Эта неделя прошла под знаком Перми. Под скорбным знаком, к великому сожалению. И ещё большая печаль гневно мерцает в том, что больше никто не собирается скрывать имени, фамилии убийцы. Хотя такие выродки должны идти и в медиа, и в любом публичном поле, в принципе, исключительно под порядковым номером. Однако, уже вконец не стесняясь, обсуждают, скатываясь в разбор личности — разбор бессмысленный, ибо он не ради понимания, но ради хайпа. Тьфу!

Учитель в классе
Учитель в классе
Цитата из к/ф «Учитель на замену». Реж. Тони Кэй. 2011. США

И где-то рядом проходят имена учителей-героев. Доцент Пермского университета Александра Юминова лично забаррикадировала двери аудитории. Студенты помогли ей соорудить щит из парт и стульев у незапертой двери, а дверь Александра зафиксировала ремнем от сумки. Держала оборону, охраняла учеников. А чуть раньше мы узнали о профессоре Сыромятникове, которого сперва сделали героем, а после постарались низвергнуть. И теперь слышатся голоса учеников, не собирающихся более заниматься у данного педагога. Мол, не такой и не тот.

После массового убийства в Пермском университете
После массового убийства в Пермском университете
Permkrai.ru

Вот тут, собственно, стоп, финиш — и хочется воскликнуть: «Доколе?!». Потому что над педагогами издевались столь долго и столь усердно. Надоели, честно слово! Школьные проблемы, они ведь, знаете ли, вечные. И образование, как и медицину, выоптимизировали настолько, что вспоминается глуповатый «бородатый» анекдот: доктор сказал в морг, значит в морг. И не поспоришь.

Проблемы тут очевидны. И эти проблемы рождают удалённость педагогов от учеников, а следовательно, и от их проблем, от их будущего. Классы в школах переполнены. Тут не до персонального подхода. Самих школ строится мало. Дефицит учителей составляет 250 тысяч человек — только начало. Неудивительно, оклад учителя по-прежнему остаётся мизерным. Ведь в конечном счёте всё упирается в стимулирующие выплаты, а чтобы их получить, надо ну очень так постараться. Когда учителю заниматься детьми, если он заполняет бесконечное число бумаг и электронных таблиц?

Российский учитель в принципе, точно в романах Кафки, загнан в лабиринт бюрократического абсурда. Главное — дать наверх правильные цифры. И тогда получи свои 30, а то и 20 тысяч. Выживай! Чехов писал, что нищий учитель — это позор для страны, но учитель нищий, ещё и задавленный отчётами — это уже приговор стране. «Войны выигрывают не генералы, а школьные учителя», — сказал Отто фон Бисмарк. Как там с перспективами, а? Да и невозможно дать грамотное образование, когда из него исключён человек. Когда вместо учителя и ученика, точно в романе Замятина «Мы» или в фильме «Матрица», — лишь набор цифр.

Учитель
Учитель
geralt

Ещё одна важная цитата начертана на входе в Стелленбосский университет: «Уничтожение нации не требует использования ядерных бомб или ракет. Достаточно снизить качество образования и разрешить обман при сдаче экзаменов. Пациенты умирают от рук таких врачей. Здания рушатся от рук таких инженеров. Деньги теряются от рук таких экономистов. Справедливость утрачивается в руках таких прокуроров и судей. Крах образования — это крах нации». Добро пожаловать в новый дивный мир.

У краха образования есть три главных причины. Причина первая: образование сделали услугой. И в какой-то мере — утрирую для наглядности — педагогов приравняли к официантам. Да, к ученику нужно искать подход, но это не означает сервильности. И смешно, когда говорят, к примеру, что нужно исключать из школьной программы Достоевского и Тургенева — мол, сложно, не понимают школьники. Только где бы мы были без Лескова, к примеру? Если что и предъявлять нам на Страшном Суде, то в первую очередь русскую литературу.

Причина вторая вытекает из первой — из образования ушёл элемент воспитания. А, как писал философ Ильин, образование без воспитания не формирует человека, а разнуздывает и портит его. Хотя именно школам многие родители отдали на воспитание, согласно западным лекалам, своих детей. На деле же их воспитывает интернет. Привет, Маугли цифрового мира.

Причина третья — подорван учительский авторитет. Педагог больше не ролевая модель, не наставник, не друг. Он кто-то недостаточно крутой, чтобы быть своим. Мы ведь помним известную фразу Дмитрия Медведева, что учитель — это призвание, а за деньгами идите-ка, девушки, юноши, в бизнес. Угу.

Дмитрий Медведев
Дмитрий Медведев
Максим Додонов © Красная Весна

Однако призвание не должно превращаться в рабство. На деле же часто получается как в поговорке: «Кто везёт, на том и едут». Однако учителя уже не вывозят. И не их в том вина. Падение же учительского авторитета проецируется на государство. Отчего на выходе получается, как у Розанова: «У француза — chere France, у англичан — «Старая Англия», у немцев — «наш старый Фриц». Только у прошедшего русскую гимназию и университет — «проклятая Россия». Сто лет прошло, а что изменилось?

Всё это очевидные беды образования — его враги, а следовательно, и враги государства. Удивительно, но только сейчас, спустя столько лет и бед, подобные неприятности наконец-таки стали осмысливать и пытаться менять. Удастся ли? Не поздно ли? Или как в той фразе Жванецкого: «Есть свет в конце тоннеля, есть. Только тоннель не кончается». Судя по реакции на трагедию в Перми, мы, похоже, всё-таки движемся не в том направлении.