Страны антигитлеровской коалиции перестали держать фронт исторической политики в отношении правды о Второй мировой войне — и это бросает серьёзный вызов России, которая осталась практически единственным государством, защищающим эту историческую память. Сегодня России остро необходима внутренняя мобилизация общественных, научных и культурных сил для сохранения правды о Великой Отечественной войне, и инструментом такой мобилизации может стать только государственный институт исторической памяти. Об этом 5 февраля заявил главный редактор ИА REGNUM, кандидат исторических наук Модест Колеров на круглом столе в пресс-центре ИА REGNUM на тему «Кто и как искажает историю Второй мировой войны».

«Люди моего и старшего поколения, советские люди, которые получили образование в СССР, хорошо помнят наследие Ленина и, в частности, то, как Ленин переживал крах перспектив мировой революции. Когда перспективы мировой революции рассеялись, стали туманными, когда надежда на революционную Германию умерла, Ленин в своих записках, не предназначенных для печати, заметил: мы одни. Мы, Советская Россия, одни в мире по части стран коммунистической ориентации — он это имел в виду», — заявил Колеров.

«Я могу сказать, что, по моему глубокому ощущению, в области правды о Великой Отечественной войне, о Второй мировой войне, а теперь и о Холокосте мы тоже теперь одни», — подчеркнул он.

Мероприятия в Израиле в связи с годовщиной освобождения Освенцима наглядно продемонстрировали, что антигитлеровской коалиции в области истории Второй мировой войны больше не существует, указал главный редактор ИА REGNUM.

«Свежие поучения Макрона в наш адрес о том, что мы чего-то там интерпретируем и искажаем, которые он произнёс в Польше, тоже показывают, что даже Франция, которую из милости взяли в число победителей, не держит фронт исторической политики в отношении правды о Второй мировой войне», — указал Колеров.

«Принудительные, инквизиторские, ничего не имеющие общего ни с правдой, ни с наукой, ни со свободой исследования и свободой слова решения Литвы, отчасти Польши о Холокосте, о концлагерях — (эти решения) стали возможными. Теперь запрещено возлагать ответственность на Литву за соучастие в Холокосте, запрещено интерпретировать и называть часть геноцидной инфраструктуры Гитлера на территории Польши польской. Эти решения состоялись. Они никем не опротестованы из других членов антигитлеровской коалиции. Фронт разрушен, единого мира антигитлеровской борьбы нет, и мы, Россия, как государство-продолжатель Советского Союза, остались одни», — отметил он.

Колеров напомнил о значении подписанной президентом Израиля Шимоном Пересом и президентом России Дмитрием Медведевым совместной российско-израильской декларации 2009 года. Подписание состоялось практически одновременно с решениями Европейского Союза о равной ответственности на Германии и Советском Союзе за развязывание Второй мировой войны и об объявлении 23 августа общим Днём памяти против фашизма и коммунизма.

«Роль Израиля, безусловно, важна. Но мы понимаем все политические ограничения Израиля в этой части. И вряд ли можно надеяться на большее содействие Израиля, чем в сохранении памяти о Холокосте. И не следует требовать слишком многого. Этот Холокост, эта память о Холокосте сейчас находится на острие ревизионизма в той же Литве», — указал он.

Однако бороться за историческую правду приходится не только на международной арене, но и внутри самой России — несмотря на мощную, народную, естественную традицию «Бессмертного полка», которую поддерживает 90% граждан России и сам президент России Владимир Путин, государственная политика далеко не всегда соответствует цели сохранения исторической правды.

«Попытка повесить мемориальную доску Маннергейму в Петербурге, в блокадном Ленинграде с участием и под руководством бывшего главы администрации, с участием бывшего министра культуры… Маннергейму, соорганизатору геноцидной блокады Ленинграда, Маннергейму, союзнику Гитлера, Маннергейму, соорганизатору геноцида русского народа в Карелии. И вот теперь министр культуры бывший, Мединский, который соучаствовал в этом моральном преступлении и политическом преступлении против нашего народа, стал помощником президента по исторической политике», — отметил Колеров.

Российское военно-историческое общество смогло достичь многих позитивных результатов, даже несмотря на руководство Мединского, в России есть и другие хорошие примеры работы в рамках сохранения исторической памяти — и всё же страна не справится с переписыванием истории, если не будет создан институт, специализирующийся на этом конкретном направлении, уверен Колеров.

«Мы не обойдёмся, не справимся с той задачей, которую нам навязывает новый мир, если наше государство не создаст единый государственный институт исторической политики, такой как в Польше», — подчеркнул он.

Такой государственный институт исторической памяти должен координировать и работу с архивами, систематически вводить их в научный оборот, указал главный редактор ИА REGNUM.

«Не обязательно копировать, потому что польский институт национальной памяти, послуживший образцом для такого же института на Украине, всё-таки чрезмерно инквизиторский — в самой Польше подвергается обоснованной критике, потому что соединяет в себе не только исследовательские, но и карательные функции. У нас свободы больше в этой части, и этот государственный институт исторической памяти будет иметь своей задачей координацию и облегчение работы с теми архивами, о которых говорил Путин. Чтобы их введение в научный оборот было не только личным делом исследователей, но чтобы это облегчало межведомственное взаимодействие и так далее», — пояснил он.

«Без внутренней мобилизации наших общественных, научных и культурных сил вокруг исторической памяти о войне мы так и будем постоянно вляпываться то в Маннергейма, то во Власова, то в Локотскую республику, то в Краснова. И всю эту многочисленную сволочь предательскую, которая служила Гитлеру против России, Советского Союза и русского народа, — эта сволочь действует у нас в стране свободно, осуществляет своё право на свободу слова. Но государственная политика не может полагаться на традиционные академические институты, университетские институции, если хочет эффективно противостоять этой ревизионистской борьбе на мировой арене, в которой наша страна оказалась одна», — заключил Колеров.

Читайте развитие сюжета: Старшее поколение высказалось о мерах по сохранению в России памяти о войне