Московское образование — 2015: В Новый год с новыми проблемами

Москва, 31 декабря 2014, 16:31 — REGNUM  В 2014 году в Москве завершился запущенный ранее пилотный проект по новому финансированию школ. Также практически завершились процессы объединения дошкольных и общеобразовательных учреждений в единые комплексы и создания широко разрекламированной системы инклюзивного обучения. Глава Департамента образования Москвы Исаак Калина в декабре представил успешные результаты реализации указанных проектов, заявив, что заработные платы учителей ощутимо выросли по сравнению с «допилотным» периодом, результаты московских школьников на олимпиадах улучшились, а столичные школы отныне поставлены в относительно равные условия, что открывает для детей больше возможностей для успешного развития. Тем не менее, на поверку все выглядит далеко не так радужно, считает учитель русского языка и права школы-интерната «Интеллектуал», член совета Межрегионального профсоюза «Учитель» Всеволод Луховицкий. По словам общественного деятеля, вместо большей свободы, директора школ попали в сильную зависимость от решений Департамента, а учителя получили многократно увеличившуюся нагрузку, которая «съедает» все зарплатные надбавки. Кроме того, в столице практически уничтожены все специализированные школы, ученики которых так и не получили взамен равнозначной образовательной альтернативы, сообщает корреспондент ИА REGNUM.

«Если говорить об итогах года в Москве, то, на мой взгляд, почти завершилось приведение московского образования к более низкому общероссийскому уровню. Если еще несколько лет назад московское образование было совсем иным, и организовано оно было по-иному, то теперь учителя в регионах ехидно говорят о том, что москвичи стали точно такими же, как и мы», — отметил Луховицкий. По его словам, в ходе пилотного проекта по подушевому финансированию школ, в Москве выбрали самую неподходящую формулу расчета оплаты труда учителей. Из четырех возможных вариантов, столичные чиновники отдали предпочтение системе, при которой директора учебных заведений могут максимально произвольно назначать заработные платы и «играть» ее стимулирующей частью. В итоге учителя попали в большую зависимость от школьных администраций, чем это было ранее, так как боятся потерять в вознаграждении. «С московскими учителями сделали тоже, что несколько лет назад произошло с учителями в других регионах страны. Сначала им сказали: „Вот, смотрите, мы дадим вам больше денег“. И на самом деле, во многие московские школы пришло больше денег. Учителя обрадовались, и только через некоторое время сообразили, что эти деньги дали не навсегда, и теперь за них, к тому же, надо гораздо больше работать. Это общепонятная и понятная во всем мире норма, что зарплату можно считать увеличившейся, только если она положена за ту же самую работу. Сейчас до московских учителей постепенно доходит, что с них стали за большие деньги больше требовать. Фактически это означает, что зарплата у них не увеличилась, зато увеличились нагрузка и количество всякой отчетности. Хотя официально и было заявлено, что теперь учителя вообще фактически не должны заполнять никаких документов, ведь у нас в школах полная свобода и демократия», — считает педагог. Сюда же относится скандал с Московским центром качества образования, разработавший единый электронный журнал. Из-за постоянных сбоев в работе сервиса, учителя фактически могут нормально проставлять оценки не чаще, чем раз в полугодие, причем эта работа отнимает большое количество времени. Тогда как надбавки за заполнение такого журнала в школах не предусмотрены, подчеркнул Луховицкий.

В сильную зависимость от расположения руководства попали не только учителя, но и дирекция учебных заведений. Несмотря на то, что учредителем школ формально является правительство города, в Москве произошла «подмена понятий». Фактически, школами распоряжается Департамент образования, и, согласно Трудовому Кодексу, имеет полное право снять любого директора школы с должности без объяснения причин. В итоге администрация учебных заведений «сидит на крючке» у ведомства, считает Всеволод Луховицкий. «Директорам дали возможность зарабатывать очень большие деньги. И сейчас существует некая негласная договоренность: они поддерживают все, что говорит департамент, а последний за это дает им возможность очень хорошо зарабатывать. Не согласные с данным постулатом директоры фактически ушли из московского образования. В основном это пожилые руководители, не молодые. Кстати, это ставит себе в заслугу Исаак Клина — в школы пришли молодые директоры. Но на молодого директора легче давить. Молодой человек, пришедший в школу и получивший большую власть и большие деньги внутри нее, естественно, хочет идти дальше по карьерной лестнице, по крайней мере, он хочет сохранить свое место. На пожилых же намного сложнее давить, ведь им уже ничего не страшно. Но таких в Москве осталось совсем немного», — отметил общественный деятель.

