Думаю, только очень специфические люди считают, что хаос лучше порядка. Поэтому сегодня, когда мы сталкиваемся с очередной общественной проблемой, мы часто восклицаем: «порядка нет!», «нужна сильная рука!» и так далее. Однако за этими страстями по порядку мы часто забываем о двух неразрывно связанных между собой вопросах: «какой порядок нам нужен?» и «зачем?». Подобное настойчивое стремление к порядку вкупе с забвением о его цели и содержании могут породить нечто прямо противоположное тому, от чего мы стремились уйти — хаос. Как справедливо говорил по сходной проблеме крупный философ Эвальд Ильенков в своей статье «Об эстетической природе фантазии»: «На деле капризный произвол воображения заключает в себе столь же мало свободы, как и действие по штампу. Крайности, как давно известно, сходятся». Так не сойдутся ли «крайности», порядок и хаос, если мы будем думать только о порядке ради самого порядка и забудем о цели, то есть о свободе?

Ра (слева) в образе рыжего кота поражает Апопа (справа)
Ра (слева) в образе рыжего кота поражает Апопа (справа)

Такой порядок ради порядка — это частный случай того, что Гегель и Маркс называли «превращенной формой», то есть формой, которая пожирает свое содержание. Представьте себе взвод солдат, которые идут строевым шагом в идеальном построении, но делают это только для того, чтобы стройно маршировать, а не для того, чтобы выполнить задачу. Участник подобного бесцельного строя, забывший о том, что целью его деятельности является служение родине, которой он давал присягу, и о том, строевой шаг был изобретен военной наукой для выполнения этой задачи, перестает быть свободным человеком и может быть направляем чем и кем угодно, врагами родины в том числе. По поводу этой проблемы справедливо писал Экзюпери: «Освободить человека в пустыне — значит возбудить в нем жажду и указать ему путь к колодцу». Свободный человек это тот, кто имеет цели и ценности и осознанно им служит. Если же порядок лишен свободы, то есть цели, и направлен только на самого себя, то он становится беременным хаосом и тем, что хаосу всегда было родственно — небытием.

Эвальд Васильевич Ильенков
Эвальд Васильевич Ильенков

Со стороны естественнонаучного подхода эту неумолимую логику подтверждает биофизик и кандидат биологических наук Борис Георгиевич Режабек. В ночной телепередаче с Александром Гордоном под названием «Физика и свобода воли» он говорил следующее:

«Для нас гораздо больший интерес представляет не электрон как таковой, а как живые существа мы сами. Дело в том, что если мы лишены свободы, если мы являемся просто жестко детерминированными существами, пусть даже запрограммированными, то при этом все моментально исчезает».

Гордон: «Все — это что?»

Режабек: «Весь мир! Я не стесняюсь это сказать! Именно так! Если нет свободы, то мир задан раз и навсегда, как жесткая картина, как нечто с прочерченными траекториями или как набор кадров в каком-то кинофильме. Но с точки зрения математики любую такую систему можно моментально свернуть в точку. Она исчезает. Это небытие. Детерминированный мир — это мир, лишенный свободы, это мир небытия».

Свобода — это бытие. Бытия без свободы не бывает. Вот что утверждает Режабек. Стало быть, превращение форм, впадение в крайности, о которых говорил Ильенков, адресует в своем пределе к хаосу и небытию. Но существуют ли сегодня реальные примеры чего-то подобного?

Борис Георгиевич Режабек.
Борис Георгиевич Режабек.
Facebook.com

Когда в 2011 году случилась авария на атомной японской станции «Фукусима», весь мир был поражен дисциплинированностью японцев. Многие с удивлением узнали, что в Японии, например, практически отсутствует такой феномен, как мародерство. Специалисты говорят, что в этой стране можно оставить велосипед, привязанный к забору, а лет через пять вернуться и обнаружить его на прежнем месте, хотя уже и изрядно поржавевшим. На все вопросы о том, как японцам удалось добиться такой дисциплинированности, все в один голос отвечают: «конфуцианская этика».

