Несмотря на очевидную опасность заражения коронавирусом, люди повсеместно продолжают нарушать карантинные правила. Причём это происходит не только в России — во всём мире находятся те, которые игнорируют угрозу заражения COVID-19 себя и своих близких.

Коронавирус
Коронавирус

В интервью корреспонденту ИА REGNUM врач психотерапевт, кандидат медицинских наук, доцент кафедры психотерапии, медицинской психологии и сексологии Северо-Западного Государственного Медицинского Университета им. И. И. Мечникова, председатель Ассоциации Когнитивно-Поведенческой Психотерапии, вице-президент Российской Психотерапевтической Ассоциации, член Исполнительного Совета Международной Ассоциации Когнитивной Психотерапии, член Международного Консультативного Комитета Института Дмитрий Ковпак детально, буквально по полочкам, разложил наше поведение в период изоляции и пояснил, что мы чувствуем.

ИА REGNUM: Дмитрий Викторович, почему некоторые люди игнорируют угрозу коронавируса? Это что, такой протест?

Дмитрий Ковпак: Здесь есть несколько специфических факторов, которые достаточно универсальны. Это так называемые когнитивные искажения или иррациональное мышление, которые способствуют таким, скажем так, формам мышления и поведения. То есть, в первую очередь, такие формы являются защитными. Есть такое понятие — компенсаторная стратегия: на фоне каких-то необычных ситуаций возникают разные компенсаторные стратегии.

Памятка в аптеке
Памятка в аптеке
Наталья Стрельцова © ИА REGNUM

У кого-то начинается паника — не в клиническом смысле слова, а в социально психологическом. Потому что есть тревога неопределённости (это новая ситуация, новый вирус, новое заболевание), и поэтому часть ударилась в панику (это апокалипсис), а другая — чтобы защититься психологически от этого, по сути, использовала такие компенсаторные стратегии, как отрицание, вытеснение. И поэтому одному типу свойственно мышление катастрофизирующее, когда проецируется в будущее худший сценарий, а другие компенсаторные стратегии пытаются, по сути, обезопасить себя путём отрицания вируса.

ИА REGNUM: В психологии, в клинической психологии, это рассматривается как компенсаторные стратегии, которые увы, приводят к рискованному поведению…

Дмитрий Ковпак: Поэтому в основе лежит такое дисфункциональное мышление, и там есть ряд посылов. Первый посыл — это невидимость вируса и медленное, поступательное развитие. Потому что человек видит это из новостей, и у него есть скептическое отношение, что новости обманывают, что идёт зомбирование населения. И поэтому такой человек опирается на свою референтную группу, тем, кому он доверяет: «Никто из моих знакомых ещё не заболел, я хожу без маски, пожимал руки сегодня нескольким людям и не заболел».

Это называется наивный реализм. То есть я смотрю в окно, на улице есть люди, я выхожу на улицу — я не вижу вируса. Хотя логикой человек понимает — 90 нанометров — как ты его увидишь? Но такой наивный реализм говорит о том, что раз сейчас светит солнце, раз вокруг ходят люди, значит все в порядке. И тогда возникает такая специфическая форма мышления (защитная): «Значит, это придумали». То есть человек ищет облегчение, и такая идея ему приносит облегчение: «Это — заговор, опасности на самом деле нет». Купировать такую подспудную тревогу человек пытается простым и быстрым решением — ложной идеей.

Социальная дистанция в маршрутке
Социальная дистанция в маршрутке
Наталья Стрельцова © ИА REGNUM

ИА REGNUM: Интернет буквально пестрит коронавирусными фэйками!

Дмитрий Ковпак: Действительно, ещё полгода назад мы бы рассматривали как совершенно бредовые идеи то, что это вышки 5G распространяют вирус. Теперь этой идеей психически заражаются даже артисты Голливуда и становятся их вольными или невольными распространителями. Поэтому психологическая потребность в неком балансе решается ложно, то есть баланс — это необходимое состояние гармонии, но человек пытается балансировать с помощью таких простых, быстрых решений, которые сводятся к, по сути, дискредитации из того, что он получает из средств массовой информации: заговор правительства, всемирный заговор, людей хотят загнать в бетонные клетки.

И получается, что человек отождествляет себя с благородной миссией протеста: «Я не ношу маску, потому что это всё обман населения». Это связано с тем, что, к сожалению, когда человек заболевает, то он узнает об этом спустя латентный период. То есть, оказавшись в больнице или реанимации, человек потом может мучительно сожалеть о собственном заболевании. Или, являясь просто носителем, — сожалеть о том, что заболели его родители или другие пожилые родственники.

