Прокуратора Ингушетии продолжает преследование правозащитной организации "Чеченский комитет национального спасения": интервью с Русланом Бадаловым

Магас, 14 ноября 2006, 10:15 — REGNUM  Судебное разбирательство в отношение регионального общественного движения Чеченский комитет национального спасения (РОД ЧКСН), инициированное прокуратурой Ингушетии и Министерством Юстиции РФ, продолжается 2 года. Прокуратура и Управление федеральной регистрационной службы по Ингушетии настаивают на ликвидации РОД ЧКНС. Организация занимается оказанием юридической помощи вынужденным переселенцам, антивоенной и информационной деятельностью. В офисе комитета в Назрани корреспондент ИА REGNUM встретился с руководителем организации Русланом Бадаловым.

В чем заключаются претензии к вашей организации?

"Два года назад ЧКНС было предъявлено обвинение прокуратурой Ингушетии о признании наших информационных материалов экстремистскими. Предписание было направлено в Назрановский районный суд. В документе прокуратура обвиняет нашу организацию в экстремистской деятельности, оправдывающей действия незаконных вооруженных формирований, действующих на территории Чеченской республики. Нам вменяют разжигание национальной розни, побуждение к сопротивлению властям, призыв к неприятию политики государства в отношении вынужденных переселенцев. Весь этот "букет" обвинений построен на 12 пресс-релизах, которые мы обнародовали в первых числах июля 2004 г. Это произошло сразу же после июньских событий в Ингушетии 21-22 июня, нападения боевиков на сотрудников правоохранительных органов. ЧКНС дал обширный материал о массовых нарушениях прав человека, последовавших в первые дни после этих трагических событий. Напомню, силовики издевались в первую очередь над беженцами из Чечни в местах их компактного проживания в Ингушетии. Забирали людей, доставляли в РОВД, ГОВД, избивали, мучили, оскорбляли, унижали. Заставляли молодых людей брать на себя то что они не совершали. Ряд правозащитных организаций, ПЦ "Мемориал", "Общество российско-чеченской дружбы" в том числе и мы, провели мониторинг массовых нарушений прав человека, незаконных и несправедливых действий в отношении вынужденных переселенцев. Мы просто констатировали факты - то, что происходило, и выпустили пресс-релиз. Затем распространили его, как всегда мы делаем, по всему миру, и в России, и за ее пределами. После чего три организации "Общероссийское движение за права человека" под руководством Льва Понамарева, руководитель правозащитного проекта в России "Тассис" Малколм Хокс, и "Международная Хельсинская Федерация" обратились с совместным письмом к президенту РФ. Правозащитники просили разбирательства нарушений прав человека в отношении вынужденных переселенцев в Ингушетии после июньских событий. Возможно, была дана команда, разобраться, поставить на место нашу организацию. Иначе как объяснить, что сразу за этим у нас одновременно появляются представители прокуратуры и регистрационной службы"

Что предприняли редставители названных служб?

"Представители Минюста и прокуратуры изъяли все информационные материалы, которые были у нас, взяли и те 12 пресс-релизов. Хочу отметить, что мы выпускаем пресс-релизы по следам событий: похищений, нарушений прав человека, убийств, незаконных задержаний, вторжений в жилища, грабежей, мародерства, оскорблений и унижений. Оказалось, предавая это гласности, мы вызываем неприязнь к государственной политике. Я считаю - это абсурдное обвинение. Мы по логике наоборот - помощники государства, мы стараемся не оставлять без внимания разного рода преступления. По имеющимся у нас фактам, к преследованию ЧКСН приложил немало усилий ныне покойный начальник управления УФСБ по РИ генерал-майор Сергей Коряков, который прославился издевательствами над мирными людьми. Мы так же обладаем информацией, что именно Коряков имеет отношение к похищению старшего помощника прокурора по надзору за деятельностью ФСБ Рашида Оздоева, бесследно исчезнувшего после расследования и соответствующей оценки неправомерных действий, происходивших в Ингушетии. Коряков в адрес прокурора республики написал (копии у нас есть), что деятельность нашей организации РОД"ЧКНС" носит антиконституционный, антироссийский характер. С этого письма все и началось. 3-го сентября 2004 году было первое приглашение на заседание в Назрановский районный суд для судебного разбирательства. Но мы все помним - это были трагические дни захвата школы в Беслане, и я находился там, поэтому не мог быть в суде".

Вы были в Беслане в качестве переговорщика?

