После решения Эрдоганом курдской проблемы настанет черед Армянского вопроса: интервью Рубена Сафрастяна

Ереван, 9 мая 2013, 09:08 — REGNUM  Процесс примирения между правительством Турции и Курдской рабочей партией (Рабочая партия Курдистана - PПK) продолжается. Курдские партизаны 8 мая официально начали покидать территорию Турции. Процесс получил неоднозначную оценку как в курдской, так и в турецкой среде. В частности, муссируется мнение, что отказ РПК и ее лидера Абдуллы Оджалана от многолетней партизанско-террористической борьбы - начало процесса возвращения прежних "добрых" времен, когда в рамках Османской империи "турки и курды совместно властвовали над христианскими народами и держали в повиновении греков, армян, ассирийцев и др". В таком случае нынешняя Турция неизбежно превратится в дуалистическое турецко-курдское государство, в котором курдский фактор в силу демографических причин будет обретать все больший вес. Стали мы свидетелями эпохального для малоазиатского региона процесса, или всего лишь очередного витка развития турецко-курдского противостояния? "В отличие от иракского Курдистана на севере Ирака, курдская автономия в Сирии не имеет связей с Турцией, и в случае своего создания она будет априори направлена против Анкары. Соглашением с РПК Турция пытается решить и эту проблему, представляющую для нее опасность", - заявил в интервью ИА REGNUM директор Института востоковедения НАН Армении Рубен Сафрастян.

ИА REGNUM: Как вы оцениваете начавшийся процесс примирения между турками и курдами?

Подробности этого соглашения неизвестны в полной мере, многое держится в секрете. Мы лишь знаем, что эти переговоры начались с ноября прошлого года и велись между представителями турецкой службы безопасности с лидером Курдской рабочей партии Абдуллой Оджаланом, который, как известно, с 1999 года находится в заточении. Об этих переговорах стало известно практически недавно. 21 марта Оджалан обратился с призывом к представителям PПK прекратить вооруженную борьбу и перейти к методам политическим. Все остальное, что известно на сегодняшний день - слухи или утечки.

Нужно учитывать несколько факторов, ряд возникающих вопросов. Во-первых, если судить по заявлениям руководителей РПК, в частности, Мурата Карайлана, курды не собираются выводить из Турции сразу все силы. Этот процесс будет происходить поэтапно, так как доверие к правительству Реджепа Тайипа Эрдогана на очень низком уровне, и это вполне понятно ввиду неоднократных взаимоисключающих и противоречащих друг другу заявлений турецкого премьера по курдской проблеме. Во-вторых, пока что нет полной ясности в вопросе о том, как именно будет происходить вывод сил РПК с территории Турции в Северный Ирак. Правительство Турции требует, чтобы курды сперва разоружились, и только после приступили с выводу своих военизированных формирований. РПК же настаивает на том, что вывод будет происходить с оружием в руках. Это лишь один из спорных моментов. Одним словом, пока нужно подождать развязки.

ИА REGNUM: Что может сорвать этот процесс?

Я бы не стал делать преждевременных выводов. В целом на территории Турции действуют группировки РПК численностью 1,5-2 тыс. человек. Не думаю, что заверения лидеров РПК о том, что их десятки тысяч, соответствуют действительности. На самом деле их осталось достаточно мало. Полагаю, нужно внимательно следить за процессом вывода войск, это даст необходимую информацию.

ИА REGNUM: Вывести из страны полторы тысячи вооруженных человек - задача не того масштаба, чтобы говорить о серьезных сложностях. В чем реальная проблема?

Речь идет не только о том, чтобы вывести пару тысяч повстанцев из Турции. Мы говорим о гораздо более серьезном соглашении, которое, по всей видимости, достигнуто между Оджаланом и правительством Турции. Фактически речь о том, чтобы курдское движение в Турции после этого стало бы полностью политическим. Иными словами, имеется в виду исключение методов вооруженной борьбы, это самое главное. С другой стороны, мы видим параллельный процесс легитимизации как самого Абдуллы Оджалана - лидера курдского движения, а не главного террориста, называвшегося в Турции "убийцей детей", - так и всего РПК, которая после перестанет считаться террористической организацией.

Процесс гораздо шире, чем просто вывод нескольких тысяч людей с автоматами из Турции. Здесь также нужно обратить внимание на цели, которые преследовали стороны соглашения, и результаты, которых они добились или рассчитывают добиться в перспективе. Кроме сказанного мной выше, как можно судить по заявлениям курдских руководителей, они надеются на новую турецкую конституцию, работа над которой в Турции уже ведется. Из конституции будут изъяты положения, которые сводят турецкое гражданство к этническому признаку, национальному. Согласно действующей, граждане Турецкой Республики являются этническими турками. Следовательно, курды получат право быть равными с турками гражданами страны. Оджалан и его соратники, по-видимому, ожидают, что будут изъяты положения Конституции Турции, блокировавшие преподавание курдского языка в школах. Правительство Эрдогана, конечно, сделало определенные шаги в этом направлении, но пока курдский язык далек от равенства с турецким. В частности, в школах он введен только в виде факультатива, из государственных телеканалов лишь один транслирует передачи на курдском, да и то по несколько часов в день и так далее. Курдские деятели, насколько можно судить, требовали права на большую самостоятельность в курдонаселенных провинциях страны, и пока не ясно, собираются турецкие власти удовлетворить это требование или нет. Кроме того, курды требуют освободить всех "своих", в том числе Абдуллу Оджалана.

