Вполне понятное желание доказать древность и историческую значимость украинского этноса порой и гораздо чаще, чем хотелось бы, приводит многих национальных историков даже не к ошибкам, а простому игнорированию самой истории. А дальше еще хуже: если для предложенной гипотезы не хватает фактов — придумаем, если факты противоречат выдвинутой гипотезе — тем хуже для фактов. В совокупности это приводит к ощущению дикого невежества (или хорошо мотивированной ангажированности) самих гипотез.

Андрей Колеров. Два черепа. 1991
Андрей Колеров. Два черепа. 1991

Ну, например…

Очень хочется привязать дописьменную историю славянства (а для этой стаи товарищей славянство равно украинству) к письменным историографическим схемам античности. Желание, повторюсь, понятное, но, слегка перефразируя двух великих одесситов, «невежество становится на пути великих комбинаторов».

Выдвигается гипотеза: «Именно 10 год до нашей эры следует считать своеобразной датой «рождения» украинской народности, именно тогда она вышла на историческую арену» (Станислав Семенюк). Доказательство? Пожалуйста: «В 10 году до нашей эры римские источники впервые упоминают о загадочных осел (Osovie), которых где-то к северу от Среднего Дуная покорил римский консул Марк Визиний».

Звучит красиво, но вот беда — консула Марка Визиния никогда в жизни не существовало. В 10 году до н. э. консулами Рима были мало чем примечательный Фабий Максим Африкан и в чем-то легендарный Юл Антоний.

Юл Антоний, младший сын Марка Антония, ближайшего друга Юлия Цезаря и злейшего врага его внучатого племянника, первого императора Рима Октавиана Августа, после гибели отца воспитывался в окружении Августа и даже женился на его племяннице. Но этого показалось мало, и Юл стал любовником дочери Августа, Юлии. Очень красивой и умной женщины, но женщины совсем уж «облегченного поведения». И резвилась Юлия не втихую, а вполне откровенно и публично, и даже на рострах (специальной платформе в центре Рима, с которой ораторы обращались к людям). Император долго терпел, но, в конце концов, взбеленился и отправил дочь в суровую ссылку на крошечный остров Пандатерия, а Юл Антоний «на том основании, что его поведение было вызвано замыслами монархии, был казнен» (Дион Кассий). Так что интриганом Юл был знатным, мужчиной видным, но о его походах за Дунай ничего не известно. Хотя, может быть, пану Семенюку виднее?

Жан-Жозеф Тайлассон. Вергилий читает Энеиду Августу и Октавии. 1787
Жан-Жозеф Тайлассон. Вергилий читает Энеиду Августу и Октавии. 1787

А также, возможно, он в пылу тщеславного рвения спутал даты и имя: консул, но не 10-го, а 19 года до н. э., Марк, но не Визиний, а Виниций — тот в десятом году действительно воевал на Балканах, превращая в римские провинции Иллирию (запомните это название) и Далмацию. Виниций действительно переходил Дунай, но ни о каких крупных сражениях там римские историки не упоминают.

Но кто тогда эти таинственные «осы», которых Семенюк считает славянами=украинцами? О них более подробно писал другой гений античной историографии, Корнелий Тацит (конец I — начало II в. н. э.). В 43-й главе своей «Германики» он заметил, что «Сзади к маркоманам и квадам (германские племена — М. С.) … примыкают осы и буры… что котины и осы не германцы, доказывают их языки, галльский у первых, паннонский у вторых, и еще то, что они мирятся с уплатою податей. Часть податей на них, как на иноплеменников, налагают сарматы, часть — квады, акотины, что еще унизительнее, добывают к тому же железо».

То есть для Тацита «осы» — это население, явно «выдавленное» римлянами из Иллирика (возможно, тем же Марком Виницием), говорящие на своем, иллирийском языке и влачащие униженное существование в германском окружении. Но что нам Тацит, когда у нас есть Семенюк? Вслед за добросовестным, но совсем не великим немецким ученым конца XIX века Эмилем Риттерлингом он считает Тацита «ошибочной версией», а «осов» — только славянами. Почему? Да потому, что «римляне затем использовали их в борьбе с германскими племенами».

Восхитительно! Интересно, автор этой, простите, гипотезы знает, что основным политическим принципом римлян было divide et impera (разделяй и властвуй)? И что веками Рим разделял родственные и не очень племена своих противников, чтобы те упоенно резали друг друга. Кстати, с тех пор мало что изменилось, правда?

Отто Альберт Кох. Битва в Тевтобургском лесу. 1909
Отто Альберт Кох. Битва в Тевтобургском лесу. 1909

В 9 году новой эры вождь германского племени херусков Арминий в пух раскатал 18-тысячную римскую армию полководца Квинтилия Вара в Тевтобургском лесу. Октавиан был в ужасе, прекратил принимать пищу, зарос бородой, катался по полу и кричал: «Вар, верни легионы». Но римляне не отомстили за эту звонкую и кровавую пощечину. Это за них сделали сами германцы: сначала Агандестерий предлагал римлянам отравить Арминия, а позже, в 21 году, его убили свои же: херусков автократическое правление Арминия явно утомило.

И следующее па в этно-лингво-историческом гопаке Станислава Семенюка: «О «Карпатских оросах» (Karpathes Oros) упоминает Птолемей в своей «Географии». Сочетание этих двух этнических названий в одно является чрезвычайно красноречивым и свидетельствует о том, что это уже не только общее для всего этноса, а конкретное название одного из его крупнейших племен».

Серьезный довод… Правда опять беда: слово-этноним «орос», «урус» — восточного происхождения. Так восточные народы (кавказцы, тюрки, татары, мадьяры) называли русских. Современные венгры, которые и сейчас называют «оросами» и русских, и украинцев, и белорусов, и даже венгров, живущих на территории Закарпатья, имеют на это историческое право. Потому что они и есть азиатский народ, прорвавшийся в IX веке на территорию Паннонской равнины. Правда, в эпоху Птолемея (середина II века новой эры) до плотного и рокового для античности столкновения с кочевой Азией (гуннами) оставалось еще более двух веков. До исторического появления «росов», «русов», «русинов», «русских» — и того более.

Но такие «мелочи» совершенно не смущают исследователей уровня и задач Станислава Семенюка. Весь этот парад невежества был затеян львовским исследователем с одной, но пламенной целью: убедить кого-нибудь, что «название «осы» постепенно трансформировалась как: осы — оросы — росы — русины — русы».

А ради такой «высокой цели» можно небрежно отодвинуть и факт, и дату, и даже логику исторического процесса.