«Документальную сказку» о профнепригодной учительнице восприняли по-разному. Читательский интерес был высоким, но из-за сокрытия имени «героя» и места событий кому-то не хватило чувства реальности. Теперь маски сброшены: Шехерезада Ивановна — это Наталья Дмитриевна Кобзева; школа — гимназия № 406, Пушкинский район, Санкт-Петербург; директор — Валентина Витальевна Штерн.

Дно или стена?
Дно или стена?
Модест Колеров © ИА REGNUM

После публикации к автору потянулись неравнодушные учителя и родители. Они спешили сообщить дополнительные сведения о методах работы «Шехерезады Ивановны», торопились предупредить родителей, вставших на защиту своих детей, об ожидающих тех немалых трудностях в борьбе с ней и её покровителями. Как оказалось, от «Шехерезады Ивановны» доставалось не только ученикам и родителям, но и учителям.

Казус Кобзевой

Учитель истории и обществоведения Наталья Дмитриевна Кобзева — гроза всей школы. Разумеется, она действует под покровительством директора гимназии Валентины Витальевны Штерн, для которой Кобзева — образец педагогического мастерства и такта. Считается, что Кобзева очень сильный предметник. Правда, сложно понять, как это возможно при том, что она, к примеру, войну Ливонскую (1558−1583 гг.) путает с Северной (1700−1721 гг.), а о правителях России «преподаёт», что Пётр I был «невротик ужасный», Екатерина I — «грязной дурой» и «спившейся латышской потаскухой», Анна Иоанновна — «низкопробной бабой», а Екатерина II — «шлюхой», «откровенной потаскухой» и т. п.

Гимназия 406
Гимназия 406
Gov.spb.ru

Но не историческая ахинея от Кобзевой является наиболее вредной, а психологическое насилие, которому та систематически подвергает учеников. К сожалению, далеко не всегда потерпевшие дети делились тем, что вытворяла с ними Кобзева за закрытыми дверями класса. Вот фрагмент из сообщения одной мамы:

«Два года назад учительница избрала своей жертвой одну из девочек и в течении полугода на каждом уроке отпускала на её счёт фразы о её внешнем виде, о том, что «кофточку ты надела, а голову то взять забыла». И это ещё самое мягкое, что было сказано. Девочку подруги фактически заталкивали в класс потому, что у неё в прямом смысле отказывали ноги. А после уроков те же подруги всю перемену вытирали слёзы в туалете и успокаивали, и отпаивали водой. Одному мальчику в пятом классе потому, что он занимается танцами, было сказано, что верх его карьеры — это стриптизёр в баре. «И ты там, главное, ушами не хлопай, а найди себе богатую тётку, чтобы тебя содержала. Альфонс — это твой максимум». Я знаю точно, что мамы этих детей даже не в курсе всего этого».

В заявлении родителей на Кобзеву, в частности, говорится:

«В течении текущего учебного года преподаватель неоднократно оскорбляла нашего сына и его одноклассников во время занятий, высказывала сомнения в отношении их умственного и физического развития, прибегала к высмеиваниям в грубой форме, акцентированию внимания на их национальной и религиозной принадлежности».

И приводится вопиющий пример подобного акцентирования:

«М-зов, ты гражданин РФ? Вот он и А-ян уже наши. М-зов так и не сказал, что за мешанина там у него. Мама-то русская? Нееет. Я знаю. У него гремучая смесь. Я даже не знаю, какой ты веры. А опасность такой гремучей смеси — не твоя национальность, а то, что у нас заложено на Кавказе: религиозные противоречия».

Казус Штерн

Первая реакция директора гимназии В. В. Штерн на официальную жалобу родителей была человеческой. В электронном письме Валентина Витальевна приносила «извинения за некорректный стиль общения учителя» и делилась переживаниями по этому поводу: «Лично испытываю не приятные (sic!) эмоции и стыд».

