Биомедицинские достижения последних десятилетий оказались чрезвычайно полезными, в первую очередь для малообеспеченных слоёв населения планеты, резко увеличив их продолжительность жизни. Но будущее не кажется столь радужным. Несмотря на то, что инновации позволят ещё больше улучшить жизнь людей, эти инновации также будут связаны с новыми угрозами и обострят этическую проблематику, затрагивающую саму человеческую жизнь, пишет Мартин Рис в статье для издания Project Syndicate.

Питер Брейгель Старший. Триумф смерти. 1562
Питер Брейгель Старший. Триумф смерти. 1562

Читайте также: Foreign Policy: Трамп расчистил дорогу для европейской армии

Для начала нужно сказать, что некоторые учёные продолжают поиски всё более экстремальных способов продления человеческой жизни. Несмотря на то, что мы почти наверняка высказались бы за увеличение продолжительности здоровой жизни, многие из нас не захотели бы увеличивать продолжительность жизни, если бы её качество упало ниже определённого уровня. Мы опасаемся, например, слабоумия и не хотим превращаться в обузу.

Медицинский прогресс также размывает границу между жизнью и смертью. Сегодня под смертью обычно понимают «смерть мозга», когда исчезают все признаки мозговой активности. Но теперь звучат предложения искусственным путём перезапустить сердце после «смерти мозга», чтобы органы, пригодные для трансплантации, остались «свежими».

Такой шаг придал бы моральную двусмысленность операциям по пересадке органов. Например, недобросовестные «агенты» уже убеждают людей из менее развитых стран продать свои органы. Эти «агенты» затем перепродают органы по гораздо более высоким ценам состоятельным реципиентам.

Двусмысленность подобных действий и нехватка донорских органов будут лишь нарастать. Поэтому одним из приоритетных направлений может стать обеспечение ксенотрансплантации — извлечения органов у свиней или других животных. Еще одним вариантом, конечно, в несколько отдалённом будущем, может стать 3D-печать органов на основе методики, аналогичной той, которая используется в настоящее время для изготовления искусственного мяса.

Трансплантация
Трансплантация

Достижения в микробиологии могут также оказаться палкой о двух концах. Правда, что улучшенная диагностика, вакцины и антибиотики могут поддерживать здоровье, бороться с болезнями и сдерживать пандемии. Но сам этот прогресс привёл к опасной контратаке эволюционировавших патогенов, поскольку бактерии стали невосприимчивы к антибиотикам, которые ранее использовались для их подавления.

Это растущая контратака уже привела к возрождению туберкулеза. Без новых антибиотиков опасность рисков, связанных с неизлечимыми послеоперационными инфекциями, окажется на уровне столетней давности. Таким образом, предотвращение чрезмерного использования существующих антибиотиков, в том числе среди крупного рогатого скота в США, и стимулирование разработки новых методов лечения представляют собой неотложную краткосрочную и долгосрочную приоритетную задачу.

И всё же, есть также риски, связанные с гонкой в сфере разработки улучшенных вакцин. В 2011 году исследователи из Нидерландов и Соединённых Штатов продемонстрировали, насколько просто вирус птичьего гриппа H5N1 можно сделать более опасным. Некоторые учёные заявили, что оставаясь на шаг впереди естественных мутаций вируса, будет проще производить вакцины в более короткие сроки. Но критики подобных экспериментов указали на повышенный риск непреднамеренного высвобождения опасных вирусов. Также есть риск, что новые технологии могут попасть в руки биотеррористов.

Вакцина
Вакцина
Defense.gov

Стремительное развитие инноваций в области биотехнологий требует, чтобы мы выработали правила, обеспечивающие безопасность экспериментов, контроль за распространением потенциально опасных знаний и соблюдением этических норм. Однако обеспечить эффективное применение подобных правил по всему миру практически невозможно. Если есть возможность что-то сделать, то найдётся тот, кто это сделает. Это довольно ужасающая перспектива.

Нужно принять во внимание то, что для производства ядерного оружия нужны сложные технологии специального назначения, а для биотехнологий может быть использовано оборудование двойного назначения. На самом деле, биохакинг становится всё более популярным хобби. В нашем сильно взаимосвязанном мире опасность потенциальных биологических катастроф никогда не была настолько высокой, как сейчас. И всё же слишком много людей продолжают отрицать это.

Сегодня естественная пандемия может оказать гораздо большее воздействие на общество, чем в прошлом. Например, европейцы, жившие в XIV веке, по понятным причинам в значительной степени были фаталистами. Тогда деревни продолжали функционировать, даже несмотря на то, что чума унесла жизни половины населения. Но сегодня в развитых странах чувство своего права на социальную помощь настолько сильно, что социальный порядок рухнет, как только пандемия захлестнет систему здравоохранения.

Бёклин Арнольд. Чума (фрагмент). 1898
Бёклин Арнольд. Чума (фрагмент). 1898

Читайте также: The Hill: торговая война с КНР продолжится после выборов 2020 года?

С другой стороны, нужно отметить, что масштабы распространения искусственно освобожденного патогена нельзя ни предсказать, ни контролировать. Этот факт препятствует использованию биологического оружия правительствами или даже террористическими группами. Но совсем необязательно, что данный факт смутит неуравновешенного одиночку с опытом в области биотехнологий, в случае если он или она решит, что на планете слишком много людей.

В течение следующих 10−15 лет может произойти биотеракт или случай непреднамеренного высвобождения патогена из-за человеческой ошибки. В долгосрочной перспективе риски только увеличатся, как только появятся возможности для разработки или синтеза вирусов. Апогеем всего этого ужаса может оказаться биооружие, которое будет передаваться как обычная простуда.