Общественные земли Москвы: было ваше, стало наше

Глубоко ошибаются те, кто считает, что наступление на права москвичей ограничивается лишь лишением их придомовых территорий

Алина Енгалычева, 22 декабря 2017, 15:23 — REGNUM  

Продолжая поднятую автором ИА REGNUM Владимиром Молодых тему по отчуждению (воровству) части земельных участков многоквартирных домов москвичей, принадлежащей им на праве общей долевой собственности в силу закона в размерах, установленных к моменту возведения этих домов до начала двухтысячных годов, предлагаем вашему вниманию ещё один аспект столичного межевания.

Подробности читайте здесь: Антиконституционный заговор лишил москвичей земли — 3

Биолог, член «Общественного экологического совета города Москвы» Алина Енгалычева наглядно показывает, как правительство Москвы переводит земли общего пользования, не подлежащие приватизации, в земли для коммерческого использования, в частную собственность для ограниченного круга лиц.

Читайте также: В Москве подвели итоги Года экологии — неутешительно

Общественные земли Москвы: было ваше, стало наше

Кончается 2017 год, объявленный годом экологии.

Прошла пора, когда целью проводимых встреч на тему охраны окружающей среды и защиты зеленых насаждений было поименное перечисление всех точек градостроительных конфликтов. Теперь отдельные примеры, которых в масштабах города в десятки раз больше, лишь иллюстрируют общую схему происходящих событий. С земельным переделом, который в Москве носит системный характер, столкнётся каждый. Знайте: ваш случай — не уникален.

Экологи начали зрить в корень: тема обрела смысл защиты не вершков, а корешков.

Систематизация накопленных фактов и доказательств, анализ изменчивого многоликого законодательства дали возможность экспертам презентовать «арсенал» приемов, который является инструментом для захвата золотой московской земли в интересах застройщиков, коммерсантов, ограниченного круга лиц. Вот он, «базовый боекомплект».

Главное — учет и контроль.

В доперестроечное время и вплоть до 2000 года «объекты зеленых насаждений общественного пользования (парки, сады, улицы и проезды, скверы, бульвары и др.)» учитывались государственным учетом — техническим учетом БТИ, на каждый объект составлялся инвентарный план и паспорт (Приказ Минкоммунхоза РСФСР от 12.03.1971 N 130 «Об утверждении «Инструкции по инвентаризации зеленых насаждений в городах, рабочих, дачных и курортных поселках РСФСР»)

После принятия закона «О земельной реформе» должен был осуществляться переучет всех земель. Для этой цели в Москве был создан Московский земельный комитет (Москомзем), который должен был, используя документы БТИ, перенести сведения о границах всех объектов озеленения общественного (по нынешней терминологии — общего) пользования в создававшийся тогда кадастр. По итогам мониторинга отмечено неудовлетворительное состояние территорий природного комплекса (ПК) Москвы, недопустимое сокращение территорий ПК Москвы и установлена необходимость сохранения существующих объектов ПК. Инвентаризация и паспортизация всех объектов озеленения общего пользования кочевала из постановления в постановление, ответственными были назначены Москомзем и БТИ; планировалось получение сведений от Москомзема по данным кадастра земель; создание кадастра и мониторинг зелёных насаждений (ответственные — Департамент инженерного обеспечения, Мослесопарк, БТИ). На инвентаризацию земель Москвы выделялись бюджетные средства, и чиновники уже в 1996 году отчитались о проведении инвентаризации 95% земель города. Несмотря на якобы проведенную инвентаризацию всех земель города, в 2005 году вновь возникает вопрос мониторинга и инвентаризации земельных участков общего пользования, в том числе природного комплекса (парков, скверов и т.д.). Заявленная цель — подготовка информации и документов для ведения Государственного земельного кадастра, который к тому времени уже существовал 4 года. Но в результате мониторинга в кадастр были внесены только объекты улично-дорожной сети (УДС), и не в фактических границах, а в проектных красных линиях, установленных в 50-х годах прошлого века и имеющих иной смысл, в связи с чем нынешние участки УДС включают в себя практически во всех случаях земли парков и других объектов природного комплекса и жилых кварталов. В итоге ни в земельном кадастре, который появился в городах после 2000 года, ни в сменившем его Государственном кадастре недвижимости, закон о котором был принят в 2007 году, результаты инвентаризации общественных земель природного комплекса (парков, скверов и т.д.), ранее учтенных государственным учетом, не появились, а поручения внести сведения о парках, скверах (объектах природного комплекса общего пользования) в кадастр продолжали кочевать из одного постановления в другое.

