Архангельская губерния в 1918 году голодала. Русский Север не мог прокормить себя — только Шенкурский уезд Архангельской губернии в урожайные годы сводил концы с концами в самообеспечении продовольствием. Мезенский уезд мог собрать максимум 40% от потребности в зерновых. До 1917 года проблема решалась легко — из южных губерний рожь и пшеница поступала на рынки Архангельской губернии по высоким ценам, но с тем большим желанием их везли. Распад государства в 1917 году отсек Центральную и Северную Россию от южного хлеба. Мало того, в 1918 году Совнарком направлял в Архангельск требования о присылке продовольствия в «голодающий Петроград». Губисполком не мог отказать, и отсюда в Петроград отправляли составы с продовольствием.

Выгрузка военных транспортов интервентов в порту Архангельска. 1918 год
Выгрузка военных транспортов интервентов в порту Архангельска. 1918 год

Катастрофу с продовольствием признавали сами большевики: «Хозяйственное положение губернии было чрезвычайно тяжелое. Скудные запасы продовольствия не могли удовлетворить потребности губернии, и к весне 1918 года население ряда районов голодало. Из скудных продовольственных запасов приходилось также помогать еще больше голодающему Ленинграду» (1).

Ледокольный пароход «Семен Дежнев» — должен был принять участие в советской Карской экспедиции 1918 года, которая не состоялась из-за высадки интервентов в Архангельске
Ледокольный пароход «Семен Дежнев» — должен был принять участие в советской Карской экспедиции 1918 года, которая не состоялась из-за высадки интервентов в Архангельске

Но снабжение края продовольствием — это устойчивость советской власти. К лету 1918 года решить эту проблему можно было только из внешних источников. «Доставки продовольствия в губернию почти не было, некоторыми продовольственными запасами располагали только иностранные консульства. Велись непрерывные разговоры о ввозе из-за границы продовольствия, но только из этого получилось немного, так как иностранцы продавали продовольствие только постольку, поскольку им нужны были деньги для содержания контрреволюционных организаций…» (1).

Некоторое время Архангельский губисполком находился в плену иллюзий, что на зерно удастся обменять пиломатериалы с национализированных лесозаводов, но «в зиму 1917−1918 годов лесозаготовки не могли развернуться вследствие отсутствия средств. И даже заготовленное весной не могли сплавить по той же причине. Запасы лесоматериалов, имеющиеся на лесозаводах, нельзя было продать, несмотря на все усилия и переговоры с иностранцами» (1). Прежние владельцы лесозаводов заблокировали такие сделки.

Осталось надеяться только на поступление сибирского зерна. Сибирь нуждалась в промтоварах, а ее зерно не могло прорваться в европейскую Россию по железной дороге из-за регионального сепаратизма и состояния подвижного состава и путей. Оставался Севморпуть, удобный для Архангельска, обладавшего ледокольным и грузовым флотом. Возникла идея Карской экспедиции. «Разруха железнодорожного транспорта, с одной стороны, и невозможность получения хлеба из-за границы, с другой — заставили обратиться к этому трудному, но единственно возможному выходу из положения» (2).

Первая попытка

«Весной 1918 г. в условиях продовольственного кризиса Архангельский губернский продовольственный комитет молодой Советской республики развернул подготовку хлебной экспедиции в Сибирь. Предполагалось задействовать все имеющиеся на тот момент в Архангельске ледокольные пароходы: «Дежнев», «В. Русанов», «А. Сибиряков», «Соловей Будимирович», и «Г. Седов». Начальником экспедиции назначили полярного капитана Н. К. Мукалова. В свою очередь, в Сибири советские организации начали заготовку хлеба. Однако летом 1918 г. и в Архангельске, и в Сибири произошла смена власти» (3). «Экспедиция в составе пяти ледокольных пароходов и двух больших транспортов должна была 6 августа выйти в море. 2 августа Архангельск был занят белыми, и благодаря этому экспедиция не состоялась» (2).