ИА REGNUM: Каковы последствия?

Дмитрий Ковпак: Потом возникает самая тяжелая депрессия: когда человек это отрицал, а потом — заболел, это — двойной удар. На фоне мнимого благополучия, что COVID-19 вообще нет, этот двойной удар приводит к самой тяжелой депрессии и отсроченному хроническому стрессу в виде посттравматического стрессового расстройства. И здесь очень часто возникают суицидальные мысли и поведение. Это очень опасная форма поведения.

Горожане на прогулке
Горожане на прогулке
Алексей Колчин © ИА REGNUM

А бравада тех людей, которые пытаются показать, что вируса нет, существует во всех странах. С этого начинала Италия и Британия. Там карантин воспринимался как нарушение прав и свобод, а не как разумные ограничительные меры. Люди буквально против этого протестовали и ещё более часто ходили в рестораны, бары на улице. Так они отрицали наличие вируса, наличие опасности и, по сути, пытались подкрепить таким образом собственную теорию.

За счёт этого и получилось, что Италия и Британия дали колоссальный, взрывной рост распространения этой инфекции. Первоначально в европейских странах после Китая возникла такая большая вспышка. И Китаю за счёт жёсткой карантинной меры удалось локализовать число заразившихся и умерших, а Италия и Британия и Испания стали примером быстрого взрывного роста и большого количества жертв.

ИА REGNUM: Понятно, что, с одной стороны, мы имеем некий защитный механизм, а с другой — подверженность человека влиянию…

Дмитрий Ковпак: Причём, как говорится, «обманываться рад». То есть речь идёт о мнении авторитетов из ближнего круга («Если друзья не носят маски и отрицают вирус, то я их поддерживаю») и авторитетов из социальной сети: голливудские актёры, лидеры мнений («Я к ним присоединяюсь и чувствую, что нас много, и это меня успокаивает»). Но успокаивает до поры, до времени, потому что реальность рано или поздно через такие защиты пробивается. Как и через ещё один вариант, который называется магическое мышление. Здесь магия не из области изотерики, хотя теории заговоров, вплоть до атаки рептилоидов и чипирования населения, выглядят уже как бредовые конструкции.

Здесь магия может быть очень поверхностной: «Я хочу быть позитивным» — такая примитивная трактовка. «Если я буду на позитиве, сохранять оптимизм и не верить в вирус, то он обойдёт меня стороной — зараза меня не возьмёт». Эмоциональное состояние действительно очень важно, и важно сохранять баланс, но не за счёт оголтелого такого шапкозакидательства, а именно выбора того, что от нас зависит. Этот выбор как раз является разумным балансом между отрицанием, игнорированием опасности и преувеличением опасности — таким выбором худшего сценария в связи с паническими реакциями.

ИА REGNUM: Какие ещё защитные механизмы могут включаться?

Дмитрий Ковпак: Ещё одним механизмом является эмоциональное обоснование: «Если я чувствую тревогу, то эта ситуация опасна» или «Если я чувствую себя хорошо, значит, ситуация безопасна». Она определяется, безусловно, не эмоциями, а наличием объективных данных. Но человек может сделать ставку на эмоциональный посыл: «Вот, я вышел, сейчас светит солнце, мне хорошо, люди гуляют, я вижу, что им тоже хорошо, поэтому какая здесь опасность?». Эмоциональное обоснование служит тоже проводником для такого рискованного поведения. Ну и, как мы обсуждали, битва за собственные границы («Это — нарушение моих прав и свобод, этап посягательства на мою свободу воли. Меня тут запирают, я уже устал, мне скучно, мне тяжело») и переоценка собственного дискомфорта, превращение его в страдания, приводит к протестным реакциям: «Назло кондуктору пешком пойду».

Битва за границы может превращаться в те протесты, которые мы видим даже в Германии. Казалось бы, такие благоразумные, законопослушные немцы, и вдруг они начинают бороться со своим правительством — узурпатором, которое якобы лишает их законных прав и свобод, внедряя чипирование. Оказалось, что у таких упорядоченных немцев тоже «сносит крышу», поскольку это — тоже некое успокоение себя, потому что люди тоже попали в очень необычную ситуацию, им нужно найти привычное объяснение: «Это не какая-то из ряда вон ситуация, которая встречается раз в поколение, это — обман».

