В начале 90-х или чуть раньше совсем маленьким я оказался в видеосалоне. Помните, были такие? На экране мелькали кадры из дешёвого боевика, воняло потом и пивом. Так я приобщился к кинопоказам. А после были уже кинотеатры. Отец водил меня на фильмы с Ван Даммом и Шварценеггером. Ряды зияли проплешинами, зрителей было немного, а на экранах шли сделанные на коленке боевики вроде «9 смертей ниндзя».

Кинотеатр
Кинотеатр
Иван Шилов © ИА REGNUM

Парадокс, но нынешняя ситуация в российских кинотеатрах отчасти напоминает ту — из 90-х. После начала спецоперации Z из России по очевидным причинам исчезли американские премьеры. К слову, это весьма серьёзный убыток для Голливуда: ведь Россия входила в пятёрку по сборам американских лент. Впрочем, российскому кинопрокату был брошен куда более серьёзный вызов. К пандемии вдобавок. Как отвечать на суровый вызов?

Анонсировали, что в прокат выйдут ленты из новой российской киноклассики. И начали выполнять обещания с дилогии Алексея Балабанова «Брат». Как итог — она собрала 117 миллионов рублей в прокате, весьма и весьма неплохо. Грозились показать и другие его ленты — «Жмурки», например. Запустили и дилогию «Бумер». Но все скорее на словах; особенно в так называемой провинции. А что на самом деле?

Сергей Бодров в роли Данилы Багрова
Сергей Бодров в роли Данилы Багрова
Цитата из к/ф «Брат». реж Алексей Балабанов. 1997. Россия

Российские кинотеатры забиты убогим вторсырьём производства всё тех же США, а ещё Италии, Франции, Южной Кореи и даже Финляндии с Пуэрто-Рико. Каких только сомнительных потрохов нет в этой солянке! И это не специально отобранные работы, а посредственные ленты, призванные заполнить пустоту. Чудом в эту зарубежную посредственность, перемежаемую глупыми российскими кинокомедиями, втиснулся, к примеру, «Тарас Бульба» — великолепное кино 2009 года, пахнущее костром, горилкой и кровью.

Но спрашивается: где остальные обещанные ленты из российской и советской киноклассики? Их нет, и это катастрофическая недоработка нашей культурной и идеологической политики.

Банальность, да, но ведь именно Голливуд стал главным оружием США, которое поразило миллиарды людей американскими командами и нарративами. Через голливудское кино зрители ментально отчасти становились американцами, но без гражданства и прав. Нечто вроде смыслового рабства, вроде жёсткой интеллектуальной и духовной зависимости. Один только фильм «Спасти рядового Райана» сделал для соответствующего восприятия Второй мировой войны больше, чем сотни книг и учебников.

Цитата из к/ф «Спасти рядового Райана». реж Стивен Спилберг. 1998. США

Россия это, конечно же, понимала, но в 90-е было не до того — выживали, а в нулевые, видимо, ещё не научились заниматься продвижением своих фильмов по всему миру. Впрочем, это касается всей русской культуры, представленной до недавних событий на Западе исключительно титанами вроде Толстого да Чайковского. Теперь метят и в них.

Но беда ещё и в том, что на внутреннем рынке — бардак. По сути, была задекларирована единственная цель — максимально увеличить долю российского кино в прокате. Владимир Мединский заявил, что оно должно доминировать тут над американским. Теперь же Голливуд ушёл из России сам — ну и?

Владимир Мединский
Владимир Мединский
Дарья Антонова © ИА REGNUM

Меж тем снимаем мы по-прежнему меньше, чем в той же Франции, Германии или Индии. О США в принципе говорить нет смысла. Ситуация, конечно, не как в 90-е, но всё же. Тогда, кстати, в кинотеатры зрителей на российские ленты вернули всё тот же «Брат» и «Сибирский цирюльник» Михалкова. А уже в нулевые власть решила вваливать в российский кинематограф миллиарды, потому что это самый обязательный инструмент в идеологической войне. Кино в России опять стало важнейшим из искусств.

