На фоне мировых и внутрироссийских новостей произошло грандиозное событие, которое в иное время сделало бы заголовки. Международная боксёрская федерация IBF/USBA признала Евразийскую федерацию профессионального бокса (Eurasian Boxing Parliament) в статусе континентальной боксёрской федерации. Для непосвящённых это говорит о немногом. Но эксперты отмечают, что в мире профессионального бокса произошла революция, масштабы которой ещё предстоит осознать. Как и то, насколько тесно взаимовлияние профессионального спорта и большой политики. И это, несмотря на удручающие контексты прошедшей Олимпиады, не всегда — дорога в один конец и игра в одни ворота. Подробности — в редакционном интервью ИА REGNUM президента Евразийской федерации профессионального бокса Михаила Денисова.

Президент Евразийской федерации профессионального бокса Михаил Денисов (второй слева)
Президент Евразийской федерации профессионального бокса Михаил Денисов (второй слева)
Фото Михаила Денисова

ИА REGNUM : Для начала — несколько слов о вашей организации.

Евразийская федерация профессионального бокса (EBP) объединяет более сорока организаций профессионального бокса стран Евразии. Невзирая ни на какие политические конфликты, войны и санкции. Мир профессионального бокса принципиально отличается от олимпийских видов спорта. В отличие от олимпийских видовых объединений, мы не находимся под крылом привязанных к государственным бюджетам национальных олимпийских комитетов. С одной стороны, нам приходится напрямую жёстко взаимодействовать с источниками финансирования и медиаканалами, под которые привлекаются спонсоры. С другой стороны, лишённые государственного и международного протекционизма, мы обладаем большей независимостью в прямом смысле.

В качестве примера могу привести драматический сценарий вступления в нашу организацию турецкой национальной федерации профессионального бокса. На фоне обострения политических разногласий между нашими странами нам удалось сохранить наши дружеские и деловые отношения. И сейчас они выходят на качественно иной уровень. Наши совместные гуманитарные и спортивные инициативы получили поддержку на уровне высшей государственной власти Турецкой Республики.

ИА REGNUM : Тем не менее на вашем уровне мировое противостояние тоже ощущается жестко. Что позволяет этому противодействовать?

Термин «профессиональный бокс», в отличие от олимпийской лукавой забывчивости про изначально «любительский спорт», точно характеризует его содержание. Мы не скрываем, что это — спорт профессионалов, бойцов и их промоутеров, которые зарабатывают свои деньги в зависимости от результата. И, как любой бизнес, наш спорт впрямую ощущает на себе последствия политических противостояний. Поэтому в октябре прошлого года, задолго до минувшей Олимпиады, предвидя предстоящие склоки и подковёрные войны за рамками приличий, мы провели Конгресс нашей федерации с повесткой «Спорт и политика». Участники единогласно проголосовали за резолюцию в поддержку инициативы российского лидера Владимира Путина о деполитизации мирового спорта. Соответствующее заявление президента России и наш итоговый документ практически совпали по времени, что дало повод упрекнуть нас в политическом подхалимаже.

Это было либо глупостью, либо заведомой ложью. Все понимают, что предварительное обсуждение и согласование общей позиции с несколькими десятками участников за двое суток возможно только в тоталитарной модели организации. Просто все участники сталкиваются с проблемой вмешательства политики в наш спорт практически.

ИА REGNUM : Можно предположить, что и само создание организации, которая объединяет столько национальных федераций, не было беспроблемным.

Изначально моя идея в бытность членом Совета директоров мировой боксёрской организации — Всемирного Боксёрского Совета (WBC) заключалась в том, чтобы объединить силы на пространстве, которое условно называется постсоветским. И задолго до политической идеи Евразийского политического союза мы начали претворять эту мысль в плоскости профессионального бокса. Для нас было естественно заполнить образовавшийся рыночный вакуум поверх новых границ. Но эта идея встретила яростное сопротивление американского и европейского объединения в рамках WBC. Отразилась ли глобальная политика в этом конфликте, не мне судить. Но по факту, ради воплощения этой идеи, которая заведомо была выгодна всем без исключения, мне пришлось оставить WBC.

ИА REGNUM : Ваше признание американской организацией произошло спустя сутки после избрания Дональда Трампа на пост президента США. Многие говорят, что это стало первым сигналом слома прежней конфронтационной политики в отношении России.

Дональд Трамп — большой поклонник нашего вида спорта, и в его команде, вероятно, есть люди, которые понимают важность профессионального бокса в решении болезненных социальных проблем. Это — уникальный инструмент для работы с социально слабыми слоями молодёжи, мигрантов, беженцев, для организации акций в поддержку глобальных инициатив. Те, кто следит за новостями профессионального бокса, помнят не только бои и нокауты, но и нашу инициативу — ещё в 2013 году — о проведении дня тишины в Сирии во время чемпионского боя в Москве. Мы были услышаны и поддержаны более чем 70 лицами и организациями того, что именуется гражданским обществом.

На ваш вопрос отвечу так: конечно, наша отчётливая позиция при прежней администрации США наше признание возможно бы исключила.