Горожане на прогулке
Горожане на прогулке
Алексей Колчин © ИА REGNUM

ИА REGNUM: Есть много людей, которые уверовали в неуязвимость из-за молодости…

Дмитрий Ковпак: Это — иллюзия неуязвимости: «Я молод и здоров, поэтому это меня не коснётся». И, к сожалению, такие люди сами могут не заболевать, но могут становиться носителями и распространителями. Как в Корее: молодой человек там прошёл по барам, за ночь посетив их несколько штук, и разнёс инфекцию сотням людей. Это пример того, как люди предпочитают простые, как им кажется, понятные решения в ущерб логике, здравому смыслу и в итоге — себе.

Но они узнают об этом спустя время, когда приходит печальное подкрепление не только в виде разочарования, но и в виде серьезного ущерба для себя и своих близких. Поэтому депрессия накрывает позже, также как и вирус накрывает позже (через две недели можно попасть в больницу или получить осложнение).

ИА REGNUM: Что в данном случае вы считаете важным?

Дмитрий Ковпак: Здесь нужна ясность, в первую очередь — разделение своих опасений на здоровые, которые являются частью разумного защитного поведения (соблюдение социальной дистанции, использование дезинфицирующих средств, разумное соблюдение карантинных мероприятий), и избыточные. Обе крайности не очень хороши, потому что и на той, и на другой возникает риск либо прямого заражения, либо истощения в силу «перегрева» из-за паники и избыточных эмоций.

Поэтому нужен баланс — выбор между этими крайними тенденциями: избеганием, паникой, и прояснение для себя реальности, принятие её. Потому что это не подчинение, а наоборот — использование реальности такой, какая она есть. Потому что нам хочется вытеснить эту реальность, её как-то раскрасить, или наоборот — обесценить. И из-за этого потом происходит рассогласование с ней и тяжелый удар со стороны реальности.

Поэтому ясность — это, с одной стороны, — информационная поддержка (прояснение, как в реальности обстоят дела), ну и разбор собственных таких, необоснованных суждений, иллюзий, ложных представлений — замена их на планирование. Потому что, увы, вирус — это не на один день. Это настоящий марафон, на котором нужно рассчитать свои ресурсы: не только бюджет своей семьи или личный физический ресурс, но и психологические ресурсы.

Потому что первоначально было понятно, что находиться дома — это неплохое решение, можно выспаться, отдохнуть. Но когда карантин длится недели или месяцы, человек не минует фазу стресса. Первая — это мобилизация на фоне тревоги, опасений. Вторая — адаптация, привыкание, приспособление. Третья — истощение. Поэтому те, у кого гиперреакция, они быстрее истощаются, их и нервы быстрее обнажаются. Некоторые быстро проскакивают эти фазы стресса в семье и показывают нам протестные формы поведения, что, собственно, лишь подыгрывает самому вирусу, способствует распространению этой инфекции.

ИА REGNUM: Как помочь тебе?

Дмитрий Ковпак: Ещё одним фактором является социализация — помощь себе в преодолении этих моментов: социальная изоляция, изменение образа жизни. То есть необходимо не только пытаться так эгоцентрично помогать себе, но и осознавать, что в помощи нуждаются твои близкие. И поэтому твое разумное поведение — это помощь не только себе, но и своему окружению.

Полицейские беседуют с гражданами
Полицейские беседуют с гражданами
Алексей Колчин

Нужно взаимодействовать с ними в новых формах, к примеру через Skype или телефон, Messenger, социальные сети. Это не только помощь самому себе, но и помощь другим людям. Поскольку люди привыкли тянуть одеяло на себя, они не замечают, что помогая другим, ты лучше себя чувствуешь. Поэтому — «не оскудеет рука дающего». Важно сейчас переключить себя на эти полезные формы мышления и поведения, где эта социализация может потом пригодиться и когда карантин закончится, пройдёт эпидемия.

Это поможет более конструктивным внутрисемейным формам взаимодействия, вместо агрессии и бытового насилия, которые сейчас, к сожалению, стали расцветать — на фоне изоляции обострились конфликты. Здесь как раз помощь своим проблемам, проблемам, накопившимся в взаимодействии с семьей, партнёрами. Могут стать хорошей традицией профилактические разборы за круглым столом — как у короля Артура — без оружия, прояснять суть претензий, а не обесценивать партнёра и себя самого, не глобальная оценка: «Ты плохой — я хороший», а умение разбирать конкретные факты и конкретные действия.