Однако очень скоро Штерн сменила стыд на бесстыдство. Когда к ней по её приглашению для обстоятельного разговора пришли родители ученика, их ждал, мягко говоря, суровый приём. Ни о каком увольнении Кобзевой не было и речи. «Если Кобзева уйдёт, уйду и я», — дважды повторила её начальница. Что, кстати сказать, совершенно справедливо, ибо кто как не директор гимназии несёт ответственность за те издевательства над детьми, которые систематически в течении многих лет творила Кобзева?! А то, что это история давняя, свидетельствует группа им. Н. Д. Кобзевой в социальной сети «ВКонтакте» от 2007 года.

На родителей накричали. Их обвинили в нанесении ущерба здоровью директора («Вы отняли у меня два года жизни!»), в преднамеренном сборе компромата на «высокого профессионала своего дела Кобзеву с целью дальнейшего её шантажа для получения высокой оценки» (хотя все оценки на момент подачи жалобы уже были выставлены, и родители требовали не высокой оценки, но удаления учителя), а пострадавшего ребёнка в том, что он сам во всём виноват: он де ленив, плохо учится, не любит работать, со слабой подготовкой. И предложили перевести его в другую школу, «если вас не устраивают требования гимназии».

В итоге Штерн недальновидно заявила, что увольнять Кобзеву не станет «ни при каких условиях», а её отстранение от работы в конкретном классе может состояться только по результатам голосования всех родителей класса. Классному руководителю поручили провести экстренное собрание, запретив при этом информировать родителей с содержанием претензий к учителю. Последнее требование обосновали тем, что надо «любой ценой избежать противостояния «стенка на стенку» внутри класса между родителями и, что ещё более важно, между детьми».

Однако не прошло и часа, как концепция поменялась. Через классного руководителя администрация довела до сведения родителей, что заменит преподавателя без проведения собрания и голосования и со своей стороны просила не передавать цитатник Кобзевой и текст жалобы другим родителям «во избежание ненужного скандала».

Администрация сделала это сама. Вечером того же дня ученический чат класса «взорвала» новость. Одна ученица сообщила, что родители двух новичков пожаловались «в администрацию школы и в прокуратуру» с требованием уволить Кобзеву и теперь «для помощи учителю необходимо написать письмо от учеников в её защиту». На вопрос «откуда дровишки?», девочка отвечала, что её маме позвонила Штерн и всё рассказала. При этом есть однозначные свидетельства того, что директор «слила» и само заявление, что, прежде всего, поставило под удар конкретных детей, исключило возможность спокойного разбирательства и грубо нарушило нормы защиты личных данных.

В чате разгорелась кампания осуждения новичков со стороны одноклассников, переходящая в травлю. Причём выяснилось, что дети, выступающие в защиту Кобзевой, делают это прежде всего из страха: приди к ним новый учитель истории, тут же всплывёт низкий уровень знаний по предмету и не видать тогда хорошей оценки в 9-м классе. Дети признавали, что Кобзева регулярно оскорбляет их, называя «подонками и идиотами», что особенно тяжело приходится новичкам. Звучали рекомендации не высовываться, не высказывать своё мнение, пропускать мимо ушей колкости и язвительные замечания учителя и тогда всё наладится. А некоторые из детей оправдывали насилие со стороны Кобзевой, видя в нём необходимое зло, которое де готовит их к трудностям будущей жизни.

Родительский чат в этом смысле не отставал от ученического. Оказалось, дутые оценки для некоторых родителей важнее нравственного развития и психологического здоровья их детей. Из поста той же мамы: «И что больше всего меня расстраивает, что наши дети стали травить новичков и проявлять большое двуличие. В общей беседе одно пишут, а в личку другое». Тут следует особо оговориться, травля двух восьмиклассников-нонконформистов в ученическом чате началась с подачи директора Штерн.