Еще несколько серьезных проблем пришли в московское образование благодаря инициативе по слиянию школ и детских садов в единые комплексы. Сейчас из 2,5 тыс учебных заведений создали порядка 750 таких конгломератов. И если для обычных школ данный процесс прошел относительно спокойно, даже принес свои позитивные плоды в виде относительно равного финансирования, то специализированные учебные заведения если еще не уничтожены, то фактически поставлены на грань выживания. Кроме того, вхождение в состав общих комплексов детских садов грозит последним потерей своей «дошкольной» специфики, считает Луховицкий. «Я надеюсь, что несколько до сих пор существующих отдельных школ все-таки сумеют добиться того, чтобы их оставили в покое. И незаконные слияние, незаконные объединения все-таки будут отменены. В частности, незаконный приказ о присоединении к школе-интернату „Интеллектуал“ школы 1588. Сейчас мы продолжаем прорабатывать разные варианты защиты нашей школы. Родителями в суды поданы очередные. 29 декабря мы отправили заявление в Московскую прокуратуру. Мы пытаемся бороться, но большинство школ уже объединены», — заявил он. В случае со школой-интернатом «Интеллектуал», объединение может закончиться утерей уникальной специфики по подготовке одаренных детей, так как единые образовательные нормативы в данном случае не удовлетворяют потребностям учеников, ведь, по словам педагога, дети из «Интеллектуала» по собственной инициативе учатся в среднем до 9 вечера. По этой же причине школе необходимо повышенное финансирование. «Таких детей, как в нашей школе, не очень много. Но и для них тоже, извините, нужно предоставить эти самые равные возможности для максимального проявления своих способностей. Точно также, как для детей с ограниченными возможностями здоровья, для детей с девиантным поведением, учеников коррекционных школ. Как для любой категории людей», — отметил Луховицкий.

Что касается детей с девиантным поведением и детей из уничтожаемых школ надомного обучения, то инициатива по их переводу в инклюзивные общеобразовательные учреждения сводит на нет всю специфику работы с такими учениками, считают эксперты. В частности, неоднократно указывалось, что в школах не хватает профильных специалистов, а обычные учителя просто не справляются с подобной работой. В Департаменте образования, в свою очередь, отмечают, что школы заинтересованы в качественном обучении таких детей, так как на них выделяется финансирование с повышающим коэффициентом. Например, для детей с ограниченными возможностями здоровья коэффициенты составляет 2 и 3. Однако, как пояснил Луховицкий, тут тоже есть определенная хитрость, позволяющая манипулировать денежными средствами, посему о качественном образовании инвалидов говорить не приходится. «В приказе сказано, что финансирование идет по коэффициентам до 2 или до 3. А это значит, что можно, например, и 1,5. Это ведь тоже до двух. И 1,7 тоже до 2. То, что происходит с так называемыми коэффициентами на московское образование — отдельный вопрос. С 2010 года нормативы в Москве не менялись, хотя во всех регионах страны каждый год нормативы меняются. Это очень большая серьезная работа — определить, сколько должно стоить обучение каждого ребенка. Например, в бюджетах многих регионов с точностью до копеек определено, сколько стоит обучение ребенка в школе-интернате. А у нас в Москве один так называемый норматив в 63 тыс. рублей. А все остальное — это, например, пилотный проект, который теперь успешно закончился. И сейчас и вовсе не известно, сколько денег по коэффициентам получат московские школы в будущем году. Кстати, пилотный проект закончен, но где представлены ясные, четкие и понятные нормативы? Это было одним из требований нашего профсоюза. Мы пытались задать вопрос кто, как и на основании чего рассчитывает московские нормативы, но пока мы никакого ответа не получили», — заявил он.

Что касается финансирования, то впервые за несколько лет в Московской городской думе принят бюджет с 5-процентным сокращением дотаций на образования. И, по словам Луховицкого, пока не совсем ясно, какие статьи в итоге пострадают. «Понятно, что это сокращение вряд ли скажется на поставках какого-то оборудования в школы. Поставка любого оборудования, закупки наверняка останутся без изменений, потому что на этом можно делать хорошие деньги. А вот зарплаты школьных медиков, психологов, библиотекарей, обслуживающего персонала, то есть то, что сейчас окончательно переводится на аутсорсинг, могут сократить. Количество психологов уже сократили. Сейчас один психолог часто приходится на несколько школ. Попробуйте представить, что ребенку из 9-10 класса вдруг надо зачем-то куда-то собраться к какому-то незнакомому психологу на консультацию, да еще и не у себя в школе, а непонятно где. Понятно, что он не поедет. А значит, что и психологической помощи у нас не будет», — подчеркнул общественный деятель.

Что же касается заявлений о создании в разных школах равных условий для получения знаний, то и здесь есть свои подводные камни, считает Луховицкий. Сейчас качество образования в учебных заведениях определяют на основе рейтингов, но рейтинге также подчинены текущим потребностям департамента. «Каким образом это делается? Подсчитаем, например, сколько у нас 100-бальных результатов на ЕГЭ. В школе на 1 тыс. учеников таких детей будет, например, 10, а в школе на 200 человек — 4. И делаем вывод, что школа на 1 тыс. человек в несколько раз эффективнее, чем школа на 200 человек. Это очень просто. Любой рейтинг зависит от того, какие показатели вы заложите в основу. Если надо показать, что большая школа сильнее маленькой, то достаточно заложить в нее показатели, учитывающие именно эти факторы. Еще одним из факторов при оценке качества образования было наличие в комплексе большого структурного подразделения дошкольного образования. Это только один момент. А второй… Как можно говорить о повышение качества, учитывая, например, недавний скандальный мониторинг качества математического образования московских школах. Я помню, что как раз господин Калина после получения этих результатов возмущенно отчитывал директоров школ, предупредив, что если к весне они не дадут повторно лучшего результата, то их будет примерно снимать. Значит, не так все замечательно, если проводится мониторинг и выясняется, что не очень», — резюмировал он.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail