Автор книги по изучению казахского языка «Ситуативный казахский», первая часть которой вышла в 2012 году, Канат Тасибеков поделился с ИА REGNUMсвоей точкой зрения относительно предложенного в парламенте Казахстана нового казахского алфавита на латинице. Напомним, на смену кириллическому алфавиту 11 сентября был предложен вариант из 25 латинских букв и 8 диграфов.

Читайте также: В Казахстане закончили работу над алфавитом на латинице

«Меня этот очень обрадовал сам принцип предложенного алфавита, поскольку я уже несколько лет ратовал за принятие казахского варианта алфавита латиницы именно в рамках существующей раскладки латинской клавиатуры, без придумывания каких-то букв. Если придумывать какие-то буквы, отражающие точное произношение казахских специфических звуков, получится новый алфавит. Новая казахская латиница, можно сказать. Но тогда мы просто меняем шило на мыло. Опять надо будет устанавливать новую раскладку клавиатуры», — говорит он.

Канат Тасибеков отмечает: сейчас большинство пишущих на казахском пользователей социальных сетей не используют казахскую раскладку клавиатуры, заменяя специфические буквы алфавита близкими по звучанию. Так же приходится поступать и тем, кто находится за рубежом, где найти вариант раскладки на казахском языке невозможно.

«Смысл перехода не в том, чтобы уйти от русского языка, а смысл в практичности, в прагматичности. При наборе каких-либо формул или просто некоторых знаков препинания постоянно приходится переключать языки. Плюс в зарубежных поездках возникают сложности с этим. Также есть сложность при подборе шрифтов. У того же английского великое множество различных шрифтов», — рассказал автор книги «Ситуативный казахский».

Тасибеков поделился случаем из своей практики: лет семь назад при публикации его материала в одном из изданий возникли проблемы с изречениями на казахском, так как отсутствовали необходимые шрифты. Кроме того, по наблюдениям Каната Тасибекова, проблемы существуют и у рекламщиков, которым приходится использовать русский шрифт, отдельно дорисовывая специфические буквы казахского языка, и порой это бросается в глаза и портит рекламные плакаты.

Но и предложенный вариант на латинице все еще нужно дорабатывать, обсуждая с населением, уверен автор учебника.

«Где-то, может, наше общество подключится. Оно, конечно, и так подключается, но нужно без истерии, без какой-либо ругани, в цивилизованном ключе провести дискуссии и прийти к совместному мнению. Конечно же, у многих вызывает неприятие все новое и непривычное. Действительно, сначала сложно, когда сталкиваешься с диграфами (сочетание двух букв, произносимое как один звук — прим. ИА REGNUM ), однако к этому надо привыкнуть. Скажу даже больше, когда начали писать, ввели букву «Q», обозначающую в казахском языке букву «Қ», и начали писать привычный на латинице «Kazakhstan» как «Qazaqstan», мне тоже это не особо нравилось, но со временем я привык к этому», — говорит писатель.

Что касается вопроса сохранения литературного наследия и вероятности снижения процента читающего населения, то Канат Тасибеков уверен, что никаких проблем с этим при переходе на новую графику не будет.

«Почему люди не могут понять одну простую вещь, что это просто смена графики алфавита? Это никоим образом не может повлиять на тягу человека к чтению. Это не означает, что он будет безграмотным. С вводом новой графики никого переобучать не нужно, так как латиницу у нас знают почти все — любая бабушка сейчас может прочесть вывески на латинице. И переиздавать тоже ничего не нужно — если мы перейдем на латиницу, то это не означает, что мы разучимся читать кириллицу — русский язык же остается на кириллице», — считает он.

Есть у Тасибекова ответ и на аргумент о том, что буквально месяц назад в самом Узбекистане, давно перешедшем на латиницу, начали говорить о возврате кириллицы в качестве основного алфавита, с сохранением латиницы, как дополнительного. По мнению Тасибекова, Казахстан сможет избежать этого, а также ряда других проблем, которые возникали в странах, перешедших с кириллицы на латиницу. Достаточно провести тщательную подготовку.

