«И ваш умрёт»: откровения матери о лечении онкологических заболеваний

Сотрудник Российского детского фонда в Республике Алтай Ирина Попова рассказала, почему считает, что лечить онкологические заболевания лучше за границей

Горно-Алтайск, 14 января 2019, 08:36 — REGNUM  В Иркутской области самой печальной новостью прошедшей недели стала смерть трёхлетнего Влада, у которого было онкологическое заболевание четвёртой стадии. О мальчике стало известно после декабрьской пресс-конференции президента Владимира Путина, на которой журналист из Владивостока попросил помочь решить вопрос с транспортировкой мальчика на лечение за границу. Увы, было слишком поздно.

Читайте также: Скончался онкобольной мальчик, помочь которому просили Путина

«Если речь идёт об опухоли внутренней локализации, то на ранних стадиях она никак себя клинически не проявляет. При появлении жалоб, как правило, опухоль уже запущена. И конечно, ранняя диагностика у нас страдает», — признался в разговоре с корреспондентом ИА REGNUM заведующий торакальным отделением Алтайского онкоцентра, хирург высшей категории Александр Агеев.

Другие доктора тоже признают, что ранняя диагностика рака в России оставляет желать лучшего. Но за рубежом, по мнению алтайского общественника, кандидата медицинских наук Константина Емешина, есть свои особенности: на тяжёлых онкобольных зарабатывают огромные деньги, поэтому далеко не везде заинтересованы в ранней диагностике. Однако, судя по словам сотрудницы Российского детского фонда в Республике Алтай Ирины Поповой, ребёнка которой тоже не удалось спасти, существует множество других проблем.

Читайте также: Кто зарабатывает на онкобольных: мнения

«К нам в фонд обращаются родственники онкобольных детей, и, кажется, ситуация не меняется, а только становится ещё хуже и хуже. Сделала вывод, что каждый врач относится к своей профессии по-своему.

В Горном Алтае не умеют делать диагностику онкологии совсем. Всё доходит до последних стадий — детям нет возможности делать снимки и правильно их расшифровывать. В Барнауле врачи хорошие, очень переживают за детей, но лечат тем, что предлагает государство. А наше государство только урезает стоимость лечения. В Санкт-Петербурге доктора работают по новым технологиям. Хотя новыми их можно назвать с натяжкой: то, что на Западе устаревает, у нас это новые технологии. Поэтому полагаю, что именно Запад — это каждый год новые схемы лечения и новые запатентованные лекарства», — отметила Ирина Попова.

В пример она привела историю, свидетельницей которой была тогда, когда лечила своего ребёнка в Англии.

«Одного мальчика из России привезли прямо из хосписа. Началось лечение тем, чего нет в России. Мальчишка прожил еще два с лишним года. Мы приехали с рецидивами. Каждый рецидив сокращает годы жизни. Прожили два с лишним года. Вот и сделала вывод: если сразу ехать на заграничное лечение, а не томиться в России и не губить организм напрасно химиями, вылечить можно», — высказала своё мнение Ирина Попова.

К тому же, по её словам, родители больных детей часто сталкиваются с врачебным хамством.

«Опишу недавний случай у нас в Горно-Алтайске: мама ребёнка к нам обратилась, рассказала, что четыре месяца её новорожденный кашлял. Его долго лечили от бронхита, но кашель не проходил. Тогда родители за свой счет провели обследование, оно показало: онкология съела легкое. Ребенку не хватало воздуха, он задыхался. Мамочка попросила подключить ребенка к аппарату, на что заведующий хирургическим отделением местной больницы сказал: «Вчера умер ребенок от онкологии, и ваш умрет». Халатность присутствует!» — поделилась информацией сотрудник Российского детского фонда в Республике Алтай Ирина Попова.

Исходя из своего опыта и историй, с которыми она ознакомилась, работая в фонде, Ирина Попова сделала вывод:

«Чтобы добиться в лечения в онкологии, надо идти напором и войной на минздрав. Нам много попадалось хороших врачей, но они все заложники системы. Чиновники не хотят заморачиватся, а в глубинках нет врачей-онкологов — ни детских, ни взрослых».

И ещё — об экономии и кадрах. По словам Ирины Поповой, алтайские врачи рады бы применить новинки, но их редко довозят до клиники.

«А если и привозят, то пакет «химии» могут делить на двух детей из экономии, если лекарства привезли мало. Опытных врачей вообще мало, а учитывая, что новые знания медикам теперь приходится получать за свой счёт, ситуация ещё хуже будет. В первую очередь виню всю систему российского Минздрава. Врачи — они подневольные», — заключила Ирина Попова.

Как уже сообщало ИА REGNUM, в ночь на 10 января 2019 года в Иркутске скончался трёхлетний Влад, у которого в мае 2017 года случайно обнаружили рак четвертой стадии (нейробластома забрюшинного пространства). Независимые патологоанатомы подтвердили правильность диагноза и тактики лечения ребёнка.

Читайте ранее в этом сюжете: Слишком поздно: о смерти мальчика, про которого рассказали Путину

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail