Обращение ярославского судьи Андрея Курапина к генеральному прокурору России Юрию Чайке отражает лишь часть проблемы и не будет иметь никаких серьезных последствий. Так считает заведующий кафедрой уголовного права и криминалистики Ярославского государственного университета, председатель регионального отделения Ассоциации юристов России, доктор наук Артём Иванчин.

Молоток судьи
Молоток судьи
Pixabay.com

Как сообщало ранее ИА REGNUM, в ходе рассмотрения дела о взятках в Ярославле судья вынес частное постановление с требованием к генпрокурору прекратить практику необоснованного препятствования к рассмотрению дел в особом порядке. По мнению эксперта, ставший достоянием общественности документ является его личной позицией и не согласован с коллегами.

«На мой взгляд, это личная позиция судьи Курапина, не согласованная с судейским сообществом. Это крик души, смелый поступок, но, к сожалению, он не будет иметь никаких серьезных последствий. Проблема гораздо глубже, чем написал в частном постановлении судья. Полагаю, что постановление будет отменено по итогам апелляции», — рассказал корреспонденту ИА REGNUM Артем Иванчин.

По словам эксперта, негласное указание уменьшить количество дел, рассматриваемых в особом порядке, действительно существует. Но оно вызвано вовсе не желанием прокуратуры усложнить работу судей.

«Это попытка со стороны генпрокуратуры искусственно создать состязательность в процессе. Дело в том, что количество оправдательных приговоров сегодня ничтожно мало — всего 0,2%, и об этом все громче заявляют правозащитники. Даже в сталинские времена их было 8−9%. Но о каких оправдательных приговорах может идти речь, если 80% обвиняемых соглашаются с предъявленным обвинением? Это происходит вовсе не потому, что они виновны, а потому, что считают доказательство невиновности невозможным в рамках созданной правоохранительной и судебной систем», — считает Артем Иванчин.

Эксперт привел примеры из числа громких уголовных дел в Ярославской области, когда процедура «добровольного» признания вины противоречила фактам. Например, по делу Урлашова обвиняемый Максим Пойкалайнен согласился с обвинением, в котором соучастником значился заммэра Дмитрий Донсков. Однако впоследствии суд оправдал Донскова. Признал свою вину в превышении должностных полномочий и бывший мэр Переславля Денис Кошурников, отсидевший в СИЗО более полутора лет. Суд не согласился с этим, изменив квалификацию на халатность, то есть неумышленное преступление. Кошурников был освобожден от уголовной ответственности. По словам Иванчина, массовая практика признания вины и рассмотрения дел в особом порядке приводит к тому, что сама идея правосудия оказывается дискредитирована.

«Адвокаты убеждают своих клиентов, что доказывать невиновность бессмысленно. Лучше во всем сознаться и получить более мягкое наказание. Судьям проще иметь дело с теми, кто признает свою вину. Проще отправить в колонию, чем оправдать. По факту презумпции невиновности нет, есть презумпция виновности. Как в анекдоте: «То, что вы не сидите, не ваша заслуга, а наша недоработка». Судья Курапин сейчас возмутился, что прокуратура помешала ему быстро вынести приговор. Но если бы адвокат взялся доказывать невиновность подсудимых, тем самым затягивая процесс, условный судья Курапин возмутился бы также. И выместил свою злость на подсудимом в приговоре. К сожалению, нет равного состязания обвинения и защиты, есть машина по производству обвинительных приговоров», — полагает ярославский юрист.

Артем Иванчин приводит статистику — оправдательные приговоры отменяются вышестоящими судами в 4 раза чаще, чем обвинительные. Оправдывая подсудимого, судья гораздо сильнее рискует «испортить себе статистику», чем вынося обвинительный приговор.

По мнению председателя регионального отделения Ассоциации юристов России, чтобы изменить эту ситуацию, нужна серьезная политическая воля.

«Судьям нужно начать судить по справедливости и по закону, но для этого тоже нужно «распоряжение сверху», — резюмирует эксперт.

Читайте ранее в этом сюжете: Ярославский судья выступил против Генеральной прокуратуры

Читайте развитие сюжета: Прокуратура обжаловала «обращение» ярославского судьи к генпрокурору