Если резюмировать, требования курдов, с одной стороны, сводятся к равноправию с турками в гражданском смысле и региональной автономии.

ИА REGNUM: Г-н Сафрастян, видите ли вы в процессе примирения курдов и турок внешнюю руку?

Конечно, несомненно. Внешние факторы играют определенную и я бы даже сказал значительную роль. Если попытаться проанализировать эту ситуацию, возникает вопрос: почему Эрдоган пошел на это, почему сделал это именно сейчас? Вопрос резонный. Как мы знаем, в 2008-2009 годах в Осло под патронажем британцев проходили секретные переговоры с представителями РПК при участии личного представителя Реджепа Тайипа Эрдогана. Об этом стало известно случайно в результате утечки, возможно, организованной. Но тогда стороны ничего не подписали, никаких договоренностей не было. Сейчас же Эрдоган, 4 года назад отказавшийся идти на мировую, делает это. Почему? По-моему, здесь нужно учитывать несколько факторов. С одной стороны, приближается 2014-й год важный, так как будут проходить муниципальные выборы и, если будет утверждена новая Конституция, новые президентские выборы. Это значит, что лично Эрдогану и его партии нужна поддержка курдского населения, которая в последнее время стала значительно снижаться. Определенная часть курдских деятелей стала больше склоняться к сотрудничеству с курдской партией "Мира и демократии" (BDP). Кроме того, часть курдских деятелей явно разочаровались в Эрдогане, сомневается в его желаниях сделать что-то такое хорошее для курдов, и стала налаживать связи с более радикальными курдскими организациями. По сути, Эрдоган старается исправить сложившуюся ситуацию и увеличить курдскую долю своего электората. С другой стороны, та же BDP может добавить Эрдогану нужных голосов в парламенте, поскольку, согласно проекту новой конституции, присутствие в высшем законодательном органе Турции правящей "Партии справедливости и развития" (AKP) недостаточно для своеобразной законодательной монополии. То есть мы уже говорим о чисто партийных интересах. Но не стоит забывать и о личных амбициях действующего премьер-министра Турции, который мечтает стать первым президентом Турции с широкими полномочиями, своего рода вторым Ататюрком.

Возвращаясь к внешним факторам, их можно определить следующим образом: Ирак и Сирия. В случае с последней ситуация развивается таким образом, что в Анкаре уже чувствуют угрозу со стороны сирийских курдов. В частности, речь идет об усилении "Партии Демократического Союза" (PYD), лояльной РПК и поддерживающей ее. Более того, фактически PYD выступает в роли крыла РПК. К слову, есть факты, указывающие на целенаправленное усиление Курдской рабочей партией своих вооруженных формирований в Сирии, чтобы при срыве процесса примирения с турками использовать их в своих целях. Турция пытается с этим бороться, особенно если учесть, что сирийские курды уже имеют опыт в борьбе с турками под руководством РПК.

Сейчас Турция, к примеру, использует подконтрольные ей группировки в составе сирийской вооруженной оппозиции, которых она снабжает оружием и финансирует, чтобы направить их против местных курдов. Но там на самом деле идет процесс создания реальной квазиавтономии - Башар Асад официально заявил, что предоставляет курдам автономию. Прежде такого не было. Реально там идет процесс создания и становления квазинезависимого курдского государства на границе с Турцией. В отличие от иракского Курдистана на севере Ирака, курдская автономия в Сирии не имеет связей с Турцией, и в случае своего создания она будет априори направлена против Анкары. Соглашением с РПК Турция пытается решить и эту проблему, представляющую для нее опасность.

Что касается Северного Ирака - курдского регионального квазгосударственного образования, - то с этой единицей у Турции в последние несколько лет сложились исключительно благоприятные отношения. В будущем Турция рассматривает курдский северный Ирак как интегрированный в свою экономику. Идет процесс интеграции экономик двух государств, на официальном уровне заявляется, что эти экономики дополняют друг друга. Это и на самом деле так, потому что Турция ощущает большой дефицит в энергоносителях, а недра Северного Ирака хранят в себе около 7% общемировых разведанных запасов нефти. Это очень важно для Анкары, поскольку позволяет снизить зависимость от российского газа и иранской нефти. Там рассматриваются проекты строительства нефтепровода до Джейхана с последующим его соединением к магистрали Баку-Джейхан. Это серьезные проекты. Кроме того, существуют расчеты, свидетельствующие о том, что около 80% товаров широкого потребления, используемых населением иракского Курдистана, произведены в Турции. Более того, около 60-70% всех иностранных компаний, действующих в этом регионе, - турецкие. Очевидно, что в экономическом плане протекает процесс явной интеграции.

