ИА REGNUM продолжает исследовать следы гитлеровской агрессии и геноцида на территории современной России.

Пленные советские солдаты. 1941
Пленные советские солдаты. 1941

С корреспондентом ИА REGNUM побеседовал научный сотрудник Гусевского историко-краеведческого музея им. А. М. Иванова Сергей Погудин.

ИА REGNUM Уважаемый Сергей Ревович, расскажите, пожалуйста, о трудовом лагере, который в годы Великой Отечественной войны находился в непосредственной близости к городу Гусев (бывший Гумбиннен)…

Лагерь в Гумбиннен не был самым крупным лагерем на территории Восточной Пруссии, нынешней Калининградской области. И его трудно назвать «концентрационным» в прямом смысле этого слова. Это был так называемый «шталагерь» (с нем. — основной лагерь). В нем содержались советские военнопленные в качестве подневольных рабочих, то есть это не был «лагерь уничтожения», а именно трудовой лагерь.

Вообще, на территории нынешней Калининградской области было два основных лагеря — Шталаг 1-А и Шталаг 1-Б. Гумбиннен относился к основному лагерю 1-Б, и здесь был рабочий филиал 3/216. Количество военнопленных, содержавшихся, умерших или погибших здесь, неизвестно.

Лагерь барачного типа находился на выезде из нынешнего города Гусев в сторону города Советска, по левую сторону в конце улицы Московской. Эта территория сейчас как раз примыкает к территории Технополиса GS и находится непосредственно возле дороги. Архивных документов, к сожалению, нет — по понятным причинам, отступая, фашисты нам таких документов не оставили.

Но мне повезло — с 90-х годов 20-го века на территорию Калининградской области, и в частности в Гусев, стали приезжать люди, когда-то вынужденные покинуть эти места, бывшие жители города Гумбиннен. Я их сопровождал в качестве гида-переводчика, и у меня была возможность расспрашивать их о событиях Великой Отечественной войны. И очень многие указывали мне на место, где находился этот лагерь, по каким улицам советских военнопленных колоннами водили на работы. Рассказывали и о том, как пытались накормить военнопленных, передать хоть немного хлеба — конечно, втайне от конвоиров или часовых.

В районе товарной станции железнодорожного вокзала существовала строительная фирма архитектора и предпринимателя Тиса. И даже существует схема территории фирмы, нарисованная им же, где указаны бараки и написано «русские военнопленные». И это дает право с высокой долей уверенности утверждать, что именно там находилась часть заключенных лагеря 3/216, которых рассылали на различные работы.

ИА REGNUM На каких работах были задействованы советские военнопленные?

Их труд использовался на тяжелых работах — постройке бараков, очистке пахотных земель от камней, строительстве дорог и т. д. Но они точно не использовались для строительства стратегических военных объектов, не рыли окопы для немецких солдат.

Также на окраине Гумбиннена, нынешнего Гусева, была льняная фабрика, и там, по воспоминаниям двух женщин, тоже часто работали советские военнопленные.

Там, где сейчас находится выезд в сторону города Черняховска, был лагерь под номером Е-18. Там находился 671 бельгийский и французский военнопленный. Они, конечно, охранялись не так серьезно, у них была возможность свободного выхода в город, они даже проводили футбольные матчи, но строго к определенному времени должны были возвращаться в бараки. И, конечно, они получали помощь от Красного Креста, что для советских военнопленных было невозможно. Так вот, бельгийцы и французы привлекались к работам по рытью окопов в августе — октябре 1944 года.

ИА REGNUM Сколько времени существовал лагерь 3/216?

Советские военнопленные стали появляться на территории Восточной Пруссии не раньше 1942 года. И можно сказать, что лагерь просуществовал приблизительно до октября 1944 года, пока не началась Гумбиннен-Гольдапская операция 16−30 октября 1944 года и когда наши войска стояли у ворот города Гумбиннен.

Я предполагаю, что именно в начале октября 1944 года всех военнопленных, содержавшихся в филиале 3/216, передислоцировали в один из лагерей, находившихся на территории нынешнего Багратионовского района Калининградской области, почти на границе с Польшей.

ИА REGNUM То есть у военнопленных лагеря 3/216 не такая ужасная судьба, как, например, в краснодарском лагере «Ссыпки», когда при подходе к городу войск Красной армии шесть с половиной тысяч человек заперли в бараках и сожгли заживо?

Безусловно. Хотя и здесь есть захоронения военнопленных, которые умирали от болезней, непосильной работы, тяжелых условий содержания. Но все же их было не такое большое количество, как в основном лагере Шталаг 1-Б, в котором за два с половиной года умерло более 50 тысяч человек.