В РФ и на территории ЛДНР множество людей, уверенных, что Россия к ним несправедлива.

Донбасс в 2014 году
Донбасс в 2014 году

Выходец из Енакиево, ДНР, шестой год проживающий вместе с супругой в Ростовской области и строящий там дом (то есть назад в ДНР не собирающийся), пишет об очередном месте работы (орфография сохранена):

«Поехал чёрти куда, потому что по месту жительства х. Путь Правды, из-за моего националите Украина, мне принципиально местное руководство не дают работы с оплатой как у всех. Придумывают в мой адрес любую ложь, лижь бы мне сделать подлость и выжить из моего дома, который я лично достраивал своими руками. Такие уж они фашисты и ничего с этим не сделаешь».

В другом месте мужчина утверждает, что в РФ его и супругу хотят убить:

«Моя жизнь во время самоизоляции. Мне изолироваться некогда было. Работы нам в России не дают, зато пеню за просроченную коммуналку исправно добавляют и штрафы из пальца высасывают. Доставай деньги откуда хочешь. Нас реально хотели всех убить, мою семью. И я не стесняюсь это сказать на весь интернет. Вот так нас Россия приняла».

Не совсем понятно, чем так досадила Россия бывшему жителю Донбасса и почему бы ему не отправиться восвояси, если не в ДНР, то на Украину или вообще куда глаза глядят. Проклятия в адрес страны, приютившей его, и в адрес «патриотов», отождествляемых с фашистами и т. д., появляются одно за другим. К сожалению, это не единичный пример — в РФ живёт множество выходцев из Донецка и Луганска, вовсе не испытывающих благодарности к новой родине и остающихся чужеродным элементом.

Что помешало ассимилироваться тысячам жителей Донбасса, оставшихся в России чужеродным элементом? В какой-то мере свою роль сыграла косность российских чиновников, порой слепо следующих букве закона или же как будто нарочно создававших препятствия на пути к получению гражданства для выходцев из Новороссии. Обстоятельства, при которых многие вынуждены были покинуть пепелища своих домов, часто в одном белье, мало волновали периферийных чиновников, с показной брезгливостью футболивших вынужденных переселенцев из кабинета в кабинет. Многие ополченцы из других областей или политэмигранты, не имеющие прописки в Донбассе, столкнулись с требованием оформить временное убежище всего за месяц. Многим просто предложили поехать домой, как будто это было возможно… Особенно дико это смотрелось на фоне весёлых орд выходцев из стран Азии, едва говорящих по-русски, но уверенно и споро преодолевающих все лабиринты ФМС.

Сама процедура вызывала определённые нарекания — никто из выходцев из Донбасса не получил статуса беженца (для этого была удобная законодательная норма — статус беженца можно предоставить только гражданину страны, с которой у России визовый режим). Вместо этого предоставлялось место в пункте временного размещения и возможность получить временное убежище, вслед за которым можно было оформить вид на жительство, а через несколько лет получить, наконец, гражданство. Путь этот был долог и тернист, у многих он растянулся на несколько лет, но практически все, кто имел такое желание, прошли его благополучно.

В то же время стоит отметить, что многие изначально имели завышенные ожидания или же проявляли дивные особенности украинского менталитета, за 25 лет существования Украины крепко повлиявшего и на жителей Донбасса. Почему-то многие были уверены, что ассимилироваться им предстоит в Москве, Питере или Севастополе, причём выделенные правительством на их содержание 800 рублей в день будут просто выдавать на руки. В 2014—2015 годах на железнодорожном вокзале Ростова-на-Дону, где аккумулировали и распределяли беженцев, отдельные лица жили месяцами, ожидая, пока им предложат для проживания не Калугу или Челябинск, а Симферополь или хотя бы что-то в пределах Золотого кольца. Вспоминаются первые беженцы из Краматорска, многие из которых через неделю вернулись из крымских пансионатов, в которых их разместили, возмущённые тем, что их «кормят, но денег не дают». Уже через несколько недель, когда город начали серьёзно бомбить, все они уже были рады любой возможности выбраться за пределы новорожденной республики.

В итоге многие, столкнувшись с достаточно сдержанным, а порой и прохладным приёмом (что греха таить — иногда даже с дискриминацией); с необходимостью долго и хлопотно оформлять документы и строить жизнь заново где-то на бесконечных просторах страны, затаили обиду, назначив ответственной за все свои беды Россию, которая не приняла Донбасс по крымскому сценарию, не ввела войска и не зачистила последствия государственного переворота.