Примечательно, что контроль за исполнением большинства постановлений — и про кадастр, и про озеленение, и про экологическую политику, и все-все-все — был возложен на В.И. Ресина, идеолога точечной застройки, тогдашнего руководителя стройкомплекса Москвы. Вот уж поистине — «Что охраняешь, то имеешь, и еще с друзьями делишься».

Между тем федеральное законодательство в статье 69 ФЗ № 218 и статье 45 ФЗ № 221 признает действительными документы предыдущего государственного учета, и такие объекты считаются «ранее учтенными».

«Генплан как индульгенция»

Проигнорировав требования о переучете существующих общественных земель — объектов озеленения общественного пользования, чиновники начали осваивать «прерии дикого запада», представляя якобы неразделенность земель города на отдельные участки.

Генеральный план был нарушен, в чем признавалось само правительство столицы в 1994 году: в постановлении правительства Москвы № 860-ПП от 27.09.1994 «О комплексной экологической программе Москвы» указано, что «рост Москвы как крупнейшего промышленного центра обусловил возникновение экологических проблем, резко обострившихся в последние годы. Основными причинами сложившейся ситуации являются:

не реализованы генеральные планы 1935 и 1971 годов, базировавшиеся на принципах ограничения роста города;

— нарушение границ лесопаркового пояса практически соединило Москву с экологически неблагоприятными промышленными агломерациями Подмосковья;

— Москва — самый северный мегаполис мира, и ее рост сопровождается значительным ростом потребления природных ресурсов, что усугубляет остроту экологических проблем и их специфичность;

— антропогенная нагрузка на природный комплекс и население постоянно возрастает. Количество загрязняющих веществ (в том числе особо токсичных), поступающих в атмосферу и водные объекты, количество промышленных и бытовых отходов за 25 лет возросло более чем в пять раз.

Естественный почвенный покров отсутствует более чем на 85% территории города, интенсивно идет подтопление, свыше 30% внутригородских зеленых насаждений деградировано…»

Подробности читайте здесь: О комплексной экологической программе Москвы

Но застройка всего и вся продолжилась — застраивались будущие хорды и природные территории, а затем появлялись всё новые и новые генпланы Москвы, которыми «фиксировалась» так называемая «сложившаяся ситуация». Генплан, принятый в 2010, был создан по тому же принципу, что и генплан 1999 — в очередной раз «фиксировал градостроительную ситуацию, «сложившуюся» за 90-е годы». Все эти «сложившиеся ситуации» складывались путем нарушения предыдущего генплана.

Подробности читайте здесь: Генплан как индульгенция

Генеральный план из документов стратегического планирования для самого крупного города в стране, который притянул к себе более 10 процентов населения всей Российской Федерации, превратился в документ о купле-продаже земли, абсолютно не замечающий тех катастрофических последствий, которые он несет всё более разрастающемуся мегаполису.

Речь идет не просто о каких-то бюрократических бумагах — генеральных планах развития столицы, каких-то скучных нормативах. Речь идет о том, что на протяжении большей части 20-го века самые разные группы ученых в нашей стране искали путь (вполне успешно), как избавить жителей крупных городов от характерных для них заболеваний, связанных с загазованностью, задымленностью, скученностью населения. Одним из главных способов избавиться от болезней крупных городов является значительное количество зелени, уменьшение плотности населения, живущего «друг у друга на голове», и, конечно же, ограничение безудержного роста городских агломераций.

Рецепт был очевиден, научно просчитан, представлен органам власти и принят — детально проработан в генплане 1971 года, достаточно заметен в генплане 1935 года.

К 2010 году от научных наработок, от медицинских истин не осталось и следа: безудержный рост города, массовое уничтожение зелени, уплотнительная (она же — точечная) застройка, огромное количество мигрантов, рост различных легочных заболеваний, в том числе туберкулеза.

Что мы имеем в итоге? На месте существующих парков, если сначала их «не приметить», можно создавать сотни как будто новых парков и скверов на том месте, где они существовали всегда, разрезать на их открытии алые ленты. И вот уже торжественно открывая сотый или тысячный по счету парк — параллельно вырубаются существующие, которые пришлось вырубить «по просьбам жителей».

Если всё это нанести на карты, то сокращение этих существующих спасительных «легких города» как будто бы компенсируется созданием новых, за редким исключением давно и искусственно забытых старых.

