Сергей Середенко: Русский взгляд на американский отчет по Эстонии

Рига, 2 мая 2013, 21:58 — REGNUM  Позвонил Виркко Лепассалу из издания Pealinn, попросил прокомментировать американский "страновой" рапорт о положении с правами человека в Эстонии в 2012 году. Рапорт размещен на сайте посольства США в Таллине.

Первый же вопрос Лепассалу напряг: не считаю ли я, что появление такого рапорта - свидетельство потепления в отношениях между Россией и США? Типично эстонская логика: мы тут не при чем, а состояние прав человека в нашей стране - это не наша, а российско-американская тема. О чем я Лепассалу и сказал. Сам же по себе рапорт произвел некоторое впечатление, которым и хотелось бы поделиться.

Начну с того, что прежде я этих рапортов не читал, так как было среди нас, правозащитников, некоторое разделение труда. Я, в частности, "отвечал" за конституционный блок и "внутренние" дела, "внешними" занимались другие люди. Пока занимались. Это я к тому, что сравнивать этот отчет с предыдущими не могу, т.к. не интересовался ими. Дальше: методика анализа - примитивная. Достал свой отчет за 2012 год и сравнил его с американским. А также с тем, что знаю, видел или слышал.

Первая мысль, которая возникла после сравнения - русскую прессу Эстонии американцы не читают вообще. Дальше - по пунктам.

1. "Парламентские выборы состоялись в марте 2011 года и были, в общем, свободными и честными". (Parliamentary elections held in March 2011 were generally free and fair). Да? Тогда чем же занимается НКО Ausad Valimised, а также тысячи других недовольных сограждан? Непрозрачность электронного голосования, манипуляции ID-картами - все это не позволяет говорить о том, что выборы были честными и свободными "в общем". Потому как проблема как раз системная, а не штучная. Хотя выборы упомянуты в отчете политеса ради - они вне подотчетного периода.

2. "Не поступало информации о широкомасштабных нарушениях прав человека". (While there were no reports of widespread human rights abuses...). Если под таковыми понимать масштабные избиения сограждан, как это было в "бронзовую ночь", то да - не было. Если брать масштабную историю с украденным гражданством Эстонии у "неграждан", то чего ей поступать, этой информации - она общеизвестна. Или истории про войну с русскими школами недостает масштаба?

3. В тюрьмах "недостаточно учреждений для отдыха, и они находятся в плохом состоянии". (In this institution recreational facilities were few and in poor condition). Вот, оказывается, какая перед нами проблема стоит. Мне уже доводилось писать, что Пенитенциарный кодекс Эстонии вообще не содержит такой статьи, как "Цели наказания". То есть суд вообще не знает, зачем определять преступника в тюрьму, но, тем не менее, делает это. Потому как все так делают. А теперь вот стало понятно. Ожидаю появления светящейся вывески "Spa hotell Tallinna Vangla".

4. Упоминание Яны Тоом, Михаила Кылварта и Центра информации по правам человека в ежегоднике Охранной полиции и последовавшие за этим суды, имевшие целью защиту от клеветы, попали в раздел "Гражданское судопроизводство и защита" (Civil Judicial Procedures and Remedies), хотя процессы, которые ведут Тоом и Кылварт, должны были слушаться в административных судах. Отмечаю это потому, что сами сюжеты - упомянуты, а разница между административным и гражданскими процессами, глядя из США - несущественна. Существенна она здесь. Для тех, кто этим занимается.

5. В разделе "Произвольное нарушение неприкосновенности частной и семейной жизни, жилища и корреспонденции (Arbitrary Interference with Privacy, Family, Home, or Correspondence) написано лишь, что "Конституция запрещает такие действия, и правительство в целом соблюдает эти запреты". (The constitution prohibits such actions, and the government generally respected these prohibitions). Странно. Как раз на начало подотчетного периода, январь 2012 года пришлось возбуждение Генеральной прокуратурой уголовного дела в связи с нарушением тайны переписки - речь идет о публикации порталом Delfi личной переписки антифашистов Максима Ревы и Александра Коробова. Напомню сам ход событий: сначала полиция, а потом окружная прокуратура категорически отказывались возбуждать дело (для ревнителей эстонского уголовного новояза - "начинать производство"), и дело было возбуждено только Генеральной прокуратурой. В жалобе мы прямо называли самого вероятного подозреваемого - Охранную полицию. Через полгода полиция прекратила следствие с разрешения прокуратуры в связи с невозможностью найти подозреваемого. Тем не менее, факт нарушения тайны переписки был установлен, преступление сочтено совершенным, а Рева и Коробов были признаны потерпевшими. (Что делать с эстонскими журналистами - не знаю. Говорю по-эстонски, говорю медленно - нет, Лепассалу все равно пишет, что Delfi опубликовал частную переписку Ревы и Коробова... с Государственной прокуратурой).

Добавлю сюда, что выше в рапорте упоминался "эффективный гражданский контроль за спецслужбами". Упоминался, как можно догадаться, голословно.

