США в очередной раз пытаются с помощью давления заставить Пакистан следовать одним с Вашингтоном курсом в отношении Афганистана, а также поставить крест на безопасном пребывании на своей территории боевиков «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), чем вызывают понятное неприятие со стороны Исламабада. Какой бы неприятной, с точки зрения Вашингтона, ситуация ни была, Белому дому нужна такая стратегия в отношении Афганистана и Пакистана, которая была бы основана на реалистичном поведении Исламабада, пишет Лорел Миллер в статье для американского издания The National Interest.

Отказ Пакистана от оказания помощи «Талибану» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), благодаря которой движение может поддерживать свою террористическую деятельность и руководить ею из-за пределов Афганистана, является фундаментом нынешней стратегии США в Афганистане. Тем не менее, несмотря на поддержку, оказанную Исламабадом США в проведении операции против террористов в Афганистане, власти Пакистана не считают, что полное включение в военную стратегию Вашингтона в интересах страны. Так, Исламабад не верит в успех выбранного Белым домом курса, а также не желает добавлять к числу действующих против него группировок еще и «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

США, на протяжении долгого времени пытавшиеся продемонстрировать Пакистану нелогичность его курса, так и не смогли переубедить Исламабад относительно его национальных интересов в регионе. С частности, это связано с убежденностью властей страны в том, что в 1990 годы Вашингтон оставил Пакистан один на один с хаосом в соседней стране, из-за чего полагаться на него больше нельзя. На этом фоне как администрация Барака Обамы, так и команда Дональда Трампа сталкнулись с одной и той же проблемой: с одной стороны, нужно Пакистан за нежелание следовать одним курсом с США наказать, с другой — с тем, что возможность их в этой области ограничена. Более того, несмотря на желание Исламабада продолжить получать помощь США, он от нее не зависит, будучи к тому же способным пережить любой разлад благодаря своим отношениям с Китаем.

Характер отношений Пакистана к «Талибану» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) мотивирован не тем, что он приводит к противоречиям страны с США, а несмотря на них. Просчитав риски для своих связей с США, Исламабад пришел к выводу, что они меньше, чем от участия на той или иной стороне в гражданской войне в Афганистане. Мало того что «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) . по мнению Исламабада, представляет лишь одну из сторон в этом конфликте, он еще воспринимается Пакистаном как основная сила против роста влияния Индии в Афганистане.

Действия Исламабада также стоит оценивать с той точки зрения, что у него есть рычаг воздействия на США, которым он может осложнить проведение операции в Афганистане, просто ограничив или закрыв пути поставок туда американского оборудования или давив многочисленных беженцев через границу. К тому же из-за бессрочного характера конфликта в Афганистане, вызывающего опасения у Китая, Ирана и России относительно баз США в этой стране, Исламабад может выстроить отношения с другими государствами за счет США. Важнее всего то, что ни о какой стабильности в Афганистане без Пакистана говорить не приходится: США когда-нибудь оттуда уйдут, Пакистан же всегда будет соседом Афганистана.

Несмотря на сложность отношений Вашингтона с Исламабадом, это взаимодействие в значительной степени отвечает интересам США и оно не ограничивается войной в Афганистане, включая в себя вопросы ядерного нераспространения, возможность влиять на кризисы в индо-пакистанских отношениях, а также возможность предотвратить выход за границы страны борьбы Пакистана с собственными радикалами. К тому же Пакистан находится в регионе, который по-прежнему является источником угроз, поэтому сотрудничество с ним в области борьбы с терроризмом важно для Вашингтона.

Если США умерят тон своего публичного поношения Пакистана, Пакистан может сделать достаточно шагов навстречу Вашингтону для временного облегчения давления со стороны Белого дома, не беря на себя обязательство точно следовать стратегии США, с которой он не согласен. Тем не менее эти минимальные шаги будут в лучшем случае иметь лишь незначительное воздействие на борьбу с «Талибаном» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

У Вашингтона есть и другая возможность. Так, как Вашингтон, так и Исламабад едины во мнении, что разрешение конфликта в Афганистане должно носить политический характер, поэтому переговоры между Кабулом и радикальным движением представляют возможность удовлетворить интересы Пакистана благодаря введению «Талибана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в афганскую политику и сокращению там влияния США.

Сейчас же, несмотря на заявления о стремлении к политическому разрешению конфликта в Афганистане, нельзя сказать, что такова приоритетная задача США. Если ситуация изменится, включение Пакистана в переговоры позволит сформироваться уверенности у Исламабада в том, что его интересы учитываются, что, в свою очередь, подтолкнет его к тому, чтобы быть более заинтересованном в достижении результата. К тому же добиться политического разрешения конфликта — единственной реалистической стратегии выхода США из Афганистана — будет крайне сложно без помощи со стороны Пакистана.

Разочарование многих официальных лиц США, вызываемое даже мыслью о том, что Вашингтон не может заставить Исламабад следовать с ним одним курсом, понятно, особенно если учесть, что многие из них вложили очень многое в борьбу в Афганистане. Расхождения Белого дома с Пакистаном огромные и уже привели к катастрофическим последствиям, но Вашингтон должен спрашивать себя, как имеющиеся варианты могут положительно сказаться на ситуации, а какие — отрицательно.

Читайте развитие сюжета: США отменили льготы для пакистанских дипломатов