Правозащитник Леонид Сунгоркин: Коренным народам нужны не съезды

Москва, 12 декабря 2014, 13:45 — REGNUM  120 представителей коренных народов принимают участие в съезде эвенов, который проходит сейчас в Хабаровском крае при поддержке краевого правительства. Корреспондент ИА REGNUM связался с правозащитником коренных народов Приамурья в Хабаровске. Президент общественной организации «Объединение по защите культуры, прав и свобод коренных малочисленных народов Приамурья» Леонид Сунгоркин рассказал ИА REGNUM, почему он считает проведение таких съездов бессмысленным.

«Оппозиционно настроенные аборигены в таких мероприятиях участие не принимают»

По вашему мнению, каким образом проведение подобных съездов помогает в решении существующих проблем коренных народов?

Как президент общественной организации, правозащитник, популярный этно-блогер, этно-журналист, как хозяин, на чьей земле проходит данной мероприятие, я могу сказать откровенно, что подобные съезды больше напоминают сектантские собрания закрытых тайных обществ, в данном случае это общество эвенов России, при поддержке еще одного общества — АКМНС. В таком формате, когда явно не уважаются другие общественные организации, это говорит об их закрытости от общественности.

Основная задача съезда сводится лишь к тому, чтобы в очередной раз отчитаться перед властью за те великие достижения и подвиги, которые были совершены в уходящем году. И желательно это делать еще и на деньги власти, чтобы был накрыт стол, был готов и дом, и все в нем единомышленники, без неудобных людей, которые могут задать ненужные и неудобные вопросы, и, тем самым, испортить обедню и все торжество. В моем случае наверно как раз это и произошло.

Мы и раньше называли съезды, которые проводила Ассоциация, «собранием единомышленников, всецело подконтрольных власти и тем целям и задачам, которые она перед ними ставит». И цели эти меняются в зависимости от того, какая политика проводится властью по отношению к коренным малочисленным народам. Все это декларируется, протоколируется и выдается как решение какого-то народа, в данном случае эвенского. Оппозиционно настроенные аборигены в таких мероприятиях участие не принимают, их мнения, пожелания не учитываются.

Данную форму съездов я вообще бы убрал из жизни коренных народов, именно в таком формате. Так как по сути ничего не меняется, где бы этот съезд ни проходил, результат всегда будет один и тот же: народ будет молча смотреть, как кто-то, обладающий какими-то регалиями, от имени этого народа решает его судьбу вдали от дома. А тем временем в преддверии праздников во многих коренных семьях остро ощущается нехватка еды и подарков для детей к Новому году.

Почему вы считаете недостаточными меры, которые предпринимаются государством для поддержки коренных народов?

Сейчас коренные народы просто вымирают. Согласно последней переписи, количество нанайцев с 12 тысяч сократилось до 10 тысяч, грубо говоря, это произошло за 10-15 лет. В данной ситуации, какая должна быть поддержка? Если уменьшение количества нанайцев будет продолжаться такими темпами, то через 150 лет их вообще не останется в России. В городе Хабаровске, в месте традиционного проживания нанайцев, нет даже Центра национальной культуры коренных малочисленных народов Приамурья, за который мы уже бьемся не один десяток лет. Во время этого съезда я опять напомнил об этом министру природных ресурсов Хабаровского края Василию Шихалеву.

На этот вопрос я могу отвечать до бесконечности, потому как ежедневно сталкиваюсь с тем, что на местах вся политика в отношении коренных малочисленных народов выстроена таким образом, что от самих коренных жителей ничего не зависит. А хороший тому пример, это выборы, когда кандидат от коренных малочисленных народов не имеет никаких шансов быть выбранным, например, в Законодательную Думу Хабаровского края, так как число голосующих за него мизерно. Это еще один пример поддержки коренных.

Можно еще привести один яркий образец поддержки государства — в Хабаровске, куда приехали эвены, нет даже национальной школы, где можно было бы поговорить на языках коренных народов. В книжных магазинах вы не найдете книг на языках аборигенов, ощущается острая нехватка учебных пособий. Нет сайта, который бы популяризировал культуру коренных малочисленных народов Приамурья в интернете. Зато есть регулярные съезды, круглые столы, учебы, тренинги, школы лидеров, институт уполномоченных из числа коренных. В Хабаровском крае кроме меня и моих людей никто даже не осмеливается критиковать власти, и это можно объяснить только одним — все эти лидеры давно уже не являются лидерами, это формальные фигуры.

В свою очередь, власть не представляет, что хочет местное население, так как оторвана от этой реалии, далека от проблем аборигенов. И все это похоже на театр абсурда, где интересы простого человека, в данном случае аборигена, никем не учитываются. В стране, где процветает коррупция, где ценность человеческой жизни ничтожна, аборигены оказались в ситуации, в какой в свое время оказались негры в Америке после отказа от рабства. Формально у нас все хорошо, но мы находимся в сегрегациях.

Общество еще не готово принять нашу культуру целиком, ни наши знания, ни наши умения. А если у общества в целом нет такой потребности — знать о нас больше, как о хранителях уникальной культуры, которая если погибнет, то и Россия потеряет нечто такое ценное, что потом при всех усилиях и поддержках со стороны власти уже будет не возродить.

Какие изменения, происходящие в среде малочисленных народов Приамурья, наиболее заметны?

Можно отметить основные моменты на примере нанайцев. Огромный уровень безработицы, в Нанайском районе он доходит до 40%. Коренное население становится менее образованным, замечена тенденция отказа от получения среднего образования. Высокий уровень смертности среди коренных: это суицид, который отмечен чаще, чем у других народов, криминал, браконьерство, неуверенность в завтрашнем дне, и как показатель — низкий уровень рождаемости и вымирание. Высокий уровень ассимиляции, отказ от собственного языка, а зачастую и нежелание причислять себя к этнической группе нанайцы. Идет подмена культурного фона. Национальная молодежь, глядя на восток, не желает видеть себя причастной к азиатской культуре. И, таким образом, они растворяют собственную культуру, которая находится в депрессивном состоянии, и которую одними съездами не поднять.

Что требуется сделать, какие меры предпринять?

Скоро наступят такие времена, когда национальная культура коренных народов будет столь экзотична, как культура пигмеев Австралии, что, кстати, подтверждают последние наши исследования. Большинству хабаровчан все равно, где жили нанайцы, как они живут, и где они будут жить, и какова их роль в истории Дальнего Востока в целом, начиная с каменного века и заканчивая сегодняшним днем.

Сейчас нужны не съезды лидеров Ассоциации, союзов и объединений, не помощь заграничных фондов. Сейчас главное, на мой взгляд — возрождение духовно-нравственных ценностей, понимание того процесса, без которого даже внешне похожий на нанайца человек, в том числе и по каким-то этническим параметрам, будет причислять себя к кому угодно, только не аборигеном. И как такому человеку помочь? Кто и, главное, зачем должен поддерживать этого человека, который, по сути, добровольно отказался от всего того, что мы традиционно называем сознание себя как представителя, пусть малочисленного, но своего народа.

Нужно пробуждать гордость в людях за свой народ и всячески помогать и поддерживать тех людей, которых я называю духовными лидерами, национальной интеллигенцией. Пока я только могу верить, что мои усилия на этом поприще рано или поздно будут востребованы, как государством, так и теми аборигенами, которые гордятся своей национальной принадлежностью и готовы до конца прожить жизнь аборигена со всеми вытекающими последствиями. Моя задача пробуждать в коренных жителях, дальневосточниках, гражданскую активность, чтобы люди сами для себя могли решить, жить нам на этой земле или выживать.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.