В минувшую пятницу, 1 марта, в первый день весны Александр Лукашенко собрал лояльных к себе граждан на мероприятие «Большой разговор с президентом». Белоруссия переживает очередные непростые времена, и поговорить действительно было о чём. Как совершенно справедливо отметил в ходе пропагандистской акции сам Александр Григорьевич, «куда ни кинь — везде клин».

Александр Лукашенко
Александр Лукашенко
President.gov.by

Лукашенко занимает президентское кресло с 1994 года. За это время в Белоруссии много что произошло. Была ликвидирована парламентская республика — её заменила так называемая «суперпрезидентская республика» с полномочиями авторитарного лидера, которые сам Лукашенко называет «царскими». Сам себя он любит называть «батькой», как бы отсылая к азиатскому «отцу нации».

Советская власть была ликвидирована и заменена на так называемую вертикаль исполнительных органов, прямо и опосредованно подчинённых президенту. Советы, в советские времена формировавшие исполкомы (исполнительную ветвь власти), превратились в декорацию. Столь же декоративной является и партийная система, формально представленная 15 политическими партиями, ни на что не влияющими и полностью подконтрольными спецслужбам. Спецслужбы курирует старший сын руководителя республики — Виктор Лукашенко. Его отец публично рассказывает о том, как фальсифицирует президентские выборы, назначает судей и выбирает членов парламента, превращённого в «машину для голосования».

За постсоветский период существенно изменилась экономическая система. Доставшиеся в наследство от СССР высокотехнологичные предприятия деградировали, приказали долго жить целые отрасли. Памятниками ушедшей эпохе являются промышленные корпуса флагманов советской индустрии. При этом появились новые отрасли и новые профессии. Например, создан офшор для так называемых айтишников, конкурирующих с индусами за аутсорсинг и помогающих в легализации доходов с использованием хитроумных технологий.

За компьютером
За компьютером

Юноши, мечтавшие в советские времена стать учёными и космонавтами, а в «лихие девяностые» — киллерами, в наше время мечтают стать программистами и жить по «английскому праву», платя сущие гроши подоходного налога с кратно больших зарплат, чем у учителей, врачей, инженеров промышленного или аграрного производства. Согласно соцопросам, ещё больше юношей мечтает уехать на Запад и жить там, работая не важно кем.

Социальная обстановка в Белоруссии называется благополучной в официальных отчётах и, очень часто, на контрасте с украинской катастрофой. По сравнению с Бельгией и другими сопоставимыми странами западнее обоснованность такой характеристики белорусских реалий выглядит сомнительно. По факту можно констатировать массовую миграцию молодёжи из деревень в города, демографическую катастрофу на селе, депопуляцию и откровенную нищету в переименованных колхозах. Латиноамериканская модель весьма успешно реализуется на постсоветском пространстве. Причём в Белоруссии латиноамериканский опыт дополняется пережитками крепостного права и переходом на натуральную оплату труда.

Подробности в сюжете: Экономический кризис в Белоруссии

Среднестатистическая зарплата белорусского работника до вычета налогов недотягивает до $500, колхозники довольствуются кратно меньшими зарплатами. В провинциальных промышленно развитых за советский период городах (например, в Лиде или Орше) «нормальной» считается заплата рабочего в $200 при том, что и на эти деньги найти приличную работу весьма проблематично.

Официально декларируемая безработица различается в разы с реалиями, как и инфляция, как и многие другие данные госорганов, поставляющих как бы факты для непомерно раздутого «идеологического» пропагандистского аппарата. Работников этой недавно созданной отрасли в ходе «большого разговора с президентом» назвали «святыми».

Фердинанд Ходлер. Безработный (фрагмент). 1891
Фердинанд Ходлер. Безработный (фрагмент). 1891

Вялотекущий социально-экономический кризис в Белоруссии называется «стабильностью». Вместо хлеба бессменный уже немолодой лидер не может предложить даже приличных зрелищ.

На мероприятие были приглашены соучастники политических репрессий, в 2016 году помогавшие оформить по 12 лет лагерей так называемым пророссийским публицистам — поборникам воссоединения Белоруссии и России. Резко перекрасившиеся в сторонников Лукашенко недавние неонацисты и неоязычники позиционировались как «эксперты». Один из них даже задал вопрос и, судя по ответу, лучше бы не задавал.

Идея «объединить» народный «Бессмертный полк» с официозным мероприятием «Беларусь помнит» — ещё более ущербная, чем примитивное воровство у необандеровцев «Дня вышиванки». Не самая свежая идея, её безуспешно пытались навязать гражданскому обществу в прежние годы. И снова Александр Григорьевич выдал очередную местечковую сенсацию: оказывается, «Бессмертный полк» вторичен и его «передрали» с белорусского официоза.

Читайте подробнее: Лукашенко: «Бессмертный полк» «передрали» с «Беларусь помнит»

Дефицит экспертов восполнили блондинками, на которых то и дело наводили объективы телекамер, создавая видимость чего-то, на что стоит посмотреть. Словно не наговорившись на совещаниях, тянули время пустой болтовнёй бывшие министры, прочие чиновники и разбогатевшие благодаря близости к Семье. Бессменный лидер рассказал удивительную историю о том, как недавно его подчинённый, глава Комитета госконтроля Белоруссии, едва ли не как Рэмбо наводил порядок в бандитском краю — на своей малой родине в России. Разумеется, никакой русофобии в этом официальные лица не заметили.

