Ярослава — волонтер, работающий в Донецке. В настоящее время она помогает жителям населенных пунктов вокруг Мариуполя получить жизненно необходимые лекарства, еду и другие предметы первой необходимости. Также Ярослава помогает выводить мирных жителей из горячих точек. С этой необыкновенной женщиной корреспондент ИА REGNUM встретился в Донецке 28 марта в начале пресс-тура «Za правду», организованного министерством информации ЧР и журналом «Персона страны». В это время все еще шли довольно интенсивные бои за Мариуполь. Ярослава пришла на встречу, чтобы забрать привезенные из Москвы лекарства.

Флаг ДНР
Флаг ДНР
Иван Шилов © ИА REGNUM

В интервью ИА REGNUM Ярослава рассказывает о деятельности волонтера в Донбассе, о судьбах мирных жителей, в спасении которых она принимала участие, о бесчеловечной тактике, которую по отношению к населению Мариуполя и других населенных пунктов применяли бойцы «Азова» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и других нацбатов, о том, каким она видит будущее Донбасса.

Ярослава, как долго вы в Донецке?

Я здесь с 2014 года — служила, была ранена, демобилизовалась по ранению. Возможности выехать в Россию по утере документов не было, да и не было желания. Я решила, что не хочу возвращаться тогда, когда поняла, что могу быть полезна людям не только службой в армии, но и помощью. В свое время, когда я попала в беду, мне помогли малознакомые люди. Я лежала на больничной койке, плакала, думала, что останусь инвалидом, потому что средств на лечение не было, не было дорогостоящих материалов. Я понимала, что моя здоровая жизнь закончилась. Кто-то из российских волонтеров случайно узнал о моей беде, и мне привезли все, что нужно было для моей операции. И когда я уже встала на ноги, я поняла, что если меня так выручили люди, я сделаю все, чтобы выручать таких, как я.

Волонтер Ярослава
Волонтер Ярослава
Юлия Маковейчук © ИА REGNUM

Вы не пожалели о своем решении?

Трудно сказать. Невозможно быть довольной, находясь здесь. Я здесь несчастна от чужого несчастья.

Когда вы услышали, что начинается российская специальная операция, что вы почувствовали?

Я почувствовала какое-то облегчение. Не сказать, что радость, глупо было бы сказать, что радость. Я же как человек военный прекрасно понимала, чем обойдется и той, и другой стороне эта военная операция. Но я жесткий военный человек, и я очень хладнокровно отношусь к некоторым вопросам. Хорошая чистка, даже при существующем количестве жертв, будет оправдана. По-другому быть не может. Не может быть без жертв.

Мы сегодня встретили по дороге колону беженцев из Мариуполя. До вас доходит информация, что происходит там, в городе?

Конечно. Буквально вчера мы были на Виноградном, хотели проехать в Мариуполь, потому что несколько раз нам удавалось выводить оттуда людей. На обратной дороге мы вывозили раненую девушку с мужем. То, что говорят беженцы, которые находятся уже здесь, в Донецке или в Новоазовске, в Безымянном, это немного другое. Это люди, которые уже почувствовали какой-то мир, спокойствие, у них уклад в голове уже другой. Где-то начинается придумывание страшных историй, где-то действительно правда. Не все так кошмарно выходили, как они об этом рассказывают. Мы это видели — и машины, и собаки, и прицепы с вещами. Но они все равно говорят, как над ними издевались. Самые главные эмоции человека и то, что он действительно думает, проявляется в первые моменты, как у этого семейства, которое мы вывозили. Они нам рассказали столько кошмаров, я им верю. Потому что это были первые эмоции, они только что оттуда вышли, и им не надо было ничего придумывать.

Что они говорили?

Они рассказывали о зверствах. Можно сказать, что это зверства фашистов. В принципе, эта женщина пострадала от рук фашистов. Она всего лишь хотела выйти, набрать воды. Выстрелили в перегородку, в общем-то создали такие условия чтобы она была как взаперти и кричала, и звала на помощь. Эти истории не единичные, когда они не убивают людей, просто их закрывают так, чтобы слышны были их вопли, слезы, крики. И когда приходят наши бойцы, они идут туда, чтобы вытащить людей из-под завалов. А тут их ждет засада. Мы разговаривали с одним раненым, последним из отряда. Тяжелая история. В одной пятиэтажке все жильцы спустились в подвал. И когда начался обстрел, они замуровали дверь, чтобы укропы не зашли и не спрятались у них. Укропы забросали их гранатами.

