Новодвинская крепость: создатель Петропавловки убил друга на дуэли

Путешествия по Русскому Северу

Владимир Станулевич, 14 июня 2019, 10:59 — REGNUM  

Модернизация России, начатая Петром по европейским лекалам, потребовала большого числа специалистов в отраслях, возникающих, как, например, военный и торговый флот, с «чистого листа». Европейские специалисты и ранее привлекались в Россию, но такого массового и профессионально широкого призыва не было никогда. Дошло до того, что в 1698 году Корнелий Крюйс погрузил на четыре корабля несколько сотен мастеров и офицеров и привез их в Архангельск.

Вербовкой занимались лично Петр, его ближайшие соратники, русские посольства. Они отвечали перед царем за мастерство вербуемых, и, судя по сравнительно низкому проценту выявившихся профнепригодных, система работала. Больший отсев давали многочисленные конфликты, возникавшие в хаосе реформ и войны со Швецией, Турцией и так далее.

Законодательство, обычно решающее общественные противоречия, не работало. Допетровское в значительной части демонтировали, петровское, вводимое противоречивыми указами, работало с перебоями. В связи с этим торжествовал естественный отбор. Дуэли, смерти по неизвестным причинам, убийства, аресты, изгнания со службы и казни превратились в неотъемлемое явление. Петр выстраивал сдержки и противовесы, вводя новых исполнителей его воли и поддерживая непрерывный конфликт, заставлявший систему власти работать.

У возможностей «ручного управления» есть пределы. Воля царя шла в нижние этажи управления по затухающей, здесь властвовала бюрократия. Отстрел нарушителей корпоративных правил, один из ее законов. Противопоставление правящей группе, личная обида императора, и влиятельный человек полностью обесценивался. Прошлые заслуги не имели значения. История выдающегося французского инженера — первого строителя Петропавловской крепости, обеспечившего штурм укреплений Нотебурга, Ниеншанца и Нарвы — свидетельство тому.

Михаил Данков, Ирина Гузевич, историки: «Ламбер де Герен Жозеф Гаспар (1655 г., Гренобль — не ранее 1717 г.), француз, пехотный офицер, военный инженер… По собственному утверждению, служил в королевской армии во Франции в чине генерала… в действительности был ординарным инженером в Париже… Выдав себя за инженер-генерала, отправился в Россию по «абшиду» чрезвычайного посла России при польском дворе Г. Ф.Долгорукого. Долгорукий тщательно осведомился о «житии, нраве, искусстве и умении шляхетного господина де Герен»…

По условиям найма Ламбер должен был получать 130 ефимков в месяц… Он должен был выучить русский язык за год, а «если не выучится, отпустить его в свою землю». Ламбер действительно обладал знаниями в военной инженерии… В том же году подал царю записку об организации этой отрасли в русской армии. …добивался полной автономии инженерного управления в армии. Для себя просил звание генерал-лейтенанта.

В 1703 г. Ламбер сопровождал Петра I в Архангельск… Ему приписывают проект Новодвинской крепости (на Линском острове у Березовского устья Северной Двины) и руководство там работами (хотя проектировал и строил крепость с 1701 г. прусский инженер Георг Эрнест Резе)» (1).

Игорь Гостев, архангельский историк: «В свой третий приезд в 1702 году Петр I был в Архангельске с большой свитой, которая взяла для постоя лучшие дома Немецкой слободы… известно, что для государя был построен «дворец» — дом на Марковом острове у строящейся Новодвинской крепости. Там же находились дома инженера Георга Резе и полковника Матвея Бордовика» (2).

Петр I в третий раз был в Архангельске с 30 мая по 6 августа 1702 года и лично наблюдал за строительством Новодвинской крепости, поселившись в доме на Марковом острове. Ламбер, входящий в царскую свиту и считавший себя главным над всеми военными инженерами, наверняка осматривал строительство, комментировал его ход царю. Но следов его вмешательства в дела Иоганна Резе в документах не обнаружено — то ли Ламбер считал неуместным мешать, то ли Петр I не допустил этого. Перед Ламбером стояла другая, более сложная задача, чем строительство крепости на Северной Двине.