И появились масштабные ленты с вполне себе голливудскими бюджетами. К слову, самыми окупаемыми российскими фильмами за всю историю стали «Холоп», «Движение вверх» и «Т-34». Успех «Холопа» объясняется просто — в обществе колоссален запрос на социальную справедливость, и многие хотели видеть её, если не в реальной жизни, то хотя бы на экране. Однако окупается лишь каждый третий фильм, сделанный при государственной поддержке РФ. Более того, словосочетание «российское кино» у многих по-прежнему вызывает негативные коннотации. И вот тут мы переходим к качеству.

Цитата из к/ф «Холоп». реж Клим Шипенко. 2019. Россия

Российским кино заправляет главный критерий — прибыль. Рисковать никто не хочет. Отсюда такое количество бездарных кинокомедий: снимать их дешевле всего, а при определённой удаче, как «Полицейский с Рублёвки», они собирают кассу. При этом сделано это всё предельно вторично. Зритель же жаждет зрелищности, но на неё в России не хватает средств. Плюс не станем забывать, что российское кино делается не для разных возрастов, а для среднестатистического зрителя — инфантила, пресыщенного и скучающего.

Но есть ещё один, едва ли не главный кинопродукт — победоносные фильмы, которые, согласно задумке «стратегов», должны работать на патриотическое воспитание. Отсюда бесконечное кино о войне и спортивных победах. Казалось бы, правильный вектор, но в дело опять вмешивается критерий прибыли, а потому экономят на всём, но прежде всего на таланте и сценариях. Поэтому хватают громкое имя, событие и вертят его, как могут: «Девятаев», «Чернобыль», «Стрельцов»… имя им легион. При этом за качеством и исторической достоверностью особо не следят. Хуже — такое кино полно оскоминных штампов (вроде кровавых чекистов) и откровенной дичи. Трудно сказать, что это — глупость, диверсия или и то, и, другое, — но, так или иначе, на выходе получается не патриотический эффект, а очернение/искажение страны и её истории. В современных реалиях всё это проступает особенно чётко и грозит болезненным поражением на идеологическом фронте.

Спасатель
Спасатель
Цитата из к/ф «Чернобыль». реж Данила Козловский. 2020. Россия

Российскому кино, прежде всего, необходима внятная стратегия развития, прописанная как минимум на ближайшие десять лет. Ленты, касающиеся важнейших событий или персоналий, должны проходить строжайший обзор. А вот киноклассику не бездарно переснимать нужно, а подавать под соответствующим ракурсом. И это уже стратегия позиционирования. Сколько уместно сегодня бы смотрелись «Война» Балабанова, «Дурак» Быкова, «Они сражались за Родину» Бондарчука, «Иди и смотри» Климова. Вопрос в том, как это подать здесь и сейчас.

Учитывая же ситуацию, в ближайшее время не стоит ждать обилия масштабных кинопроектов. И вот тут нам может прийти на помощь американский опыт 60-х годов, когда Голливуд сделал ставку на авторское кино, на личностные истории. Тут же появились большие режиссёры, определившие лицо кинематографа на много лет: Кубрик, Скорсезе, Коппола. В России уже сейчас есть классные режиссёры (Юрий Быков, Андрей Звягинцев), а на подходе новые люди. Оттого на первый план выходят поиск талантов, доверие и возможность реализации. Это кропотливый процесс, да, но он обязательно даст свои плоды.

Когда, если не сейчас, должны появиться новые фильмы, новые книги, новые, если угодно, творческие элиты? Они ведь всегда рождаются именно в переломные времена, когда сдвигаются тектонические плиты истории. Вот тогда появляются новые художники со своим авторским видением и отвечают на брошенные вызовы. И кинематограф мы ценим не за сборы, а за то, как он отражает свою эпоху и какие краски, черты добавляет в портрет нации. Сегодня мы ждём именно такого кино. Того, которое способно растолковать и утешить.