Капитан Н. К. Мукалов — начальник несостоявшейся советской Карской экспедиции 1918 года
Капитан Н. К. Мукалов — начальник несостоявшейся советской Карской экспедиции 1918 года

Советская власть не смогла быстро подготовить экспедицию — ее планы появились весной 1918 г., хотя зимой было ясно, что зерна никто не даст. Суда готовили не торопясь: август — позднее время для рейсов Севмопутем. Интервентов ждали с середины июля 1918 г., и срок отправки 6 августа вызывает удивление, особенно с учетом того, что командующий флотилией Северного Ледовитого океана адмирал Н. Э. Викорст участвовал в подполье, готовящем антибольшевистский переворот. Возможной целью задержек было не дать увести ледоколы в Сибирь, где советская власть казалась устойчивой. Первой Карской экспедиции большевиков не повезло.

Вторая попытка

1 августа в Архангельске произошел антибольшевистский переворот, а 2 августа в него вступили части интервентов. Ресурсы англичан обеспечили продовольствием население оккупированных интервентами уездов. Но продовольствие для губернии все еще находилось в устье Оби, и «попутным рейсом» его частично доставили в Архангельск. «В сентябре 1918 года часть подготовленного сибирского продовольствия (7000 пудов) все же доставили в Архангельск. Пароход «Соломбала» под командованием А. А. Ларионова был направлен на Обь для доставки французской радиостанции в Обдорск (начальником этой экспедиции был полковник корпуса гидрографов Д. Ф. Котельников). Судно выполнило задачу и благополучно вернулось обратно» (3). Одиночный рейс, задачей которого была доставка радиостанции, вряд ли можно считать «Карской экспедицией».

Пароход «Соломбала» (бывший «Экспресс»), осенью 1918 года доставивший в Архангельск от устья Оби 7000 пудов продовольствия
Пароход «Соломбала» (бывший «Экспресс»), осенью 1918 года доставивший в Архангельск от устья Оби 7000 пудов продовольствия

Большая Карская экспедиция

В навигацию 1919 года задача доставки грузов из Архангельска в Сибирь и обратно получила стратегическое значение. Речь шла уже не о продовольствии для Архангельска и промтоварах навстречу, а о доставке военного снаряжения многочисленной, но плохо экипированной армии А. В. Колчака — готовящейся наступать в центр России. Задача облегчалась тем, что А. В. Колчак хорошо представлял возможности и проблемы Севморпути. «После прихода к власти в Сибири 18 ноября 1918 г. адмирала Колчака — участника дореволюционных полярных экспедиций — деятельность по освоению Карского пути получила новый импульс. В январе 1919 года была создана Дирекция маяков и лоций Североморского пути, район действия которого охватывал Карское море от новоземельских проливов до Диксона. А 23 апреля 1919 г. постановлением Совета министров Временного Сибирского правительства был образован Комитет Северного морского пути (КСМП). Его председателем стал генерал-майор А. В. Попов, а затем — сибирский золотопромышленник и полярный исследователь С. В. Востротин. Главной задачей Комитета являлось создание устойчивой морской связи Сибири с портами стран Западной Европы по Северному Ледовитому океану для развития внешней торговли» (2).

Английское командование в архангельском порту. 1919 год
Английское командование в архангельском порту. 1919 год

Основным путем доставки военного снаряжения Севморпуть в планах интервентов и правительства Северной области все-таки не стал. На лето 1919 года они планировали «пробить» сухопутный коридор к Колчаку через Котлас. Возможно, с этим связана задержка отправки экспедиции, прибывшей к устью Оби только в сентябре 1919 года. Когда в мае 1919 г. армия Колчака начала под ударами красных отступать, соединение в Котласе стало нереальным, а англичане заговорили об эвакуации, подготовка морского похода к устью Оби и Енисея ускорилась. «Началась подготовка Карской экспедиции 1919 г. — первой в полном смысле крупной товарообменной экспедиции на Карском пути. Для правительства Колчака организация Карской экспедиции была делом военно-стратегической важности, связанной с ресурсным обеспечением установленного режима. Замысел похода предусматривал завоз в Сибирь экспортных грузов из-за границы (на двух пароходах — английском «Байминго» и шведском «Холвар») и вывоз сибирской продукции (главным образом хлеба, а также уральской меди), сосредоточенной в устье Оби.