ИА REGNUM: В этом смысле родителям тоже есть над чем поработать!

Дмитрий Ковпак: Вопрос взаимодействия с детьми. Если раньше это была форма откупа (подарки, деньги, однократные выезды на природу или в торговый центр), то сейчас при взаимодействии с детьми как раз понятна родительская функция моделей, которые перенимают дети под копирку. И здесь можно более отчётливо понять, чем бы я хотел поделиться со своими детьми: как их поддержать, чему научить (от простых вещей — играть на гитаре, изучить иностранный язык или что-то в месте слепить, до более сложных — мировоззренческих). И всё это поддержка — не только других, но и самого себя, потому что тогда появляется смысл.

И вот здесь важно понять, что в такие критические, кризисные времена, кризис — это не только опасности, а как китайский иероглиф 危机 (он состоит из двух элементов, это и опасность, и возможность). В экономический кризис, как мы видим, формируются будущие стартапы, какие-то интересные решения. Так и здесь, с точки зрения психотерапии, ключевой вопрос «Кем я хочу быть во время этой пандемии COVID-19?» звучит нелепо. Что значит, кем ты хочешь быть? Ты не имеешь никаких свобод, это иллюзия. Я могу выбрать не «есть вирус, или нет его» (это объективная данность), а как я буду мыслить, действовать, функционировать.

Поэтому есть такая зона страха или зона отрицания, куда я могу уйти просто как в защиту. Но есть зона обучения, где я могу, наоборот, учиться на этих сложных ситуациях, потому что мир поменяется, пусть — не радикально, но кто-то потеряет работу, кто-то потеряет свой бизнес и придётся учиться чему-то новому.

Поэтому здесь открывается окно в обучение. Возможность прямого обучения онлайн языков и специальности до возможности осознания опыта, полученного во время кризиса. Он научил очень многому: как ведут себя люди в сложной ситуации, как повёл себя я, как я справлялся со своими эмоциональными и физическими состояниями, как мне удавалось рассчитывать свои ресурсы.

ИА REGNUM: Что это за состояние в такой период?

Дмитрий Ковпак: Это — зона роста, собственного, личностного и межличностного развития семьи как системы, развитие во взаимодействии со своими коллегами, друзьями, коллективом. Это и развитие бизнеса, если мы говорим об экономических процессах. Потому что сейчас будут формироваться либо тяжелые последствия (сумма повреждений, которую нанёс вирус), либо наоборот, это будет осознанность, через которую можно увидеть: когда закрывается одна дверь, обязательно открывается другая. Но человек может её и не увидеть, находясь в панике или в отрицании. Такой индивидуум будет инкапсулирован внутри собственного мира иллюзий. Поэтому здесь и важен баланс, за которым можно увидеть эти открывающиеся окна.

Сегодня online становится таким окном — пусть и в виртуальную реальность, но это всё равно возможность контактировать и даже экономически развиваться: новые решения через такие формы, платформы, каналы связи. Поэтому часть бизнеса вынужденно перешла в формат доставок, формат видео-конференций вместо очных, и оказалось, что это тоже работает. Поэтому сейчас придётся быть функционально гибкими, адаптивными за счёт этого.

ИА REGNUM: Как будет правильным действовать в такой ситуации?

Дмитрий Ковпак: Нужно следовать не форме, а содержанию. Старые формы сейчас обрушатся, но содержание никуда не может деться. Поэтому, как говорил незабвенный бравый солдат Швейк в прекрасной книге Ярослава Гашека, «Никогда ещё так не было, чтобы ничего не было».

Поэтому, когда люди мыслят катастрофически, этот апокалипсис живёт только в голове. В реальности все по-другому: просто жизнь меняет форму, но сама не исчезает. Поэтому, «не так страшна мама, как её рисуют первоклассники». Увы, мы видим жертвы, но это не чума и не холера, и не испанка, которые унесли миллионы жизней. Жизнь останется, и нам дальше жить в последующие эпохи, после первого, 21-го карантина. И нам придётся приспосабливаться, адаптироваться. И вот, если мы будем избегать реальности или будем впадать в панику (другую крайность), то мы не сможем адаптироваться к этим изменившимся формам и жизненным возможностям.

Как уже сообщало ИА REGNUM, мировая эпидемия коронавируса поставила человечество перед фактом необходимости введения жёстких карантинных мероприятий. Весь апрель и первые недели мая в России были объявлены нерабочими. Регионы ввели режим самоизоляции, студенты и школьники начали обучаться дистанционно.