На железнодорожном вокзале Минска сменили вывеску: русскоязычную надпись заменили на белорусскоязычную с дублированием на английском языке. Ранее на центральной железнодорожной станции белорусской столицы были уничтожены русскоязычные вывески — вместо них появились указатели на «мове», английском и китайском языках.

Дерусификация топонимики Минска в польском стиле
Дерусификация топонимики Минска в польском стиле
© ИА REGNUM

Подавляющее большинство жителей Белоруссии — русскоязычные, среди минчан численность белорусскоязычных близка к статистической погрешности. Ещё меньше таковых среди иностранцев, прибывающих железнодорожным (как, впрочем, и иным) транспортом в Минск.

«Это происходит шестой год. По всему Минску, по всей Беларуси, — пишет Telegram-канал «Бульба престолов». — Чаще всего вообще без всякого обоснования, с помощью телефонного права и устных распоряжений, идущих вплоть от министров, а тем с самого верха. Порой, для более системного искоренения русского языка, принимается подзаконный акт, будто это делает подобную практику более законной. Это даже не столько плевок в лицо российских властей, сколько в собственных граждан, которые не говорят и не будут говорить на мове».

Мингорисполком и Мингорсовет, русскоязычные вывески уничтожены
Мингорисполком и Мингорсовет, русскоязычные вывески уничтожены
© ИА REGNUM

Уничтожение русскоязычной топонимики — государственная политика, которую власти проводят не первый год. В русскоязычном Минске почти не осталось уличных указателей на русском языке, русскоязычные вывески государственных учреждений тоже убираются без объяснения причин.

Наглядным примером служит расположенный недалеко от железнодорожного вокзала Мингорисполком, на здании которого несколько лет назад была русскоязычная вывеска. В этом же здании расположен Мингорсовет — его русскоязычная вывеска тоже ликвидирована. Власти города считают излишним объяснять минчанам мотивацию своих действий.

Если пройти ещё сотню метров через площадь Независимости (ранее — площадь Ленина) и дойти до здания Минэкономики Белоруссии, то на здании министерства можно увидеть две вывески — на «беларускай мове» и на английском языке. На этом же здании висит белорусскоязычная вывеска в «вышиваночном» стиле — ею заменили русскоязычную.

Минэкономики Белоруссии, вывески на русском языке нет
Минэкономики Белоруссии, вывески на русском языке нет
© ИА REGNUM

Такая же ситуация с вывесками на зданиях других государственных органов, учреждений и организаций. Русскоязычные вывески «исчезают» со зданий судов, вузов, прокуратуры — остаются только «мовные», реже — с дублированием на английском языке. При этом крайне непросто найти среди сотрудников госорганов и госучреждений белорусскоязычного.

Конституцией Белоруссии закреплены равные права двух государственных языков — русского и белорусского, оба они — государственные. На улицах Минска крайне редко можно слышать иную речь, кроме как русскую. Тем не менее русскоязычному большинству белорусов власти всячески дают понять, что с ними что-то не так.

За счёт русскоязычных налогоплательщиков оформлена наружная реклама «роднай мовы» — родным языком власти Белоруссии называют язык лингвистического меньшинства. Ещё один термин, внедряемый властями в ходе политики «белорусизации» («дерусификации») — «язык нации»: он также отсутствует в Конституции или каком-нибудь законе, но активно используется властями и русофобствующими национал-радикалами.

«Белорусизация» в наружной рекламе
«Белорусизация» в наружной рекламе
© ИА REGNUM

Во время состоявшегося год назад процесса над белорусскими публицистами (уголовное «дело регнумовцев») в Мингорсуде разбирались публикации Дмитрия Алимкина, Сергея Шиптенко и Юрия Павловца. Представители Мининформации и Госкомитета судебных экспертиз утверждали, что критиковать «белорусизацию» нельзя, так как это государственная политика и к ней можно относиться либо хорошо, либо нейтрально (о мёртвых рекомендуют говорить то же самое). По мнению представителей государственных органов, нельзя говорить об «изгнании» русскоязычной топонимики. С таким подходом согласился судья Игорь Любовицкий, приговоривший троих публицистов к пяти годам лишения свободы.

Языковой вопрос стал проблемой с подачи местных националистов, которые после августа 1991-го фактически стали у руля БССР, изменили Конституцию и закрепили в ней статус «беларускай мовы» как единственного государственного языка. В ходе очередной волны «белорусизации» русский язык последовательно выдавливался из всех сфер жизни белорусского общества и конец этому, как казалось, положил Александр Лукашенко.

Уличный указатель в центре Минска около ст.метро «Немига»
Уличный указатель в центре Минска около ст.метро «Немига»
© ИА REGNUM

В 1994 году Лукашенко шёл на выборы первого президента Белоруссии с программой, в которой декларировалось прекращение «белорусизации» и воссоединение единой страны, формально разрушенной также в Белоруссии — на правительственной даче «Вискули» в Беловежской пуще». Выполняя предвыборные обещания, Лукашенко провёл в 1995 году референдум, на котором подавляющее большинство (83,3%) проголосовало за придание русскому языку статуса государственного, равного с белорусским. Вопрос о русском языке как о единственном государственном на референдум не выносился.

Теперь в Белоруссии проходит очередная волна «белорусизации», которую также называют «дерусификацией», и санкционировал её тот же Лукашенко. Не зря осужденным белорусским публицистам вменяли в вину констатацию «союза власти и националистов» — об этом тоже запрещено публично высказываться, будь ты сторож или вузовский доцент с учёной степенью.

Остаётся лишь констатировать факт: русскоязычная топонимика в Белоруссии «исчезает». Она «исчезает» так же стихийно и случайно, как что-нибудь вкусное в холодильнике или наличность в кошельке.

Минск, топонимику в польском стиле дополняет памятник «белорусу» Адаму Мицкевичу
Минск, топонимику в польском стиле дополняет памятник «белорусу» Адаму Мицкевичу
© ИА REGNUM