В пресс-центре REGNUM 17 августа прошел круглый стол на тему «Стратегические инициативы для развития России. 20 идей Дмитрия Давыдова». Его участники, российские эксперты в области экономики, юриспруденции и политологии, поделились своими соображениями по поводу идей предпринимателя Дмитрия Давыдова и оценили их актуальность и потенциальную пользу.

REGNUM
REGNUM
Петр Данилов © ИА Красная Весна

Российский экономист, директор Института проблем глобализации Михаил Делягин проанализировал идею создания в России международного финансового центра.

«Сегодняшний мир распадается и снижается уровень доверия, — заявил Делягин. — Мы привыкли скулить о том, что Россия в Стокгольмском арбитраже никогда не выиграет, потому что Россия плохая. Но мы видим на примере Азиатско-Тихоокеанского региона, почему финансовыми центрами стали Гонконг и Сингапур. Потому что там ситуация такая — ни один из значимых участников не доверяет никому другому. Вьетнамец не пойдет судиться в корейский суд, кореец не пойдет судиться в китайский, а японец не пойдет судиться в корейский. Поэтому создали два места — Сингапур и Гонконг, где действует британское право, и была надежда на нормальное судебное разбирательство».

И это, как пояснил Делягин, обеспечило бурный процесс развития этих двух территорий. Однако, как подчеркнул экономист, даже в рамках Азиатско-Тихоокеанского региона случилась катастрофа.

«Года три назад Гонконг вошел в международную систему автоматического обмена финансовой информацией. В результате этого вся информация автоматически стала американской в режиме онлайн, — сказал Делягин. — А во-вторых, люди, которые использовали для оптимизации инструменты, которые считают легальными не во всех странах, автоматически лишились возможности пользоваться Гонконгом».

В такой ситуации, как объяснил Делягин, у России появляется шанс создать свой международный финансовый центр.

«Тем более что на общем фоне у нас очень разумная и очень вменяемая власть. И на этом фоне мы имеем возможность создать здесь центр, который именно в силу геополитической слабости России не будет восприниматься как самостоятельный актор. Мы не будем вмешиваться на административном уровне в те конфликты, которые будут разбираться в рамках работы этого центра. Это, с одной стороны, наша слабость, а с другой стороны, наше конкурентное преимущество», — призвал не забывать экономист.

В свою очередь, глава Департамента строительства, архитектуры и комплексного развития территорий в аппарате Правительства Республики Башкирия Олег Байдин обратил внимание на то, что Давыдов затронул практически весь спектр стоящих перед обществом вопросов.

«Прежде всего это идея по поводу формирования студенческих городов. Понятно внимание к области образования, — отметил Байдин. — Сегодня учеба становится практически нормой жизни. Я бы хотел уточнить — сегодня монофункциональных зон практически не осталось ни в городах, ни на территориях. Те же самые моногорода испытывают колоссальные экономические трудности. И в этом смысле не хотелось бы выводить студентов за пределы города. Мы говорим об образе будущего и о том, что же будет завтра и вокруг чего строить наши города. И основным функционалом городов становится образование, — сказал Байдин. — И если учеба стала нормой жизни, то тот вариант, который был раньше — я учился, а потом всю жизнь работал, эксплуатируя полученные знания, — сегодня уже не работает. Человек учится постоянно».

Также в рамках круглого стола выступил директор института региональных проблем, политолог Дмитрий Журавлёв. Он констатировал, что предлагаемые Давыдовым решения кажутся ему весьма назревшими.

«Я имею в виду то, что касается изменения уголовного законодательства. Идея автора проста. Заменить по ряду экономических преступлений заключение под стражу на очень большой штраф, — сказал Журавлев. — Когда штраф является не неким социальным действием и высчитывается из размера заработной платы, а является именно формой наказания. Почему, на мой взгляд, это очень важно? Если в тюрьму попадает мелкий воришка, то он оттуда выходит крупным вором. Нив одной стране мира система исправления никого не исправила. Но она все равно нужна, потому что люди должны понимать, что за все надо платить. Поэтому возможность не заключать, пусть и преступника (но не закоренелого рецидивиста), в лагерь — это, на мой взгляд, принципиально важно. Это непростая задача. Надо четко определить, кого куда. Но, по сути, идея хорошая».

Второй аспект, на который обратил внимание Журавлев, состоит в том, что если преступник платит за имущественное преступление, то это означает, что пострадавший получит гарантированную компенсацию своего ущерба.

«Сегодня воздаяние пострадавшие получают крайне редко. Если тебя ограбили, то это не значит, что тебе вернут награбленное, — сказал политолог. — А если тебя ограбили с помощью высоких технологий, то, скорее всего, вообще ничего не вернут. И предложение Давыдова позволяет включать в приговор не обязательство вернуть деньги, а механизм, который гарантирует этот возврат. Это очень важно, если мы попытаемся хотя бы сделать вид, что у нас есть неотъемлемая собственность. Потому что пока собственность можно отнять и тебе ее никогда не вернут, она не является неотъемлемой. И на мой взгляд, эти два аспекта ключевые».

В свою очередь, директор Института ЕврАзЭС-ЕАЭС, социолог Владимир Лепехин заявил, что сейчас появляется более умный читатель и зритель, который не ограничивается критикой существующих порядков, а задумывается над тем, что же все-таки делать. И поэтому, по мнению Лепехина, идеи, высказанные Давыдовым, оказываются крайне уместным поводом для того, чтобы говорить об этом.

«Это материал для обсуждения, — сказал Лепехин. — Вполне профессионального и активного».

Его поддержал ведущий круглого стола публицист Роман Газенко. Он заявил, что современное информационное пространство заполнено негативом, и высказался в том смысле, что конструктивных предложений звучит намного меньше.

«Эффект Герострата никто не отменял. Прошло несколько тысяч лет, и никто не помнит имени архитектора, построившего храм Артемиды в Эфесе, но имя того, кто его сжег, стало нарицательным, — сказал Газенко. — И поэтому действительно надо заниматься планированием, заниматься тем самым образом будущего, которое рождается как проект. Как идея. Ни один самолет сразу не взлетает. Эпоха трансформации заставляет нас впрямую задавать великий русский вопрос «что делать?». Времени на риторические вопросы нет. Нужны ответы».