Меня пригласил заместитель председателя парламента Северной Осетии Станислав Кесаев - в качестве переводчика на случай возможности переговоров на вайнахском языке. Естественно я не отказался, я не мог отказаться. Все эти дня я находился в Беслане, в условиях полной изоляции. Судья, которая должна была рассматривать наше дело, несколько раз звонила, подозревая будто бы я скрываюсь от посещения суда. Я объяснил, где нахожусь и почему не могу приехать в Назрань. После этого я тяжело заболел. Так как обвинения в мой адрес, в адрес нашей организации достаточно тяжелые, уголовно-наказуемые, я попросил руководителя ПЦ "Мемориал" Олега Орлова помочь организовать юридическую экспертизу. Ее провела авторитетная в России и в мире организация "Независимый экспертно-правовой совет", который возглавляет Мара Полякова. Очень известные квалифицированные юристы, имеющие ученые степени, подвергли экспертизе нашу деятельность и не нашли признаков экстремизма и пр. обвинений. Экспертное заключение прислали в Назрань. Я пошел со всеми документами и адвокатом к председателю Назрановского районного суда Али Оздоеву и объяснил ему ситуацию. Оздоев - авторитетный, честный, принципиальный и высококвалифицированный юрист, - принял решение рассмотреть мое дело лично. Судья проявил мужество и оправдал ЧКНС. Согласно решению суда наши материалы не являются экстремистскими. Шесть дел по жалобам чеченцев с подачи ЧКНС в Страсбурге было выиграно в прошлом году. Я считаю, это стало возможным, благодаря принципиальной позиции председателя Назрановского суда Али Оздоева.

Но на этом судебное преследование не прекратилось?

Нет, оправдательное решение Назрановского суда республиканская прокуратура обжаловала в верховном суде Ингушетии. Заседание верховного суда состоялось в феврале 2005 г. в мое отсутствие - я находился в Чечне на похоронах матери. Республиканский суд на этом заседании отменил решение районного суда. И последовавшие два года судебная волокита отбирает у нашего движения массу времени и сил. Мы обратились за помощью в Гильдию лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС). В составе этой комиссии четыре доктора филологических наук, такие как член-корреспондент РАЕН М.В.Горбаневский, профессор (МГУ). Ю.А. Бельчиков, профессор, член корреспондент РАЕН(государственный институт русского языка им.А.С.Пушкина) А.С. Мамонтов и профессор академик РАЕН (Университет дружбы народов) В.М. Шаклеин. По сей день экспертиза, данная независимым правовым экспертным советом, и заключение ГЛЭДИС, судьи почему-то отказывают приобщить к делу. Несмотря на то, что в своем обвинительном заключении прокуратура не представила никакой экспертизы, только лишь голословные обвинения. И вот в августе прошлого года представитель прокуратуры Руслан Цечоев обратился с ходатайством к федеральному судье о проведении экспертизы на территории РИ в стенах Ингушского государственного университета (ИнГУ). Мы возразили, так как были уверены в заведомо предвзятом результате. Мы предполагали, что местные преподаватели побоятся сделать заключение, отличное от того, какое ожидает от них прокуратура. В России сложно надеяться на объективное рассмотрение, тем более в Чечне и в Ингушетии, где силовые структуры этих республик заинтересованы в том, чтобы наша организация перестала функционировать. Судья Мовлотхан Коригова наш протест удовлетворила. Она обратилась в Кабардино-Балкарский государственый университет (КБГУ). За несколько дней до нальчикских событий (нападение на силовые структуры 13 октября ИА REGNUM) Назрановский суд получил выводы экспертизы КБГУ, свидетельствующие о том, что экстремистскими пресс-релизы ЧКНС считать нельзя. В наших пресс-релизах есть только описание тех или иных событий, связанных с похищениями, убийствами и пытками. Констатация того, что происходило. Мы очень бережно относимся к достоверности информации, два - три раза проверяем и перепроверяем информацию, так как дорожим авторитетом и имиджем нашей организации. Один раз соврешь или дашь недостоверную информацию и считай - потерял все, что сделал раньше. Но сложившаяся ситуация не удовлетворила прокуратуру Ингушетии, прокурор внес предложение о проведении теперь уже психологической экспертизы. На предмет того, как воздействуют наши пресс-релизы на психологию читателя. Мы еще не знаем о результатах этой экспертизы. Вызывает возмущение то, что их почему-то не интересует, как психологически воздействуют представители различных силовых структур, которые фигурируют постоянно в этих событиях, на мирное население.

Как отразились два года судебного расследования на деятельности ЧКНС?

ЧКНС продолжал и продолжает работать. Мы представляем гражданское общество. К сожалению, вместо того, чтобы приветствовать деятельность правозащитных организации, имеющих огромное влияние в цивилизованных государствах, у нас злобно стараются придушить, задавить, убрать, ликвидировать. За годы нашего существования появилась признательность и поддержка людей, а это очень большой ресурс и стимул. В прошлом 2005 году главный санитарный врач Ингушетии вынес решение о ликвидации 67 мест компактного проживания вынужденных переселенцев. Постановлением было предписано с 1-го января выкинуть людей на улицу, посреди зимы. Мы оперативно по этому поводу подготовили открытое обращение к президенту Ингушетии, в Совет Европы, в Европейский союз, комиссару Совету Европы по правам человека в Страсбург и в ПАСЕ. И нам удалось тем самым повлиять на отмену постановления, принятого в духе депортации 44-го года. Мы знаем главное - правда на нашей стороне. И каким бы ни было заключение психологической экспертизы, не собираемся сдаваться".

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.