Михаил Данков, Ирина Гузевич, историки: «Занимался инженерным обеспечением похода по «Осударевой дороге» (тайному рейду армии из Беломорья в Ижорию по сухому «мостовому пути» с целью атаки шведских крепостей Нотебург и Ниеншанц), включая строительство в августе наплавных мостов через пролив Выгозеро — оз. Боброво и через р. Верхний Выг. Но в самом начале марша, 16−27 августа 1702 года, после дуэли заколол шпагой голландского офицера П. фон Памбурга. Однако получил царское прощение, ибо виновником инцидента являлся сам Памбург (свидетелями события были И. Чаберс, П. Постников и другие)» (3).

Михаил Данков, карельский историк: «…весной 1702 года… голландец П. Памбурх и… английский капитан Я. Валронт с вице-адмиралом К. Крюйсом из Воронежа были направлены к «Архангельскому корабельному пристанищу»… контролировать строительство… фрегатов «Сошествия Св. Духа» и «Скорый гонец», заложенных на «Соломбоне» у датчанина И. Э. Избранта. Здесь в «Городе»… капитан Памбурх с Ламбером на Северной Двине «…был весьма приятельски и конфидентно трактован».

…"в четверток» 5 августа 1702 г. систершипы Я. Валронта и П. Памбурха в составе флотилии К. Крюйса из 10 судов отправились от Двины через Б. Соловецкий остров к м. Вардегорский, где размещалось монастырское Нюхоцкое усолье.

Вечером 16 августа эскадра прибыла к острову Рислуда в Онежском заливе Белого моря… с кораблей эскадры началась беспрецедентная в истории России широкомасштабная военно-морская десантная операция. В течение нескольких часов лейб-гвардейцы и 4 000 «начальных людей» из кремлевской свиты совершили героическую высадку на необитаемый берег в 20-ти верстах от Нюхчи Волостной.

…Гаспар Ламбер де Герэн, «…вышед на берег» и, оказавшись лицом к лицу с «капитан-командором голландской нации, именуемым Панбурх», без лишних глаз «наедине» его «в лесу заколол шпагою до смерти… он, Панбурх, его нападением своим наглым с обнаженною шпагою принудил против себя обороняться… шпагу свою против его уставил», а затем «…насувся прокололся».

Инициатором ссоры стал вспыльчивый Памбурх, который рассудительному Ламберу задал грубоватый вопрос: «Для чего ты с таким гунифотом помирился? Знатно такой же и ты гунифот». Речь касалась напряженных отношений капитана П. Памбурха и вице-адмирала К. Крюйса.

Пререкаясь, брутальный «капитан корабля, успевший… хватить изрядную порцию голландской водки», будто бы, продолжал оскорблять генерала-инженера: «Молчи,…и рот свой держи! В моей воле, что я тебя в карман мой всуну».

За обиженного Ламбера заступился дипломат и врач П. В. Постников… Однако разгоряченный голландец и ему ответил на повышенных тонах: «Ты меня задираешь! Изволь со мной на шпагах биться».

Между тем Питер фон Памбурх, вскоре оказавшись наедине с де Герэном, отдав должное «Ивашке Хмельницкому», в очередной раз не сдержался: «Теперь ты за вице-адмирала и за Постникова стой и отведай голландца… вынимай шпагу или я тебя заколю»…у…французского генерала-инженера сдали нервы…: «…я себя заколоть не дам». В ответ лишь услышал очередную угрозу: «Боронись сколько можешь».

Однако начавшийся поединок завершился мгновенно: «Шпага…пробила кафтан, грудь, сердце Памбурга», и, нетвердо стоявший «бедный капитан грянулся на землю, не издав ни звука».

Обескураженный столь стремительной развязкой, Ламбер сообщил генерал-майору Семеновского полка И. И. Чамберсу о смертельном поединке и сдал шпагу со словами: «Предаюсь в волю Государеву». При осмотре места дуэли поверженного голландца «нашли успяща на спине, шпага у него в руке на голо».

…»…по свидетельству бывших тогда в той компании почтенных особ», французский генерал, был «признан невинным». …Петр, очевидно, намеренно проявил «цареву благосклонность» и простил фортификатора, ограничившись формальным выговором» (4).