«Я сам был в Узбекистане и видел, что эти два алфавита (кириллица и латиница) сосуществуют. У них затянулся переходный период. Если бы они захотели вернуться к кириллице, они бы это сделали еще при Исламе Каримове. Опять же, повторюсь, человек всегда боится нового — оно ему непривычно и всегда пробивает себе дорогу с трудом. Опыт Узбекистана подсказывает, что мы должны перейти без переходного периода — без использования двух алфавитов одновременно. Если сказано с 2025 года, значит 1 января 2026 года — все! Никакие надписи на казахском на кириллице не должны приниматься. Только на латинице. То есть должен быть произведен окончательный и бесповоротный переход», — говорит он.

Для того, чтобы подготовительный период прошел наиболее успешно Канат Тасибеков предлагает провести «обкатку» в рамках какого-либо крупного университета. Он уверен, что апробирование на студентах университета будет успешным, и отучившиеся в экспериментальном режиме получат преимущество, так как в числе первых освоят новую графику. Автор «Ситуативного казахского» не допускает мысли о возможности провала эксперимента, но даже если это и произойдет, то студенты, по его мнению, ничего не потеряют, так как в любом случае знают кириллицу.

«Почему университет? Потому что там есть прекрасный профессорско-преподавательский состав, плюс там охвачены многие отрасли, так как есть различные факультеты. Также студенты, поступающие в них, отличаются хорошим уровнем подготовки. Можно не в одном университете сделать, а в двух — в Астане и в Алма-Ате. При них можно создать комиссию, которая собирала бы все замечания, поправки, анализировала бы их, предположим, в течение двух-трех или пяти лет. Так можно было бы отработать до мельчайших нюансов те же сочетания букв, грамматические правила», — предлагает писатель.

Канат Тасибеков считает, что определенные проблемы в том же Узбекистане возникли потому, что они «по горячке» резко перешли на другой алфавит, а потом приходилось постоянно вносить изменения.

«Это же вносит путаницу. Казахстан может быть позже других (перейдет), но зато это будет сделано не торопясь, учитывая ошибки и опыт других стран. Нужно всё учесть и тщательно апробировать в рамках университета. После того, как там все будет отработано, после получения заключения работающей там комиссии можно будет предложить стране окончательный алфавит и в момент «Ч» провести переход», — сказал Тасибеков.

Он отмечает, что сам алфавит — это лишь небольшая часть работы. В первую очередь, по его мнению, необходимо отработать новые грамматические правила.

Проблемой для бизнеса станет необходимость переделки всех вывесок, указателей и прочих атрибутов, содержащих надписи на казахском. В этом вопросе Тасибеков предлагает не заменять уже существующие вывески на кириллице до истечения срока их эксплуатации.

В целом, по мнению писателя, переход на латиницу является именно тем, что необходимо для нивелирования существующих проблем казахского языка. Это и возможности по использованию компьютерных технологий, и адаптация иностранных слов, и перевод терминов. Также, по его мнению, это позволит сохранить звучность и певучесть казахского языка.

Читайте также: Латиница против кириллицы — в Казахстане продолжают обсуждать судьбу языка

Напомним, накануне, 14 сентября введение диграфов (сочетание букв, обозначающих определенный звук) в варианте алфавита на латинице прокомментировал президент Казахстана Нурсултан Назарбаев.

«Мне вчера говорили, что люди задаются вопросом, как читать букву «ә» в слове сәбіз (saebiz, в переводе «морковь». — Ред.). Буква «ә» передается как «ае». Они говорят, мы должны читать «саебиз». Тогда, может, вспомним, как нужно читать слово boeing на английском? А как читаем слово «школа» (school. — Ред.) на английском? На французском языке, к примеру, необходимо десять букв, чтобы произнести одно слово. Поэтому неправильно так говорить», — заявил президент.

Именно Назарбаев в статье «Взгляд в будущее: модернизация общественного сознания» дал поручение до конца 2017 года принять единый стандартный вариант казахского алфавита на латинице.

Читайте ранее в этом сюжете: В России — против, а в Китае — за перевод казахского языка на латиницу