Конфуцианство большое и многомерное явление, внутри которого есть множество течений. Однако все же, если говорить грубо, то главная его черта заключается в том, что оно является в большей степени сводом правил, нежели учением, говорящим о смысле. Более того, сам Конфуций запрещал интересоваться метафизическими вопросами, то есть смыслом. По этому поводу отечественный востоковед Алексей Маслов справедливо утверждает: «Конфуцианство ― гносеологическая «пустышка», абсолютный объем, который может быть наполнен практически любым содержанием». За это «содержание», которым необходимо наполнить «гносеологическую пустышку», отвечает элита. Подобная специфика конфуцианства, отчуждающая представление о смысле у широких масс, позволяет сравнить его, хотя и очень условно, с тем строем солдат, который идет строем только для того, чтобы идти строем.

Такое мое обобщение, которое многим может показаться избыточным, подтверждает практика. Так, мало кто обратил внимание на то, что при устранении аварии на «Фукусиме» образцовая дисциплинированность японцев сочеталась с, мягко говоря, очень посредственной эффективностью. Но это сочетание высокой дисциплины с невысокой эффективностью в решении конкретных, а особенно неожиданных, проблем касается не только устранения последствий аварии на «Фукусиме». Это вполне закономерно, ибо сознание японцев, согласно конфуцианской этике, направлено не на реальность и смысл, а на то, что Конфуций называл «ритуалом», то есть на предписанную систему действий. Что же касается хваленой японской «технологичности», то она во многом является просто мифом, а, главное, основана на заимствовании у западных стран.

Конфуций
Конфуций

Такое устройство японского общества, разумеется, не может не порождать протуберанцы хаоса. Приведу только один пример. В феврале этого года новостное агентство Daily Mirror сообщило о том, что в японском городе Хигасиосака открылось похоронное агентство для секс-кукол Human Love Doll Company. Агентство открыла буддийский монах и порнозвезда Рэи Като. За 50 тысяч иен (около 30 тысяч рублей) агентство предлагает устроить для секс-куклы персональную церемонию прощания. По итогам церемонии владелец куклы получает похоронный сертификат и памятное фото или видео.

Подобная «дичь» не является эксцессом, а является практически нормой, которая вписана в представления японского общества. Ведь Рэи Като открыла именно агентство, то есть отреагировала на спрос. Кроме того, любой желающий без труда сможет найти уйму информации об иных очень специфических развлечениях японцев. Нет сомнения, что подобные странности, которые многократно кроют любые западные извращения, являются следствием определенного устройства общества. Ну так и что? Нужен ли нам такой порядок?

Впрочем, сегодня мы и на Западе движемся к чему-то сходному. Печально известное схождение с ума «по-американски», когда у кого-то сносит «крышу» и он идет расстреливать толпу в общественное место — один из симптомов. О природе подобного западного схождения с ума с массовыми убийствами писал швейцарский писатель Макс Фриш (1911−1991) в пьесе «Граф Эдерланд». Согласно этому произведению, движущими мотивами к подобным массовым беспричинным убийствам являются скука и отсутствие смысла. Но и у нас после 1991 года, хотя особого порядка так и не наступило, стала накапливаться та же «взрывчатка». Печально известный случай с майором Евсюковым — лишь один из примеров.

Макс Фриш
Макс Фриш

А что такое пресловутая цифровизация? Это разве не попытка навести специфический порядок? Ведь именно порядком и специфической эффективностью обосновывают наступление цифровизации ее идеологи.

8 июня, несмотря на протест около 280 ученых и консервативной общественности, Путин подписал законопроект «О едином федеральном информационном регистре, содержащем сведения о населении Российской Федерации», который в народе прозвали «законом о цифровом концлагере». Но и это еще не все. 31 июля Путин подписал еще один закон — «Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций в Российской Федерации». В этом законопроекте в части 3 статьи 5 проекта сказано:

«3. Положения программы экспериментального правового режима, устанавливающие условия экспериментального правового режима, могут исключать или изменять действие положений федерального закона в случае, если это прямо предусмотрено соответствующим федеральным законом».