6. Как положительный, отмечу тот фрагмент рапорта в разделе "Свобода ассоциаций", в котором указывается на то, что неграждане не могут быть членами политических партий. Попутно отмечены низкие темпы натурализации. "Почти все лица без гражданства являются долговременными резидентами; они могут голосовать на местных, но не парламентских, выборах. Есть законные процедуры, которые предлагают возможности для получения гражданства, но некоторые наблюдатели по правам человека рассматривает их как неадекватные". (Nearly all stateless persons were long-term residents; they could vote in local, but not parliamentary, elections. There are statutory procedures that offer opportunities for obtaining citizenship, but some human rights observers regarded them as inadequate).

7. "Ряд местных и международных правозащитных групп в общем действовали без правительственных ограничений, расследуя и публикуя свои выводы по фактам нарушения прав человека. Правительственные чиновники, как правило, сотрудничали с ними и реагировали на их замечания". (A number of domestic and international human rights groups generally operated without government restriction, investigating and publishing their findings on human rights cases. Government officials were generally cooperative and responsive to their views). Это какие же такие "местные правозащитные группы"? "Открытая Республика"? Цыбуленковская лавочка? Со своими "расследованиями" о нарушении прав человека в России и Белоруссии? Потому что реальность говорит нам совсем о другом - об уголовном преследовании Алисы Блинцовой и Олега Беседина по высосанному из пальца делу, об отстранении от работы той же Алисы Блинцовой, о фактическом выдавливании из страны большинства героев Ночного Дозора, о незаконных задержаниях антифашистов и т.д. и т.п. А из примеров "сотрудничества" самый демонстративный и яркий - это отказ президента Ильвеса принять подписи в защиту русской школы.

8. Теперь про любимца - Тедера. "Общественное доверие к (его) офису было высоким, а правительство реагировало на его отчеты и решения". (Public trust in the office was high, and the government was responsive to its reports and decisions). Интересно, каким прибором американцы замеряют "общественное доверие"? Потому что русское недоверие к Тедеру заявлено давно и прочно. Вот со второй частью фразы можно согласиться - правительство и парламент сразу же отреагировали на его предложение ужесточить закон о частной школе - так же, как до этого согласились с его предложением "упорядочить" забастовки солидарности.

Тут и нам урок: свои проблемы надо уметь обозначать. В частности, заявлялось, что как раз предложения Тедера по частной школе наглядно демонстрируют конфликт интересов между должностями канцлера юстиции и омбудсмена: если первый должен следить за соблюдением конституции, то второй (среди прочего) - защищать меньшинства. И что эти должности нужно разделить. Я предлагал трем депутатам Рийгикогу озвучить эту проблему в парламенте, но понимания не нашел.

9. Дискриминация: как обычно, упоминается только гендерная дискриминация, об этнической - ни слова. А между тем на прошлый год пришлось мое судебное дело против "Эстонии без коррупции", в котором "отзывчивая" уполномоченная по равноправию отвечала на мое заявление... год, и ответила только после того, как ей пригрозили судом. Рапорт высвечивает и невероятную занятость уполномоченной: за полгода - 10 заявлений.

10. Вся антифашистская тематика отражена в рапорте в разделе "Антисемитизм". Очень неприятный тренд (борьба с антисемитизмом и антифашизм - это довольно разные, а порой и противоречивые вещи, например, по вопросу о "еврейском национальном государстве"), но тут возмущаться не буду, потому как доклад - о соблюдении прав человека. Сказывается концептуальная недостаточность правозащитной доктрины, в которой антифашизму просто не нашлось места. Факт, на который при обсуждении проекта Всеобщей Декларации прав человека указывал еще А.Я.Вышинский... Важнее то, что отражено в рапорте. А отражены два события - традиционное сборище эсэсовцев в Синимяэ и реклама с изображением ворот Бухенвальда. В отношении первого: "Официальные лица государства не участвовали в церемонии, но военные капелланы возложили... (...) Министр иностранных дел и министр обороны заявили, что это не было чествованием нацизма. Оба подчеркнули, что антисемитские взгляды не имеют места в обществе". (No national government officials participated in the ceremony, but military chaplains laid... (...) The minister of foreign affairs and minister of defense stated that the event was not a celebration of Nazism. Both stressed that anti-Semitic values had no place in the country's society). Я, наверное, последний логик, но не могу тут удержаться от совершенно логичного замечания: если министров там не было, то почему они так уверенно комментируют это событие? Не было телом, но были душой?

11. И - главное: про нас, русских, как национальное меньшинство - 4 (!) абзаца. И, что еще важнее, мы, русские - перед цыганами! Все-таки 20 лет борьбы не прошли бесследно... Чего пишут? Пишут, что незнание эстонского языка и отсутствие гражданства ЭР препятствуют допуску к публичной службе, что Языковая Инспекция есть и неплохо себя чувствует за наш счет, что безработица среди нас выше, чем среди эстонцев, что многие из нас "верят, что встречались с дискриминацией при приеме на работу, даже если хорошо владеют эстонским языком" (Many Russian speakers believed they would face job discrimination even if they possessed adequate Estonian).

В общем, все по делу. И чего так эстонцы переполошились?

Сергей Середенко, Русский омбудсмен

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.