Трагедия произошла в 88-й школе Ижевска. Вот написал «трагедия», но за словом этим — пустота, даже бессмысленность. Потому что оно не способно описать и сотой доли ужаса произошедшего. А какие слова могут? Да никакие, на самом деле. Ведь они просто слова.

Стрельба в учебных заведениях
Стрельба в учебных заведениях
Иван Шилов © ИА REGNUM

Известно, что убийца из Ижевска был сторонником неонацистской идеологии. Так нам сообщают. Хотя меня смущает, что в таком случае этот нелюдь не оставил ни записок, ни послания, что любят делать подобные черти. Подобным образом они не только как бы оправдывают своё мракобесие, но и делают некую прокламацию, манифест.

Уже многие написали, что подобным образом враги России хотят расшатать ситуацию внутри нашего государства. Однако первый мой текст о стрельбе в российской школе вышел в январе 2018-го — то есть более четырёх лет назад. Так что проблема эта давняя, на которую долгое время не обращали внимания — и, к сожалению, по большей части так и не обратили. Можно обнести все школы и детские сады колючей проволокой, но трагедии это не предотвратит.

Безопасность такого рода не работает (или не работает достойно, в полной мере), если нет безопасности ментальной, психологической. Той, которая создаёт здоровую или как минимум саморегулирующую среду. Ведь, да, возможно, мракобеса из Ижевска вели, направляли — однако он должен был проделать определённый путь, чтобы прийти к такому безумию.

Питер Брейгель Старший. Безумная Грета. 1562
Питер Брейгель Старший. Безумная Грета. 1562

К слову, ответственность за теракт в Ижевске взяла на себя одна из террористических группировок. До сих пор она в основном занималась телефонным терроризмом. Не факт, что убийца принадлежал к этой группировке. Но кем же надо быть, чтобы взять на себя ответственность за убийство 17 человек, из которых 11 человек — дети?

Важно понимать: стрельба в школах (шутинг) и, расширяя, теракты и дьявольщина подобного рода в целом — это системное зло. И против него должна выстраиваться такая же система созидания. Опять же к сожалению, но на это зачастую нет ни времени, ни сил, ни желания. Меж тем, как и пять лет назад, повторяю свой тезис, что угрозу России прежде всего несёт то, что происходит в самой России. Что в такой ситуации необходимо делать?

Важно разбираться с психологической и психиатрической помощью в стране, которая, по сути, была исключена на госуровне и заменена «экспертами из социальных сетей» (или инфоцыганами). На практике — и сейчас тут нет преувеличения — по улицам подчас разгуливают натуральные психи. Более того, человеческая психика весьма неустойчива (особенно в такие моменты), и, как пишут в подобных случаях, за личиной добропорядочного гражданина может прятаться (и часто прячется) псих. Те же, кто торгует психологической помощью в социальных сетях, подчас делают только хуже.

Обращение с оружием и, главное, обращение оружия — это темы, требующие детальной проработки. Где каждый раз покупают стволы и боеприпасы убийцы? Вспомним последние случаи — и в Казани, и в Перми. Как так получилось, что у казанского убийцы были соответствующие разрешения?

Поль Сезанн. Убийство. 1870
Поль Сезанн. Убийство. 1870

Далее. Меня изумило и отвратило то, что в телеграм-каналах (полагаю, в других социальных сетях творится то же самое) вместе с адской новостью из Ижевска шли видео и фото трагедии. Для чего? Так нас информируют? Но вглядывающийся в бездну должен помнить, что бездна тоже вглядывается в него. И человек есть существо ко всему привыкающее. Он не только адаптируется к созерцанию подобного ужаса, но и, при определённых сдвигах психики, очаровывается им. Это блестяще показано в лентах Михаэля Ханеке «Видео Бенни» и Дэвида Кроненберга «Видеодром».

Говорю это, во-первых, к тому, что на всех уровнях необходимо прекратить эстетизировать и визуализировать смерть, а точнее — принесение этой смерти другим; вот что есть зло. Во-вторых, терроризм нового образца необходимо лишить паблисити. Меж тем кадры и имена убийц свободно гуляют по СМИ, хотя эти черти достойны лишь забвения. В соцсетях организуются фан-клубы убийц. Я писал об этом для ИА REGNUM после керченской трагедии.

Зачастую, кстати, такие убийцы и маньяки стремятся быть публичными. Они даже заранее оповещают о своих намерениях. Как бы запугивают, бравируют. С любыми подобными игрищами нужно поступать самым суровым образом. В целом же, да, работа спецслужб по предотвращению таких терактов априорна, но и о гражданском обществе, которое обязано регулировать, забывать нельзя.

У многих «школьных убийц» были свои кураторы. И вот к ним, к этим кукловодам, необходимо идти, чтобы их лишать свободы, а подчас и жизни.

Питер ван Гюйс. Хирург, извлекающий камень безумия. 1561
Питер ван Гюйс. Хирург, извлекающий камень безумия. 1561

О главном. К сожалению, в большинстве случаев подобное мракобесие — результат того общества, которое мы строили, строили и наконец построили. Общества без авторитетов, идеалов, ценностей. Общества, где полностью обесценена человеческая жизнь. Общества, где убивают других, чтобы почувствовать себя живым. Общества, которое пожирает своих членов, а в конечном счёте — само себя.

Тут речь идёт о воспитании человека. Делать это необходимо ещё начиная со школы. Образование не должно быть просто услугой — речь должна идти именно о воспитании человека. Того, прежде всего, который научится если не христианским, то хотя бы гуманистическим ценностям.

Это общество смерти, которое сегодня пожирает людей (наших детей, что самое страшное), может быть преодолено только победой жизни. Для этого нужно научить и научиться видеть человека в другом человеке. А иначе — и Бога нет, и всё дозволено. А иначе — убийственная пустота. Преодолеть её — значит ответить на один из главных вызовов, брошенных России.