В Каширском районе Подмосковья местные жители протестуют против строительства мусороперерабатывающего комплекса (МПК) и мусорного полигона при нем. Вот уже год муниципальные депутаты и представители инициативных групп пытаются добиться от чиновников правды о том, что же в действительности собираются здесь построить. ИА REGNUM вместе с муниципальным депутатом городского округа Кашира Любовью Копач попыталось разобраться в том, насколько может быть опасен данный объект по обращению с отходами.

Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM

Сразу оговорим, что по имеющейся у нас на текущий момент информации объект, который планируют разместить на участке под кадастровым номером — 50:37:0000000:8026, в перспективе может представлять собой экологическую угрозу не только для расположенных вокруг населенных пунктов, но и для жителей соседней Тульской области, у границы с которой он расположен. А при определенных обстоятельствах и для Москвы. Наши опасения вызваны тем, что при строительстве мусоросжигательных заводов, полигонов ТБО и мусоропереработки используются устаревшие технологии, А кроме того, реализовывая подобные проекты, власти пренебрегают правом граждан на благоприятную окружающую среду.

В попытке ликвидировать ими же и созданный мусорный коллапс власти Московской области, не считаясь с мнением жителей региона, а зачастую и с элементарным здравым смыслом, навязывают новые места захоронения бытовых отходов в совершенно не приспособленных для этого местах. Об одном эпизоде из сотрясающих область мусорных скандалов рассказала муниципальный депутат Любовь Копач.

По ее словам, не успели в районе закрыть и приступить к рекультивации десятилетиями отравлявшего жизнь людей своим зловонием полигона в городе Ожерелье, как на граждан обрушилась новая напасть. Согласно областным территориальным схемам обращения с отходами, к началу 2019 года на границе с Тульской областью в непосредственной близости от деревень Залесово и Малое Ильинское будет запущен новый МПК и полигон по захоронению непереработанных отходов («хвостов») при нём.

Копач отметила, что продавливая проект, власти вывели участок из сельскохозяйственного оборота и перевели в категорию земель промышленного назначения, подразумевающего также и иное специальное назначение, в данном случае строительство мусорного полигона. Общественных слушаний по предполагаемому строительству не проводилось, более того, чиновники районного и областного уровней убеждают общественность в том, что ни о каком МПК в данном месте речи не идет. На все обращения народной избранницы к спикеру Госдумы Вячеславу Володину, неоднократные обращения в администрацию президента Владимира Путина ей советуют обращаться в суд или спускают запросы обратно в область. Подмосковные чиновники, как обычно, ограничиваются ничего не значащими отписками (обращения и переписка депутата с ведомствами находится в распоряжении редакции). Вот и получается, что проект объекта не опубликован, слушаний по нему не было, чиновники утверждают, что ничего строить в этом месте не планируют. Однако в территориальных схемах объект указан, и к нему строятся подъездные пути.

Детально расписывать все те мытарства, выпадающие на долю граждан, которых чиновники решили чем-либо облагодетельствовать, смысла не имеет, об этом известно любому, кто взаимодействовал с российскими бюрократами. Рассмотрим причины, побудившие жителей окружающих МПК населенных пунктов вступить в борьбу с его строительством. Как выше было сказано, в данном случае речь идет не только об обывательском нежелании отдельных граждан иметь у себя под боком мусорную свалку, но и о возможном крупном экологическом ущербе для густонаселенного московского региона и соседней Тульской области.

В руки обеспокоенных местных жителей попал инвестиционный проект по созданию объекта инфраструктуры по обработке и захоронению твердых коммунальных отходов в Каширском районе Московской области. Поскольку объект предполагается разместить на земельном участке 50:37:0000000:8026 вблизи деревень Залесово, Малое Ильинское и ряда других населенных пунктов, нет никаких сомнений в том, что мы имеем дело с инвестпроектом МПК, который здесь якобы строить не намерены.

Что же представляет собой данный проект?

Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Проект 015
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM
Концепция МПК в Каширском районе Московской области
Источники ИА REGNUM

Во-первых, это не инвестпроект, а всего лишь некая концепция, попросту говоря, «хотелки» чиновников на тему освоения выделенных на создание МПК двух с лишним миллиардов рублей. Поэтому говорить об этом, как об уже утвержденном и состоявшемся проекте, преждевременно, но тем интереснее будет потом сравнить кулуарные обсуждения с построенным комплексом, если он всё-таки будет построен.