Кроме того, правительство генерала Миллера направило в Сибирь оружие и военное обмундирование. Начальником экспедиции, выдвинувшейся из Архангельска, стал полярный исследователь, первооткрыватель Северной Земли Б. А. Вилькицкий. Вместе с грузовыми пароходами на восток шел отряд гидрографических судов, на которых предполагалось продолжить исследования северных морей» (3).

Капитан 1-го ранга Б. А. Вилькицкий, начальник Карской экспедиции 1919 года белого правительства Северной области
Капитан 1-го ранга Б. А. Вилькицкий, начальник Карской экспедиции 1919 года белого правительства Северной области

«В 1919 году правительство Колчака осуществило этот план. Им было послано в устье Оби 19 речных барж, груженных хлебом и другими товарами, и семьпароходов в то время, как из Архангельска вышла морская экспедиция в составе восьми морских ледоколов и транспортов. Задание экспедиции было выполнено почти полностью. Вполне благополучному концу помешали тогда военные и политические события…» (2).

К моменту осуществления стратегический смысл экспедиции потерялся, он переместился в плоскость снабжения продовольствием Архангельска, остающегося в связи с уходом англичан с ограниченными запасами провианта. Но сколько жить Северной области решало уже не продовольствие, а ситуация на фронтах — белые в Архангельске с ноября 1919 года остались один на один почти со всей Красной армией. Доставка военных грузов сибирским белым частям также не имела большого значения, так как колчаковский фронт быстро разваливался. «Прибытие судов экспедиции на Обь в сентябре 1919 г. совпало с началом поражения армии Колчака. Суда пришлось срочно перебрасывать на Енисей, а вскоре после их возвращения в Архангельск началось наступление Красной армии на Севере, закончившееся падением режима генерала Миллера» (3).

В целом, эта операция была проведена, судя по воспоминаниям и советским публикациям начала 1920-х, на высоком организационно-техническом уровне.

С. Ц. Добровольский, военный прокурор Северной области: «Одним из первых удачных мероприятий адмирала И. (Л. Л. Иванова — прим. автора) было отправление в Сибирь ледокольной экспедиции… Обследование пути, а равно подготовка и руководство выполнением этой сложной задачи выпало на известного исследователя наших полярных путей кап.1-го ранга В. (Б. А. Вилькицкого — прим. автора), который и оправился вперед на ледоколе «Вайгач». Отправленная вслед за ним экспедиция в составе нескольких ледоколов под командой капитана 2-го ранга М., очень дельного и толкового офицера, использовала указания кап. 1-го ранга В. (Б. А. Вилькицкого — прим. автора) и благополучно прибыла в Сибирь, где взамен отправленных для сибирской армии винтовок получила хлеб и валенки, которые и доставила к зиме в Архангельск для нашей Северной армии. Эта экспедиция, организованная на скромные средства нашей маленькой области, проведенная вполне благополучно, несмотря на предрекаемый ей союзниками, а также специалистами из норвежских кругов неуспех, составляет несомненную заслугу нашего меленького северного флота» (4). Ее вполне можно считать первой крупной (караван судов) транспортно-грузовой операцией с использованием Севморпути. Но осеннему походу 1919 года к устью Оби не повезло в смысле идеологии — его надолго вычеркнули из Истории. В книге «Карская экспедиция», изданной Наркоматом внешней торговли в 1921 году, ему дается высокая оценка, но позже он пропадает из литературы о Севморпути.

Но если советские полярники и историки только «забыли» о первой Карской экспедиции, в реальности ей противодействовали… англичане. И это особый, много говорящий о причинах и характере интервенции на Севере, эпизод Истории.

Ледокольный пароход «Георгий Седов» (бывший «Беотик») — должен был принять участие в советской Карской экспедиции 1918 года, которая не состоялась из-за высадки интервентов в Архангельске
Ледокольный пароход «Георгий Седов» (бывший «Беотик») — должен был принять участие в советской Карской экспедиции 1918 года, которая не состоялась из-за высадки интервентов в Архангельске

Сколько украли на интервенции?