Так как программа экспериментального правового режима утверждается правительством, то именно оно будет вносить изменения в положения федеральных законов. Что же касается этих изменений, которые должны способствовать продвижению цифровых технологий, то 17 июля на федеральном портале проектов нормативных правовых актов был выложен законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций в Российской Федерации» (в части развития технологий искусственного интеллекта и больших данных)». Авторы законопроекта, по сути дела, пытаются поставить крест на таких, казалось бы, незыблемых вещах, как тайна переписки, врачебная тайна и согласие граждан на обработку их персональных данных. И все это нужно отменить для того, чтобы цифровизация и искусственный интеллект оцифровали и упорядочили нашу жизнь, таким образом, уничтожив все человеческое. Подробнее об этом можно прочитать в нашем агентстве в статье Ольги Горяниной.

Что это все такое? Это пришествие хаоса под видом порядка, который должен структурировать отчужденные от смысла массы и до конца дооформить процесс отчуждения от человеческой сущности. Этот процесс отчуждения общества от смысла прекрасно описывал Маркс в своих «Экономико-философских рукописях 1844». В них он писал:

«Политическая экономия замалчивает отчуждение в самом существе труда тем, что она не подвергает рассмотрению непосредственное отношение между рабочим (трудом) и производимым им продуктом. Конечно, труд производит чудесные вещи для богачей, но он же производит обнищание рабочего. Он создает дворцы, но также и трущобы для рабочих. Он творит красоту, но также и уродует рабочего. Он заменяет ручной труд машиной, но при этом отбрасывает часть рабочих назад к варварскому труду, а другую часть рабочих превращает в машину. Он производит ум, но также и слабоумие, кретинизм как удел рабочих».

Карл Маркс
Карл Маркс

Маркс тут рисует еще радужную картину, ибо рабочие строят дворцы и создают красоту. Но ведь сегодня этот процесс отчуждения, особенно в распухшей сфере услуг, часто уже не создает ничего. Главное же, такой способ производства как система наращивает под собой хаос, ибо масса «кретинов», лишившись способности к восприятию и обладанию смыслом, сможет породить только хаос. И если очень внимательно читать третий том «Капитала», где Маркс ссылается, в частности, на «Метаморфозы» Овидия, где впрямую говориться о хаосе, то будет видно, что он это понимал.

Тема хаоса и борьбы с ним разрабатывалась культурой с глубочайшей древности. Вот что по этому поводу пишет Мирча Элиаде в своем классическом трехтомнике «История веры и религиозных идей»:

«Дела фараона обеспечивают прочность космоса и государства и, следовательно, непрерывность жизни. В самом деле, космогония повторяется каждое утро, когда солярный бог «отвращает» змея Апопа, не имея, однако, возможности уничтожить его; ибо хаос (первоначальная тьма) представляет собой виртуальность; следовательно, он неразрушим. Политическая деятельность фараона воспроизводит подвиг Ра: он (фараон) также «отвращает» Апопа — иными словами, следит за тем, чтобы мир не был ввергнут снова в состояние хаоса. Когда на границах появляются враги, они уподобляются Апопу, и победа фараона воспроизводит триумф Ра».

Фараон, как воплощение Ра, борется с хаосом, воплощенным в змее Апопе. Но хаос неуничтожим, ибо он «представляет собой виртуальность». Но ведь «виртуальность» представляет собой и надвигающаяся на нас цифровизация. Также надо сказать, что представления о хаосе, как в древнем Египте, так и в других культурах, далеко не столь однозначны. Часто считалось, что хаос есть первооснова мира, а змей Апоп изображался вместе с «древом жизни».

Иван Айвазовский. Хаос. Сотворение мира. 1841
Иван Айвазовский. Хаос. Сотворение мира. 1841

Кроме того, в «рукописях» Маркс пишет о том, что отчужденный труд порождает не только «кретинизм» и прочие уродства в среде рабочих, но и «отчуждает от человека его собственное тело, как и природу вне его, как и его духовную сущность, его человеческую сущность». Стало быть, от рабочего, в определенном смысле, просто ничего не остается. Так почему бы его тогда не оцифровать и не построить из хаоса «цифровой концлагерь»? А потом, когда после подобной «процедуры» полностью исчезнут человек и свобода, мир погрузится в небытие, то есть во все тот же хаос…