Раз уж чиновники сами называют данный инвестконтракт концепцией, то и мы впредь будем называть его так. Мы показали концепцию МПК специалистам, из предоставленного ими всеобъемлющего ответа выделим главное.

Из концепции следует, что данное предприятие производит продукцию и постепенно заполняет полигон «хвостами», перемежая их слоями компоста. Зная нагрузку по отходам в зоне обслуживания, можно рассчитать:

а) Сколько предприятие будет отгружать «продукции» на рынок и потребителям?

б) За сколько оно заполнит «хвостами» свой полигон?

Таких расчетов в документе нет. Это НЕ проект: не обозначена решаемая задача, не показано, как предлагаемая методика (технология) её решит. Это НЕ ТЗ (техническое задание): нет целевых параметров, условий, допусков, ограничений.

Полагаю, что позиция власти в том, что нагрузка с «коммунальными» отходами в области катастрофическая («катастрофическая» — это сколько? куда она девается сейчас?), поэтому любое улучшение лучше, чем бездействие. В такой ситуации можно впарить обществу что-нибудь вроде «мы инвестировали 2 миллиарда рублей в решение проблемы бытовых отходов!», и все утрутся, впечатленные цифрами…

Представленная бумажка — это не проект. Власти Московской области обозначают интерфейс для подрядчика (+ проектанта): «есть возможность освоить два с небольшим миллиарда рублей, если обустроите вот такой объект под переработку 350 тысяч тонн мусора, чтобы полигон с обваловкой, конвейеры с прессами и десяток бульдозеров…».

Никакой мысли за этими рамками из документа не вытекает. Что будет на следующий год, когда полигон заполнится, а мусор продолжит поступать — не затрагивается.

В общем, для концепции — слишком узко и технично, описан некий объект, который, по-видимому, кто-то уже готов построить. Концепции не хватает концептуальности — какие задачи она решает, кроме освоения двух миллиардов рублей и временной передышки по поводу мусора с отложенными экологическими последствиями?

Представляется, что говорить о серьезности проекта, пусть и в первом «концептуальном» приближении, не приходится. Больше всего, как правильно указывают эксперты, это напоминает решение задачи под готовый двухмиллиардный ответ. И как можно убедиться далее, никто из авторов данной «концепции» не удосужился убрать хотя бы несоответствия в самом документе.

Кстати, мусоросжигания как такового в документе не рассматривают. Самое смешное, что схема объекта даже не предусматривает установки по производству топливных пеллет. То есть в документе есть строка: «Материал после ручной сортировки и магнитной сепарации вывозится на участок производства RDF». Но участка производства RDF («Refuse derived fuel» — топливо из отходов) на «объекте» не предусмотрено. Только сортировка и переработка дерева.

К тому же основную озабоченность общественности вызывает не высокотехнологичная сортировка, переработка и продажа вторсырья, с сомнительным спросом, а «хвосты» и компост, которые выкладываются и трамбуются бульдозерами на свалке (простите, «полигоне ТБО»). Учитывая, что авторы документа решительно отвергают уплотнение «хвостов», надеясь только на бульдозеры, их полигон заполнится этими самыми «хвостами» в течение 45 лет. Что дальше? Полагаю, что фирменное «после нас — хоть потоп».

Только лишь отсутствием участка производства RDF дело не ограничивается. Авторы документа «забыли» про первичный этап сортировки, на котором можно было бы отделять батарейки, лекарственные препараты, ртутьсодержащие лампы и прочие токсичные отходы жизнедеятельности. Видимо, по мнению разработчиков, это несущественные мелочи, никак не влияющие на безопасность произведенного таким способом RDF-топлива. Из сказанного следует, что никаких топливных брикетов делать не будут, или же потребителей так же «забудут» предупредить об их токсичности?

Жечь брикеты из отходов можно только в цементных и металлургических печах, в остальных слишком низкая температура, в выбросах будет слишком много недогоревших соединений. Зола (около 1/3 объема) — токсична, её тоже придется куда-то утилизировать. Наконец, из-за содержания вредных примесей в топливо печи нельзя подмешивать больше 20% RDF — иначе растут затраты на ремонт печей.