Все давно привыкли к тому, что государственные СМИ другой части Союзного государства представляют Россию как морально деградировавшую, погрязшую в криминале и коррупции, подверженную постоянным катастрофам. Официоз как бы союзной Белоруссии при освещении российских реалий руководствуется принципом «или плохое, или ничего». Поэтому очередной местечковый триллер не выбивался из сформированной десятилетиями канвы.

С самого начала этого странного мероприятия было понятно, что Лукашенко не с кем поговорить. Он окружил себя оловянными солдатиками и куклами, прошедшими несколько селекционных отборов и променявшими определённые качества на должности и возможности для себя лично, для своих семей. Не планировалось никакого разговора — судя по тому, что на первый заготовленный вопрос официальный лидер отвечал около часа, а на первые четыре — около 2,5 часа.

Ян Стен. Болтуны у окна. 1665
Ян Стен. Болтуны у окна. 1665

Были также предположения, что гарант белорусской стабильности решил побить рекорды покойных товарищей Фиделя и Уго, использовал повод для того, чтобы вписать своё имя хоть таким образом в Книгу рекордов Гиннесса» Однако всё испортил перерыв на отправление естественных потребностей, и беспрерывного выступления не получилось.

Из поднятых Лукашенко вопросов ни один нельзя назвать интересным или актуальным. По большому счёту условной бабе Мане из Слуцкого района или Мише из минской Серебрянки абсолютно всё равно, как Башар Асад относится к Александру Лукашенко. Геополитический вес постсоветской республики прекрасно известен даже последнему белорусскому алкоголику, поэтому о провале «интеграции интеграций» и прочих благоглупостях можно было и не спрашивать. С другой стороны, чем заполнять почти 8-часовой эфир? Не признаниями ведь в провалах госуправления, несостоятельности «рыночного социализма», отсутствии позитивных перспектив изначально не самодостаточного failed state.

Никакой ценности мнения белорусского лидера по вопросам мировой политики не имели и иметь не могут по вполне объективным причинам. Дональду Трампу и тем немногим, кто реально задаёт глобальные или хотя бы региональные тренды и управляет ими, абсолютно наплевать на мнения молдавских, белорусских, грузинских, гватемальских, эритрейских и прочих деятелей. Ведь это правда, а на правду нельзя обижаться. Поэтому стол накрыть для имитирующих решение проблем донбасской бойни — это официальный Минск в состоянии. А вот прекращать войну или нет, как и когда — такие вопросы решают другие дяди далеко от Минска.

Об этом из первых уст: Лукашенко: «Меня на тот свет с президентства не унесут»

Придворные псевдосоциологи и псевдополитологи могут рисовать какой угодно процент поддержки Лукашенко. Сам он тоже может брать с потолка какой угодно процент сторонников «незалежности» или противников воссоединения нашей Родины — хоть 98%, хоть 99,8%. Вся эта пропагандистская шелуха не имеет никакого отношения к объективной реальности, и в моменты истины не помогла разным «елбасы» и «баши». Более обстоятельно на эту тему мог бы высказаться обладатель прекрасных рейтингов накануне свержения и бегства с непосильным трудом нажитым в солнечную Белоруссию Курманбек Бакиев.

Восставшие штурмуют президентский дворец в Бишкеке. 2010 год
Восставшие штурмуют президентский дворец в Бишкеке. 2010 год
(сс) Brokev03

«Майдана» в Белоруссии не будет потому, что над ней российский «ядерный зонтик». Даже когда воспитательницы детсадов и врачи поликлиник будут голодать, на карательные органы будут брошены последние ресурсы, состриженные с местных специально откормленных баранов и занятые за рубежом под любой процент.

Отдавать ведь не обитателям «царских посёлков», а детям пресловутого «народца» из вымирающего села и городских трущоб. Им расскажут очередные сказки о том, как возродилось белорусское село, как Белоруссия кормит Россию, скромно умалчивая о реэкспорте из Евросоюза и пресловутых белорусских креветках, явленных на российских прилавках в колбасах, консервах, полутушах с отрезанными клеймами, перемаркированных ящиках с овощами и фруктами.

Читайте также сюжет: Контрабанда продовольствия из Белоруссии в Россию

Белорусская весна обязательно наступит, задаст мощный импульс общерусскому воссоединению и укажет перспективы больших проектов, по которым так соскучились и деды, и внуки. Каждый бывший председатель совхоза знает, что хорошая весна наступает после хорошей зимы, с крепким морозом и обильным снегом. В силу глобального потепления и других неблагоприятных факторов, в ходе различных процессов зима неоправданно затянулась.

Если думать про эту весну, если жить этой весной и вести за неё бой в своём индивидуальном окопе, ежедневно и ежечасно, всеми силами и средствами, каждым телодвижением или неучастием приближать её приход — она обязательно наступит. Не может быть, чтобы не наступила. Если не верить в это, то и жить незачем.