Дом в Волновахе, который ВСУ использовали для своего укрытия
Дом в Волновахе, который ВСУ использовали для своего укрытия
© ИА REGNUM

Укропы — это ВСУ?

Их невозможно назвать вооруженным силами, это не силы, это фашисты. Вооруженные силы Украины — это звучит как армия самодостаточной страны. А это нацисты, это садисты.

Мы говорили о жителях пятиэтажки, которые закрылись в подвале. Что потом с ними происходило?

Да, их наши пытались откопать. И когда ребята пытались вытащить этих людей, их отстреливали. А сидеть в соседнем подъезде и слушать из соседнего подвала женский вой и детский плач наши мальчики не могут. Они хотят к ним прорваться и не могут.

Волноваха
Волноваха
© ИА REGNUM

Нам беженцы из Мариуполя сказали, что они по двадцать, по тридцать дней сидели в подвалах и поэтому не могут сказать, кто куда стрелял. Это верно?

Те люди, которые находили смелость выйти за водой или за хлебом, вполне видели реальную картину. Они прекрасно знают, что и откуда прилетает. С нашей стороны были попытки людям указать, где выходы. До глубоких бомбежек пытались выводить людей по коридорам, но как оповестить людей в таких условиях. Мы выводили человека, который рассказывал, что в подвалы к жителям города заходили ВСУ и говорили им — вы тут сидите, не выходите, никаких коридоров нет, русские вас расстреливают на выходе из города. Такая специальная дезинформация шла, при этом не единичные люди это рассказывали. ВСУ показывали этим людям в своих телефонах фотографии расстрелянных людей и говорили, что это русские солдаты их расстреляли. Они показывали эти тела, но по факту наши в эти кварталы, показанные на фото, даже и не заходили, они были еще только на подступах к Мариуполю. Мирному человеку разве это о чем-то говорит? У страха глаза велики.

К тому же эти люди уважительно относились к ВСУ, но ненавидели «Азов» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и остальные нацбаты. «Торнадовцев» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «Днепра» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) они тоже боятся и рассказывают, что они их обходили стороной. Жители Мариуполя говорили, что еще до наших попыток очистить это все, если бы кто-то случайно по пути встречал такого пьяного или в состоянии наркотического опьянения, всякое могло бы случиться. Представители нацбатов проявляли себя достаточно рьяно: захотел женщину — нету женщины. В Волновахе то же самое. Когда мы разговаривали с людьми, они рассказывали очень многое. Я понимаю, что там по накатанной — бабка сказала, но историй много, истории тяжелые. Суть остается сутью. Для тех, кто пришел с запада Украины и обосновался в Донбассе, здешние люди — не люди. Не то что какого-то уважения к жителям этой земли. Они никогда не считали их за людей.

ВСУ
ВСУ
Официальное интернет-представительство Президента Украины

Как вы видите будущее Донецкой Народной Республики?

Конечно, мне хотелось бы думать, что ДНР и ЛНР могут войти в состав России. Но Боже мой, бедная Россия (смеется). Боже, храни народ и главу этой страны. Я так понимаю, что раз беда такая общая, сначала надо решить эти все проблемы, а когда уже у людей, оставшихся здесь и желающих вернуться на Украину, сознание поменяется, тогда можно только говорить о воссоединении с Россией. Россия как мать — сама не ест, но кормит грудью своих детей. Сейчас ЛНР и ДНР получают помощь от России, от нее они кормятся. Тут гибнут российские граждане, мальчишки, здесь находится много волонтеров из России. Россия помогает всем чем может. Конечно, было бы обидно думать, что Россия в какой-то момент откажется от нас и скажет — живите сами по себе. Но если республики предпочтут быть независимыми государствами, но добрыми соседями России, этот вариант тоже приемлем.

Пока я вас ждала, я увидела новость, что в ДНР появились надписи «Янукович — наш президент». Вы их видели? Что вы об этом думаете?

Ой, понимаете, Янукович такая одиозная фигура. Он в принципе всегда любил восток, это его край, его город. Но его не простят здесь и его здесь не примут. Его мягкотелость на майдане вылилась в гибель сотен людей. Поэтому его здесь уже не примут. Конечно, вылезут опять его бывшие помощники, члены его партии. Но за восемь лет, сколько я здесь разговариваю с людьми, все говорят — спасибо Ахметову за то, что город сделал красивым, Януковичу за то, что нас не давал в обиду западу (Западной Украине — ИА REGNUM), но он предатель. У них шансов здесь нет.

(Пресс-тур «Zа правду» организовало министерство Чеченской Республики по национальной политике, внешним связям, печати и информации совместно с Федеральным информационно-политическим журналом «Персона страны»).