Возвращаемся к вопросу о потребителях топливных брикетов. В качестве опасных факторов от сжигания RDF — диоксины и ртуть. Гринпис ратует за использование брикетов как вторсырья вместо сжигания

Читайте также: Отчет управления ('directorate') ЕС по Окружающей среде 2003 года

При сжигании RDF в выбросах появляется ртуть, если сортировка мусора при изготовлении топлива автоматизированная (продукция автоматизированного измельчителя — как у нас на «объекте») — тяжелые металлы появляются в продукции цементных заводов, где жгут это топливо. В 2003 все риски от мусорных пеллетт исследованы не были. По видимому, сами по себе RDF — инвариантны. Вопрос в том, жечь их или как-то ещё утилизировать (что, собственно, значит «вторсырье»?). Если нужно быстро избавиться от мусора — нужно жечь. Пока жжешь — выстраивать схему утилизации.

Со схемой утилизации отходов у авторов рассматриваемой нами «концепции» также концы с концами не сходятся.

Часто из остатков мусора, который не попал в RDF, производят «техногенный грунт», чтобы потом пересыпать свалки. Пересыпка свалок — стандартная процедура, слои отходов засыпают, чтобы мусор не загорелся, однако в качестве пересыпного материала обязаны использовать землю, а не отходы. Новая редакция закона «Об отходах» прямо запрещает это: «Запрещается применение твёрдых коммунальных отходов для рекультивации земель и карьеров». Разговоры о том, что это уже не отходы, а продукция, употребление таких красивых слов, как «техногенный грунт» — от лукавого и попытка обойти закон. К тому же вместо сжигания и производства техногенного грунта с бросовой стоимостью из отходов можно сделать более ценные вещи, переработав их.

В любом случае наш «объект» только малую часть своей продукции пускает на топливо. Остальное отправляется на свалку, что, по мнению экологов, является самым неэффективным способом обращения с отходами.

Также отметим, что в «концепции» ничего не сказано о местной розе ветров, а всю эту прелесть собираются разместить в непосредственной близости от деревни Залесово и ряда других населенных пунктов, пусть и расположенных на большем удалении от МПК.

Мусорный полигон
Мусорный полигон
Дарья Антонова © ИА REGNUM

Ранее мы заявили, что данный проект может нанести серьезный экологический ущерб Московской области, соседней Тульской области, а возможно, и Москве. Эти опасения вызваны тем, что МПК собираются построить в области формирования каширского и окско-серпуховского карстово-трещинных водоносных горизонтов Московского артезианского бассейна. Из государственной геологической карты следует, что полигон будет располагаться в зоне распространения барремских и валанжинских песков (нижнемеловая система — 125—135 млн лет), а под ними ещё порядка 50 метров оксфордско-келловейских глин (юрская система, 165 млн), которые являются региональным флюидоупором и сквозь которые просочиться будет крайне сложно, если люди специально не помогут.

То есть оснований считать, что данный МПК может нанести прогнозируемый нами ущерб, вроде бы и нет. Однако уже анализ «концепции» МПК показывает, что перед нами, как минимум, непроработанный проект экологически опасного предприятия с совершенно непредсказуемыми последствиями. А как максимум, не побоимся этого открыто заявить, не что иное, как «операция прикрытия» для реализации очередной свалки. Благо уголовные дела, возбужденные против операторов полигонов ТБО Подмосковья, неутихающие скандалы вокруг свалок «Кучино», «Лесная» и ряда других, наглядно указывают на то, что наши предположения не сводятся лишь к конспирологии.

Читайте также: «Мусорная политика» Андрея Воробьева вынудила жителей на голодовку

Мы свои выводы об угрозе подобных проектов, реализуемых за спиной у граждан, сделали и озвучили, ты, читатель, вправе с нами не согласиться, сочтя, что в данном конкретном случае мы сгущаем краски. Тем не менее все подобные истории неопровержимо доказывают, что нежелание областных чиновников вести честный диалог с гражданами, отсутствие понятных людям обоснований для размещения тех или иных объектов по обращению с отходами, так называемые «операции прикрытия» окончательно подорвали в народе доверие к региональному начальству.

Читайте также: «За чистую окружающую среду»: часть 2