ИА REGNUM: Идеологическая база курдского движения в Турции всегда заключалась в том, чтобы многомиллионный народ получил свое государство. Рассматривалось много разных вариантов, один из которых предполагал "отгрызание кусочков" от Турции, Ирака и Сирии с последующим их объединением в некий новый Курдистан. Наблюдаемые нами и описываемые вами процессы никак не согласовываются с этим тезисом.

Некоторые полевые командиры заявляли, что не собираются подчиняться. Посмотрим. В обращении Абдуллы Оджалана фактически была заложена новая идеологическая основа процесса примирения. Обращаясь к курдам, он сказал, что когда в 1920-м году был принят национальный пакт, его принимали не только турки, но и курды, а также другие народы Турции. В ходе развития турецкой республики о нем забыли. Оджалан в обращении к курдам призвал вспомнить об этом. Иными словами, мы видим попытку идеологически подготовить курдское население к тому, что Турция этнически перестает быть чисто турецким государством и становится страной всех народов, ее населяющих, в первую очередь, конечно же, турок и курдов. Последних там 15 миллионов как минимум - огромное количество. Это по части курдов. У турецкой стороны тоже в какой-то мере присутствует это видение. Но Анкара, насколько я могу судить, рассматривает возможность территориального присоединения в ближайшем будущем курдонаселенных областей Ирака и Сирии к Турции. В турецкой прессе совсем недавно появилась карта новой Турции. В итоге мы видим, что ставится вопрос создания нового сверхгосударства, империи, которая в отличие от современной Турции будет обладать значительной военной, политической и экономической мощью.

ИА REGNUM: Вы можете определить эти стремления, дать им название? Смахивает на какой-то неопантюркизм.

Это не неопантюркизм, потому что не планируется тюркизировать присоединенные территории. Новые граждане нового государства сохранят свои религиозные, этнические и прочие отличия. Эту тенденцию, по-видимому, нужно рассматривать в рамках концепции неооттоманизма. По замыслу авторов, будет создана новая империя, которая, конечно же, будет управляться из Анкары. Будет управляться турками.

ИА REGNUM: У Турции над головой есть "большой брат", который во многом влияет на политику Анкары. Речь о США. Вопрос: каково участие американцев в региональных планах Турции?

Соединенные Штаты, как и ведущие страны Евросоюза, приветствуют процесс турецко-курдского примирения. Но вместе с тем американцы выражали беспокойство по поводу быстро протекающего сближения Турции с иракским Курдистаном. Этот процесс ослабляет центральное правительство Ирака и протекает через голову Багдада. После вывода американских войск возрастает опасность распада иракского государства, что никак не входит в планы США. Во всяком случае, пока. Следовательно, отдельные элементы регионального процесса примирения турок и курдов не нравятся США. В любом случае, не стоит переоценивать влияние США на ближневосточные процессы. Они, конечно, пытаются это сделать, и не всегда видимыми мерами, а получается или нет - совершенно другой вопрос.

ИА REGNUM: Противостояние турок и курдов - процесс, непрерывно грызущий Турцию изнутри. Он требует ресурсов, времени, материальных средств, приводит к жертвам. Теперь Турция от этой головной боли пытается избавиться. Каким в сложившейся ситуации вы видите положение стран Закавказья?

Во-первых, подчеркну, что пока что этот процесс происходит в нашем воображении. Есть обращение, есть факт тайных переговоров, есть заявления с обеих сторон. Определенные реальные факторы тоже есть - в марте РПК выпустила нескольких пленных турок, к примеру, но пока мы говорим о теории. Во-вторых, если допустить, что процесс не будет ограничиваться примирением чисто в рамках самой Турции, а направлен на решение каких-то геополитических проблем этой страны, которые мы частично затронули, то предполагаемый результат таков: мы получим новое турецкое государство, по сути имперское, которое будет представлять еще бо̀льшую опасность для всего региона и стран Закавказья. Никаких положительных подвижек по части турецкой политики в регионе не вижу. Есть мнение, выраженное на экспертном и журналистском уровне, что после решения Эрдоганом курдской проблемы настанет черед Армянского вопроса. Исключать такой вариант нельзя, но пока что мы не имеем серьезных фактов, которые позволили бы оценить этот процесс как нечто, способствующее укреплению безопасности в регионе. Наоборот.

ИА REGNUM: Исторически империи возникали, росли, расширялись, охватывали все большие и большие территории, и в какой-то момент оказывались не в состоянии контролировать завоеванное. Не считаете, что нынешняя экспансионистская политика Турции может привести к тому, что она заглотит слишком большой кусок, перевариванию не подлежащий?

В целом я считаю, что политика Турции на протяжении последних двух лет направлена не на сглаживание противоречий, накопившихся на Ближнем Востоке и столь серьезно давших о себе знать, а на использование этих противоречий. Эта политика в своей сути авантюристична. Она представляет угрозу как для региона, так и для самой Турции. Полагаю, ни к чему хорошему эта политика не приведет.

Подготовил Эмиль Бабаян

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.