На последовавшее за этим заявление родителей о ненадлежащем реагировании на сведения о должностном несоответствии учителя и публикацию ИА REGNUM «Уроки унижения…» администрация школы ответила требованием к родителям в срок до 30 июня предоставить «недостающие документы» на всех троих детей разного возраста (8-й, 5-й и 3-й классы), угрожающе намекая таким образом на «законную» возможность выпихнуть всех троих из школы. Это таково отношение к семье переселенцев из Прибалтики, и возникает вопрос: где были эти правила и их исполнители в момент приёма детей в учебное заведение?

Выяснилось также, что травле подвергаются не только ученики, но и учителя. Под угрозой увольнения или снижения дохода их заставляют молчать и терпеть, а порой и оказывать действенную поддержку. Так, например, учитель Н-чук по распоряжению администрации, вопреки всем действующим карантинным предписаниям и здравому смыслу, созвала родительское собрание вверенного ей класса для агитации за выступление в защиту Кобзевой.

Ничего удивительного в этом нет. Гимназия № 406 находится на особом положении. В отличие от всех прочих школ Пушкинского района у неё своя бухгалтерия, что позволяет манипулировать фондом заработной платы, премиальными и, соответственно, мнением коллектива.

В коридоре гимназии 406
В коридоре гимназии 406
Gov.spb.ru

Систематическое психологическое насилие над детьми в школе — основное в этой истории и главное, почему она вызывает столько негодования. Виноваты обе школьные дамы, каждая по-своему. В понятиях уголовного права это описывается так: учитель-мучитель Кобзева — исполнитель, директор-протектор Штерн — пособник её, а вместе они — соучастники. Ответственность соучастников определяется характером и степенью фактического участия в совершении, но их ответственность наступает по одной и той же статье закона.

Фактор Микушевой

Убедившись, что на уровне администрации гимназии добиться справедливого решения конфликта не удастся, родители вышли на уровень выше, обратившись с соответствующей жалобой в РОНО. Как и в первом случае, заявления поступили от родителей двух потерпевших учащихся.

Надо отдать должное заведующей районным отделом народного образования Наталье Павловне Микушевой — она отреагировала молниеносно. Директора засадила за написание объяснительной, родителей пригласила для беседы. Вопрос с учителем истории и обществоведения, сказала Микушева, вопрос решённый, здесь и говорить не о чем, неприемлемое поведение Кобзевой налицо. Однако выяснилось, что директор гимназии попыталась ввести районное начальство в заблуждение, мол, о методах Кобзевой была не в курсе, а в ситуации можно винить классного руководителя.

Тут уж пришлось вступиться за классного руководителя. Директор Штерн, как и вся гимназия, прекрасно знала, как и чему учит Кобзева, но бездействовала. Переписка с учителями и родителями гимназии показывает, что проблема носит застарелый характер, что конфликты вспыхивали один за другим и неизменно гасились на уровне администрации. Родители либо забирали детей из школы, либо мирились с «необходимым злом».

Фактор Беглова

Уместно спросить, как это соотносится с недавними президентскими поправками в закон «Об образовании», смысл которых сам Владимир Владимирович Путин пояснил так: «укрепить, акцентировать воспитательную составляющую отечественной образовательной системы». По-видимому, директору Штерн сейчас не до президентских поправок. Ей же открывать гимназию после ремонта.

С этим ремонтом у Штерн много хлопот, о которых сообщалось в СМИ. Ремонт затягивается. Сам губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов озабочен ходом работ. Только в этом году он уже дважды побывал на строительной площадке — 11 января и 30 мая.

Александр Беглов посещает стройплощадку гимназии 406
Александр Беглов посещает стройплощадку гимназии 406
Gov.spb.ru

С 1 сентября учащиеся гимназии №406 будут учиться в отремонтированных помещениях. Будет торжественное начало нового учебного года с участием городского головы. Будет телевидение, будут красивые речи, букеты цветов. Вот только к чему эти новые мехи, если в них вольют старое, прокисшее, ставшее отравой для всех, кроме директора Штерн и её приближённых, пойло?!

Читайте ранее в этом сюжете: Петербург: психологическое насилие над детьми гимназии №406 подтверждено