Михаил Данков, Ирина Гузевич историки: «Из письма Петра I Ф. М. Апраксину от 10 сентября 1702 г.: «Господин Памберх на пристани Нюхчи от генерала инженера Ламберта заколот до смерти, которой он сам был виною, о чем чаю вам не безъизвестно».

Прощеный дуэлянт продолжил поход по «мостовой настилке» на Повенецкий рядок и далее к Нотебургу на Ладожское озеро. Там он «шанцы начал и опроши учинил», а 29 и 30 сентября начал строить батареи для пушек и мортир… После взятия Нотебурга вместе с Петром составил проект новых укреплений города, переименованного в Шлиссельбург.

Француз в качестве руководителя инженерной части участвовал в осаде Ниеншанца в апреле — мае 1703 г. «В 25-й день Апреля… Генерал Лямберт с пехотными несколькими полками… опроши или шанцы изрядно начали в разстоянии в 30 или в 20 саженях от города. Неприятель же зело в том препятствия чинили и из пушек непрестанно стреляли». Вероятно, он давал Петру I также советы по выбору места для будущего Петербурга. …вместе с Г. И. Головкиным изучил местность, где должна была быть основана новая российская столица. …в мае-июне 1703 г. им был разработан проект первой «земляной фортеции» — деревоземляной Петропавловской крепости на о. Яниссари (Заячьем). По этому «Плану Санкт-Петербургской крепости с одним равелином» и строилась первоначальная крепость… Летом 1704 г. он участвовал в осаде и взятии Нарвы. Ламбер не случайно в 1703 г. получил орден Св. Андрея Первозванного (11-м по счету)…

В 1705 г… он с отрядом был направлен в Гродно в качестве подкрепления королю Польши Августу II. Во время осады Гродно Карлом 12 Август II покинул город, и Ламбер последовал за ним. Впоследствии инженер объяснял свое дезертирство с русской службы необходимостью следовать за своим государем (Августом II — прим. автора), который всего лишь «одолжил» его царю… Русские же утверждали, что он, не спросясь «главных своих командиров… от страха или ради измены… от войска Его Величества яко дезертир отлучился и потом никогда не возвратился»…

Вскоре Ламбер… сожалея о своем решении, слал царю письма в надежде получить прощение и снова быть принятым на русскую службу… Шафиров писал к российскому послу в Берлине Измайлову: «Сказать сему Ламберту, дабы он не дерзал носить российского ордена Святого Андрея». …русские власти потребовали ареста Ламбера за дезертирство, публикацию клеветнических сочинений, направленных против Петра I и А. Д. Меньшикова, и незаконное ношение российского ордена, его арестовали, с парадного кафтана сорвали «рыцарский орден»… Последнее письмо Ламбера Петру I было послано 6 июня 1715 г. из Ливорно, в нем он умолял царя о прощении в память о его былых заслугах, просил разрешения вернуться в Россию и вновь стать русским подданным, но его письмо оставлено без ответа…» (5).

Петровская бюрократия вытолкнула Ламбера из ближнего круга царя в момент, когда уже могла заменить его более предсказуемыми и послушными исполнителями. «Отряд не заметил потери бойца».

Примечания:

  1. Иностранные специалисты в России в эпоху Петра Великого. Под редакцией В. С. Ржеутского и Д. Ю.Гузевича. М. 2019. С.360−362
  2. И. М. Гостев. Монархическая реликвия. Архангельская старина. № 3 — 2009, 1−2010. С.21−28
  3. Иностранные специалисты в России в эпоху Петра Великого. Под редакцией В. С. Ржеутского и Д. Ю. Гузевича. М. 2019. С.362
  4. М. Ю. Данков. Дуэль на берегу Белого моря в 1702 году. Сайт Котласских историков «Северное трехречье»
  5. Иностранные специалисты в России в эпоху Петра Великого. Под редакцией В. С. Ржеутского и Д. Ю. Гузевича. М. 2019. С.363

Читайте ранее в этом сюжете: Архангельск: здесь пижонство проникло в Россию

Читайте развитие сюжета: Верфь на Быку: битва «под ковром» за Архангельск

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail