За сводками с Украины уже не столь внимательно следишь за событиями в России. Спецоперация Z заполнила собой едва ли не всё информационное пространство. А меж тем внутренние угрозы не менее, а, возможно, и более опасны, нежели угрозы внешние. Потому что разрушают из самой сердцевины, распространяя болезнь и гниение. История России – тому подтверждение.

Трагедия
Трагедия
Дарья Антонова © ИА REGNUM

Одна из главных угроз – происходящее в образовательных учреждениях, которые работают на пределе возможностей, а где-то и на издыхании даже. Но к душащим проблемам добавляется и ещё одна – новая, страшная – это так называемый шутинг (массовые убийства в школах, колледжах, вузах, а теперь и детских садах). Эта адская зараза, к сожалению, разрослась и отравила многих.

Занимаюсь её изучением много лет и неизменно прихожу к выводу, что зло не только банально, но и системно. Следовательно, ему должна противостоять система созидающей безопасности. Вот что я пишу в декабре 2019, когда произошла резня в Перми, положившая начало подобным и более страшным происшествиям: «Против системы зла важно выстроить систему созидания. Иного выхода у России нет. И, возможно, этот вызов – сильнейший и страшнейший за всю нашу историю».

Да, был брошен колоссальный вызов. Но зло продолжало разрастаться, превращаясь в лавину алого цвета. И это не художественный образ, ни в коем разе, а реальный механизм действия. Массовые убийства в Перми, в Керчи, в Казани. И я написал тогда, несколько лет назад, что если всё так продолжится и не будет выстроена система созидания, то мы рискуем получить стрельбу в детских садах; убивать будут самых беззащитных. Это было очевидно – так и произошло.

Иван Крамской. Неутешное горе. 1884
Иван Крамской. Неутешное горе. 1884

26 апреля этого года нелюдь (никаких имён и фамилий у выродка быть не может; замечу лишь, что ему было 26 лет) пришёл в детский сад «Рябинушка» в Ульяновской области и открыл стрельбу из охотничьего ружья. Расстрелял двух детей и нянечку. Женщина героически закрывала собой ребят. Необходимо посмертно представить её к высшей награде. Более жуткую историю, если честно, представить трудно. Достоевский писал о слезинке ребёнка, которой не стоит всё счастье мира – так вот, если убивают, истязают детей, то такое общество сгнило до основания и метастазы его отвратительны.

Почему произошло то, что произошло в «Рябинушке»? И что с этим делать? В соцсетях пишут, что необходимо вернуть смертную казнь для таких выродков. К слову, нелюдь покончил с собой после того, как застрелил детей. Да, в возвращении смертной казни для очевидных преступников есть смысл. Дико наблюдать, как тех, кто расстреливал людей в Казани, в Перми, таскают по допросам, после они окажутся в камерах, будут жить. Однако много достойных умов – вроде Камю, Кестлера – писали, что смертная казнь не делает общество лучше. И вопрос тут не в гуманности даже, а в банальном рацио.

Так не правильнее ли избрать для нелюдей, расстрелявших или насиловавших детей, самую чудовищную участь? Говоря грубо, отправить его на рудники, поставив в совершенно невыносимые условия. Не гуманно подобное? Но при чём тут гуманность? Ведь мы имеем дело не с человеком вовсе и даже не с животным. Как назвать существо, расстрелявшее детей из ружья? Каким термином? Есть ли такие слова? Даже «бес» прозвучит слишком мягко.

Опять же говорят о том, что необходимо усиливать, тратя миллиарды, охрану детских садов, школ. Оно, безусловно, так. В нынешних реалиях женщины-охранника явно недостаточно. К тому же говорят, что в «Рябинушке» и охранника не было. И тут, по России в целом, необходимо не просто усиливать, а разрабатывать новую систему безопасности для школ, вузов, детских садов, которая не будет драконовской, но окажется эффективной, отвечающей чудовищным вызовам. Однако можно и колючей проволокой всё обнести, но это не даст стопроцентной (даже шестидесятипроцентной) гарантии того, что беда не случится.

Колючая проволока
Колючая проволока
Анна Рыжкова © ИА REGNUM

И вот тут на первый план выходит состояние общества как такового. Нашего с вами общества. Ведь этот нелюдь, выбравшийся из ада в детский сад и взявший ружьё, существовал, ходил в магазин, с кем-то даже здоровался. Говорят, что с детства его травили и обижали. И что же никто ничего не заметил странного? Равнодушие – вот та среда, в которой неустойчивый, инфицированный злом человек превращается в беса. Прекрасно, к слову, это показано в романе Владимира Данихнова «Колыбельная». Больной человек, патологически больной, существует в своём мире, который практически не соприкасается, не коррелирует с миром внешним, а, следовательно, и, как защитный фильтр, не пропускает в себя других людей и их миры. Человек занят собой, человек для себя и есть единственное, что имеет значение. Такова конечная стадия общества потребления, пожирающего само себя и пребывающего в мертвечине равнодушия.

Но рано или поздно нелюдь попытается вырваться из своего небытия. Попытается доказать себе, — тут ключевой момент! — что он жив. Трент Резнор в блестящей песне «Hurt» декларировал: «Я сделал себе больно, чтобы почувствовать себя живым…» Абсолютно точно, но современный человек, воспитанный на культе себя, патологически труслив, а потому утверждается через боль другого и выбирает для того самых уязвимых, самых беззащитных. Это такая извращённая форма сосуществования жизни и смерти, когда есть попытка преодоления собственной смерти – духовной, интеллектуальной, душевной – через смерти других. Он ведь не пошёл на войну, чтобы мстить всем за свои обиды – он, этот монстр, выбрал детей.

Сделаю акцент: написанное мною с отсылками к песням и книгам – не «умничанье» вовсе, а демонстрация того, что лежит в основе подобных преступлений, которые, да, отчасти индивидуальны, но в сути своей имеют одни и те же причины, закономерности, имеют, что первоначально, одно и то же ядро зла, которое одновременно банально и системно. И если мы не в состоянии укреплять, декларировать мораль, то как минимум обязаны вернуть психиатрию в нормальное состояние, а она в России исторгнута куда-то вглубь. Шизики бродят сплошь и рядом – как защититься от них?

Работа с человеком и работа с обществом – это то, что необходимо делать сегодня. Работа многоплановая. И жуть из «Рябинушки» это вновь нам продемонстрировала. Да, против системы зла и разрушения нужно выстраивать систему безопасности и созидания, воспитывая человека, умеющего ценить и уважать другого человека, его жизнь. Вот чего нам в первую очередь не хватает сегодня. Ведь есть ощущение, что, как в том хорроре «Поворот не туда», наше общество свернуло не в ту сторону, угодив на пиршество к нелюдям и людоедам. Вот только присмотритесь: нет ли в них знакомых черт?