«Журнал заседания Верховного управления Северной области

6 августа 1918 г. 7 часов вечера, № 9

Председательствовал: председатель Верховного управления Н. В. Чайковский, присутствовали: члены Верховного управления: …

12. Я. Т. Дедусенко доложил об экспедиции за хлебом к устью Оби и Енисея. Изложив условия, по которым 15 августа должно быть отвезено к верховьям Оби и Енисея до 800 тыс. пудов и указав, что приняты уже меры к добытию необходимого количества товаров, коими обусловлена часть платежа, а равно отметив уже произведенные миллионные расходы по задатку и фрахту, — Я. Т. Дедусенко сообщил, что, явившись к нему ныне по поручению британского командования, торговый агент передал настойчивую просьбу британского командования не отправлять означенной экспедиции, под условием покрытия союзниками убытков, происходящих от отмены экспедиции, с предложением посылки судов за хлебом в Англию.

Мотивами изложенной просьбы были приведены рискованность экспедиции и острая нужда в судах. Докладчик пришел к заключению, что экспедиция, хотя и являлась бы далеко не лишней при существующих голодных нормах, может быть все-таки отменена согласно представлению британского командования, но под непременным условием возмещения имеющихся быть при отмене экспедиции убытков с точными гарантиями британского командования о доставке хлеба из Англии.

В происшедшем обмене мнениями эксперт адмирал Иванов высказал, что в данное время года экспедиция не представляется опасной. Эксперт Калинин присоединился к этому мнению в смысле, что отрицал опасность от льдов, но высказал неуверенность в достаточном исследовании пути.

Постановили: при том непременном условии, что британское командование точно гарантирует возмещение всех убытков, могущих произойти в случае состоявшегося уже подвоза хлеба изнутри Сибири к низовьям Оби и Енисея, а также даст заверения на имя г. председателя Верховного управления в действительности доставки достаточного количества хлеба в имеющие быть обусловленные сроки — экспедицию за хлебом к низовьям Оби и Енисея, уже подготовленную технически, отменить согласно просьбе британского командования.

Председатель Верховного управления Н. В. Чайковский…» (5).

Ничем иным, кроме личных материальных интересов, то есть коррупции в высоких кабинетах английской политической или военной власти, такую «просьбу британского командования» объяснить нельзя. В момент, когда правительство Ллойд-Джорджа парламентская оппозиция обвиняла в непомерных расходах на Севере России, британские генералы просили архангельские власти отказаться от русского и получать английское продовольствие за английский счет! Неудивительно, что расходы Лондона на интервенцию составили в итоге около 100 миллионов фунтов стерлингов.

Ледокольный пароход «Александр Сибиряков» — должен был принять участие в советской Карской экспедиции 1918 года, которая не состоялась из-за высадки интервентов в Архангельске
Ледокольный пароход «Александр Сибиряков» — должен был принять участие в советской Карской экспедиции 1918 года, которая не состоялась из-за высадки интервентов в Архангельске

Примечания:

  1. 1917−1920. Октябрьская революция и интервенция на Севере. Сборник № 4. Архангельск. 1927. С.249−250
  2. Н. Васильев. Карская экспедиция. М. 1921. С.7
  3. Карские операции 1920−1930-х годов. Сборник документов из архива компании «Совфрахт». Авторы составители: М. Емелина, М. Савинов, П. Филин. М.2019. С.14−15
  4. С. Ц. Добровольский. Борьба за возрождение России в Северной области. В сборнике «Белый Север. Мемуары и документы. Составитель В. И. Голдин. В 2 томах. Архангельск. 1993. Т.2. С.111
  5. Интервенция на Севере в документах. Составитель И. И. Минц. М. 1933. С.63−64

Читайте ранее в этом сюжете: Целегоры: Федор Абрамов, Полет и ребра гиганта

Читайте развитие сюжета: Чижгора: убежище людей в эру компьютеризации-роботизации — деревня