Обид, на самом деле, огромное множество — обида на то, что Россия не спасла бессильного Януковича (читай, уровень жизни и государство в целом). Не ввела войска, взяв на довольствие 40 миллионов украинцев. Позволила солдатам ВСУ выходить из котлов, вместо того, чтобы убить их всех на месте. Не разбомбила Украину и не отключила ей газ (как будто это ударило бы по правительству, а не по обывателям). Не навела порядок в ЛДНР, не заставила Украину соблюдать Минск…

Откуда у отдельных граждан взялась эта уверенность в том, что им кругом должны? Неужели люди не понимают, что, позволив своим бездействием (не говоря уже об активной поддержке) антироссийским силам захватить власть и поджечь общий дом, они превратились в погорельцев, которым больше не на кого надеяться, кроме России? К сожалению, не только на территории России, но и в ЛДНР достаточно тех, кто уверен, что Москва просто по горло обязана Донбассу, раз уж не взяла незамедлительно под контроль весь юго-восток, от Харькова до Одессы, или даже всю Украину, чтобы содержать эти регионы на уровне никак не ниже, чем хотя бы в Ростовской области. Или, по крайней мере, уж Донбассу точно должны обеспечить мирное небо и достойный уровень жизни.

Есть ли основания для такого мнения? Вероятно, имеются — несмотря на все наветы о том, что «не так встали» и т. д., вставали дружно, ничуть не хуже крымчан. Не боялись брать в руки оружие, жертвовать жизнью и последней копейкой. Ради чего — конечно, ради воссоединения с Россией, пусть даже этот пункт по настоянию вышестоящих инстанций убрали из текста референдума. Или не было людей, именующих себя представителями Кремля, агитирующих восстать и требовать своего и обещающих поддержку? Были, конечно, хотя теперь не совсем понятно, от кого они приезжали и имелся ли у них мандат, или же это была самодеятельность тех или иных политических сил в РФ? Как бы там ни было, жители ЛДНР смело и самоотверженно воевали и воюют уже который год. И пусть даже эта борьба без «северного ветра» изначально была бы обречена на гибель, Донбасс не побоялся рискнуть всем. Так что нет ничего странного в том, что местные жители ожидали катарсиса по крымскому сценарию, получив вместо этого затяжную и кровопролитную бойню.

Понятно, что всё это большая политика, но люди более чем устали, поэтому, даже несмотря на практически свободное получение российского гражданства для жителей ЛДНР и постепенное повышение уровня жизни, претензии и досада населения в какой-то степени могут быть понятны. Хотя бы потому, что ненавидеть Украину, обстреливающую и уничтожающую Донбасс, Минск не велит — мертворождённые параграфы соглашений фактически запрещают руководству республик говорить открыто: Киев — это беспощадный и подлый враг, ответственный за все беды, обрушившиеся на головы местных жителей.

Да, многих жителей Донбасса, потерявших на этой войне всё ради воссоединения с Родиной, можно понять. Чего не скажешь о тех, кто более или менее благополучно сбежал от ужасов войны в Россию и живёт там уже который год, при этом не испытывая ни к стране, ни к россиянам тёплых чувств.

Разумеется, чужеродным элементом остаются немногие — большинство тех, кто не пожелал вернуться в ЛДНР, благополучно преодолели все мытарства ФМС, интегрировались и зачастую преуспели. Положительных примеров более чем достаточно — присущее Донбассу трудолюбие, помноженное на российские возможности, довольно часто даёт положительный эффект. Перед глазами десятки, сотни людей, которые отлично устроились в России и, несмотря на стандартные жалобы на низкие зарплаты и прочие трудности, уверенно выплачивают ипотеку, а кто-то даже уже обзавёлся собственным жильём.

Вероятно, для взрослых жителей Донбасса интеграция в Россию будет не слишком простой — воспоминания о былом благополучии (у кого оно было), рудименты украинского менталитета, неумение взаимодействовать с российской бюрократической машиной, обиды и завышенные ожидания — эти и другие факторы осложняют ассимиляцию бывших украинцев. Насколько порой непросто выходцам из Донбасса бывает прижиться в России, ещё сложнее будет стать органической частью РФ самоопределившимся республикам — славные традиции украинского безвластия и перманентных крысиных бегов всё ещё сильны. Однако пройти этот путь жизненно необходимо. По сути, других приемлемых вариантов просто не осталось.