками? Градостроительный приоритет здесь виден более чётко. Жильё собираются строить даже на месте промышленных площадок у станции аэрации, крупнейшей в Европе, между прочим. Понятно, что мэр об этом завёл речь лишь потому, что у него под рукой была статистика роста обрабатывающей промышленности, за год она прибавила. Но её доля от всей столичной экономики, увы, ничтожна, и показывает, что крупной промышленности в Москве скорее нет.

Сергей Собянин выступает с отчётом в Мосгордуме
Сергей Собянин выступает с отчётом в Мосгордуме
Mos.ru

Из уст Сергея Семёновича звучало как анекдот и то, что приоритетом и опорой является малый бизнес. При его предшественнике Юрии Лужкове, с которым совсем недавно состоялось прощание, в Москве малый бизнес действительно был повсюду. При Собянине армию розничных торговцев заменили сети. И теперь в Москве иногда сразу и не понять, где купить тот или иной товар — все магазины одинаковые со схожим ассортиментом. Крупные рынки в Москве исчезли, а ведь в них каждая точка, каждое окошко было как раз бизнесом. Незатейливым, но дающим веру в будущее его владельцу. ИП маршрутчиков полностью заместил ГУП «Мосгортранс». И бывшие предприниматели либо ушли из сферы, либо трудятся обычными водителями. Схожая ситуация с такси, где рынками полностью управляют несколько крупных агрегаторов. Рынок краткосрочной аренды недвижимости, где множество людей могло найти применение своим предпринимательским способностям, заместили гостиницы, которые построили в столице богатые инвесторы. Стоил ли говорить, что и строительный рынок Москвы укрупнился, у него появились «лидеры». И когда в городе градостроительные конфликты (то есть наступают на интересы граждан) — на слуху одни и те же компании.

Нет, может быть, это отчасти и хорошо, поскольку во многих вопросах, как говорят в мэрии, «навели порядок». Понятнее и безопаснее для потребителя, стабильно идут налоги. Но малый бизнес в наиболее прибыльных сферах московского бизнеса был придавлен и вытеснен. Для многих категорий граждан Москва перестала быть местом надежды, а оказалась городом, где нет пространства и всё схвачено, «опору» выбили из-под ног. Зачем искажать реальность, рассказывая, что разрушение нелегальных ларьков помогло малому бизнесу? Ведь эти киоски и были настоящими «малышами», которых власти не смогли встроить в налоговую систему. А их конкуренты из сетей, которые оказались в плюсе, — только по бумагам малые предприятия благодаря бухгалтерской модели.

Как бы пламенно ни называл Собянин «полной чушью» слухи о своём интересе к программе реновации, убедительно ответить на вопрос об этажности домов он не сумел. Почему когда-то планка в 14 этажей называлась максимальной, а теперь она средняя, да и то, если считать только жилые этажи — без магазинов, офисов и парковок, словно хозяйственная деятельность не создаёт дополнительного движения. Понятно, что в старых пятиэтажках люди жить не хотят, но почему им теперь нужно жить в сверхвысоких зданиях, муравейниках. Есть ли в этом другой смысл, кроме коммерческой прибыли застройщиков?

Формат общения с депутатами позволил Сергею Собянину говорить что угодно, не опасаясь критики, разоблачений или острых диалогов. Своё поражение признали и депутаты-оппозиционеры, комментируя на продолжившемся заседании доклад мэра.

«Мы унизили себя как парламент. 15 вопросов на 45 депутатов. Отчёт длился всего несколько часов. Мы боимся разозлить его своими вопросами»,заявила депутат Дарья Беседина («Яблоко»).

Её коллега из КПРФ Евгений Ступин, оценивая итоги встречи, и вовсе предложил думе провести процедуру роспуска.

«А мы здесь для чего? Может, самораспуститься, если мы только хвалим и одобряем все решения?! Они пусть сами тогда принимают законы, если вы принимаете всё, что они говорят. Зачем вы здесь? Идите тогда специалистами в мэрию работать. Поэтому, коллеги, у меня просьба — пересмотреть вопрос нашего взаимодействия с мэрией. Избиратели ждут от нас контроля мэрии», — сказал он.