«Принципы, которые были принципиальны, были непринципиальны»

Во многом происходящий в Москве передел земли путем применения градостроительных процедур с нарушением Закона о Генеральном плане развития Москвы, документов территориального планирования и функционального зонирования обусловлен тем, что город с многовековой историей не включен в Перечень исторических поселений, утв. Приказом Минкультуры РФ N 418, Минрегиона РФ N 339 от 29.07.2010 «Об утверждении перечня исторических поселений» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 21.09.2010 N 18 487). Понятие исторических населённых пунктов было введено в мае 1970 года постановлением коллегии Министерства культуры РСФСР и Государственным комитетом Совета Министров России, когда впервые был утверждён список из 115 исторических городов и других населённых пунктов РСФСР. Через 20 лет постановлением коллегии Министерства культуры РСФСР № 12 от 19 февраля 1990 года, коллегии Госстроя РСФСР № 3 от 28 февраля 1990 года и президиума Центрального совета ВООПИиК № 12 (162) от 16 февраля 1990 года, по согласованию с Советами Министров автономных республик, исполкомами краевых и областных Советов народных депутатов был принят новый список исторических населённых мест РСФСР. Он значительно расширился и включал 426 городов, 54 посёлка городского типа и 56 сёл.

В июле 2010 года министр культуры РФ А. Авдеев подписал приказ N 418/339, согласно которому перечень исторических городов России был сокращён более чем в 10 раз — с 478 до 41. В частности, в федеральный перечень не вошли такие значимые в плане истории города, как Москва, Великий Новгород, Псков, Углич, Переславль-Залесский.

Тот факт, что Москва формально-документально не включена в указанный перечень, позволяет органам власти субъекта не согласовывать какие-либо решения с федеральными органами по перепланированию города, в том числе в части объектов культурного наследия, охранных зон, одной из которых является зона охраняемого природного ландшафта, включающая все объекты озеленения города (постановление правительства Москвы № 1215 от 28.12.1999, приложение 2), многие из которых сами являются объектами культурного наследия, памятниками истории и культуры, памятниками садово-паркового искусства. Принятие волюнтаристских решений по отмене и корректировке границ охранных зон, исключению ограничений по ряду параметров застройки и другие применяемые сегодняшними властями Москвы практики позволяют действовать практически без ограничений. В Москве важнейшие полномочия уже переданы от законодательной власти субъекта (Мосгордумы) — исполнительной. Важные и ключевые полномочия по вопросам градостроительной деятельности уже сконцентрированы у исполнительной власти — органов правительства Москвы, включая принятие таких важных документов, как Правила землепользования и застройки и поправки в Генеральный план города. С учетом мощного строительного лобби в лице «Клуба инвесторов» совершенно очевидно, что отсутствие «сдерживающих центров» может привести к реализации стройкомплексом Москвы любых, самых невероятных и порочных в перспективе проектов, и тотальному захвату всех земель города с нарушением прав москвичей.

В отношении исторических поселений действует «Положение о порядке согласования с федеральным органом охраны объектов культурного наследия проектов генеральных планов поселений и городских округов, проектов документации по планировке территории, разрабатываемых для исторических поселений, а также градостроительных регламентов, устанавливаемых в пределах территорий объектов культурного наследия и их зон охраны», утверждённое Постановлением правительства РФ от 16 января 2010 года N 2.

Кому мешали нормы инсоляции?

Некоторое время назад главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов начал регулярно повторять «мантру о туберкулезе»: дескать, нет у нас туберкулеза, и вообще туберкулез — пережиток советского прошлого, а поэтому нормы инсоляции вообще не влияют на уровень заболеваемости туберкулезом. Это изречение моментально облетело интернет, вторить ему начали другие чиновники. Почему вдруг такой поворот? Ведь нормы появились не случайно, они обоснованы.

Ларчик открывался просто. Некоторое время назад в сети появился документ, содержащий прямые указания на то, кому мешали нормы инсоляции. Это — письмо членам Клуба инвесторов от исполнительного директора В.И. Преображенского, который пишет: «…один из вопросов, который активно продвигался Клубом инвесторов Москвы через Департамент градостроительной политики города Москвы для его пересмотра и внесения изменений в нормативные акты, в настоящее время достиг своей реализации». И далее — изменения в санитарные нормы и правила, устанавливающие «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий», снижающие норматив продолжительности инсоляции.

Документ позже был удален из сети, но москвичи успели его скачать.

Между тем в Москве существуют туберкулезные диспансеры и даже Центр борьбы с туберкулезом, и они отнюдь не пустуют — места в стационаре заняты, а в диспансерах — очереди пациентов.

Продолжение следует…

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail