Получившая широкую огласку история четырёхлетней тувинской девочки, которая зимой прошла 8 километров по тайге, кажется, подошла к логическому завершению. И, по словам главы Тувы Шолбана Кара-оола, завершилась она благополучно. Генпрокуратура потребовала прекратить уголовное преследование в отношении матери, которая находилась буквально на волоске от лишения родительских прав.

Тайга
Тайга
Khural.org

Сейчас девочка живёт с матерью. Прокурору Тувы поручено принять меры по прекращению незаконного преследования женщины, сообщили ИА REGNUM в пресс-службе уполномоченного при президенте РФ по правам ребенка.

«Кажется, у меня бабушка умерла»

Стоит напомнить, с чего всё началось. Четырёхлетняя С. (имя и фамилия девочки не публикуются в интересах её безопасности — прим. ИА REGNUM ) воспитывалась у дедушки с бабушкой в таёжном местечке Салдам-Белдир. Их единственным источником дохода было содержание крупного рогатого скота. Мать С. время от времени навещала дочь, привозя с собой всё необходимое, в том числе продукты питания.

В феврале 2017 года приключилась беда, бабушка С. скоропостижно скончалась. Позже выяснилось, что от инфаркта. Дедушка принял рискованное решение — отправить внучку на близлежащий чабанский зимник. Как сообщили тогда в парламенте Тувы, мужчина знал, что до зимника — около восьми километров, но не понимал, так как является незрячим, что на дворе ещё темно: было около шести часов утра. Девочка взяла с собой коробок спичек и отправилась в путь, чтобы известить соседей о беде.

С. шла вдоль русла реки, порой увязая по грудь в снегу. Позже взрослые пришли к выводу, что ребёнку сказочно повезло, что на её пути не встретились волки, которые часто нападали на их скот. Измождённую девочку, бредущую по снегу, случайно заметила хозяйка чабанской стоянки. С. сильно замерзла и только сумела сказать взрослым: «Кажется, у меня бабушка умерла». Соседи-чабаны на стоянке Салчаков по сотовой связи позвонили врачам. На место отправились три машины, в том числе УАЗ районной скорой помощи.

«Оставление в опасности»

История четырёхлетней С. приобрела большой общественный резонанс. В марте 2017 года в республиканском следственном управлении СКР сообщили, что в отношении 31-летней жительницы Тере-Хольского района, матери С., возбуждено уголовное дело (ст. 125 УК РФ — «Оставление в опасности»).

Женщине вменялось то, что она оставила маленькую дочь у своих родителей, которые проживали в труднодоступном месте Тере-Хольского района Тувы.

«При этом она знала, что престарелые люди лишены возможности принять меры к обеспечению безопасности ребёнка», — говорилось в сообщении ведомства.

После случившегося ребёнка осмотрели медики, констатировав общее переохлаждение организма. Однако при этом они подчеркнули, что её жизни и здоровью ничего не угрожает. А представители следствия заявили, что будет дана правовая оценка действиям должностных лиц органов опеки и попечительства, а также подразделению по делам несовершеннолетних, обслуживающему территорию Тере-Хольского района.

«Уголовное преследование могло привести к лишению матери родительских прав, несмотря на то, что местные органы опеки и попечительства не выявили для этого оснований», — прокомментировали в пресс-службе детского омбудсмена РФ.

Маленькая героиня
Маленькая героиня
Khural.org

«Ребёнок должен набивать свои шишки»

История героической тувинской девочки мало кого оставила равнодушным. В том числе свои мысли по этому поводу высказал глава Тувы Шолбан Кара-оол.

«Очень рад, что благополучно завершилась история четырёхлетней С. и её мамы Эляноры из Кунгуртуга. Генпрокуратура потребовала прекратить уголовное преследование в отношении матери», — написал он на своей станице в соцсети «ВКонтакте» 24 августа.

Руководитель региона уверен, что если бы женщину всё же судили, то «присяжные признали бы её невиновной — ни в оставлении дочки в опасности, ни в плохом материнстве».

«Если вдуматься, как может быть плохой мать, у которой дочка умеет перебороть страх, сознаёт ответственность за близких людей, знает, как выжить в тайге, где нет элементарных для XXI века вещей вроде мобильной связи, электричества, дорог и так далее? А ведь она растила ребёнка не по системе какого-нибудь доктора Спока или Монтессори. Только личным, живым примером», — пишет Кара-оол.

При этом он не отрицает, что детей нужно ограждать от угроз. Однако именно эта история, по его словам, «заставила поразмышлять» и, в частности, «понять, что с виду благое и естественное стремление оградить своих чад от реалий жизни, будь то тайга или большой мегаполис, — это не всегда правильно».

Глава республики подчеркнул, что многие в Туве «были крайне удивлены, что кто-то увидел нарушение закона в том, что девочка одна прошла несколько километров по тайге».

«Ребёнок должен сам познавать их (реалии жизни — прим. ИА REGNUM ), набивать свои шишки. Это — нормально! Другого способа узнать жизнь и найти себя в ней нет. Долг родителя и взрослых — быть рядом в такие моменты, насколько это возможно. И ещё один урок — на мой взгляд, для всей страны. Он в том, что федеральное законодательство в некоторых случаях совершенно не учитывает специфику регионов. С точки зрения обычаев и исторически сложившегося уклада жизни коренных тувинцев история той же С. абсолютно естественна», — рассуждает Шолбан Кара-оол.

Он напомнил, что раньше детей растили так, чтобы с раннего детства они были самостоятельными, помогали старшим:

«Это правило кочевой жизни, из которой выросла культура тувинского народа. Здесь девочка к 6−7 годам должна уметь многое из того, что положено женщине — убираться, разжигать очаг, готовить еду, шить, нянчить младших и так далее. Мальчишкам уже в 9−10 лет положено было крепко сидеть в седле, управляться с конем, пасти скот, выполнять многие виды мужской работы на стоянке. По неписанным законам их до 12 лет не брали, пожалуй, только на охоту — считалось, что до этого возраста психика у детей еще ранима. В Туве многие жители, особенно на селе, из чабанских семей, до сих пор придерживаются этих обычаев в повседневной жизни. Для нас в этом ничего сверхъестественного нет, поскольку уклад жизни у животноводов сохранился — как и тысячи лет назад, наши араты кочуют круглый год вместе со скотом. И в этих условиях с малых лет нужно быть взрослым, уметь заботиться и о себе, и о близких. Но стоит наложить на эти обычаи современные законы — и сразу возникает острая коллизия».

Шолбан Кара-оол считает, что эти традиции многие воспринимают как дикость, так как уже слишком свыклись с правилами, «которые нам навязала урбанизация».

Опять тайга

Сегодня, 25 августа, тувинские и федеральные СМИ облетела очередная история про детей и тайгу. Правда, в этот раз речь шла уже о ребятах постарше.

В Сибирском региональном центре МЧС России ИА REGNUM сообщили, что ночью в Тандинском районе Тувы пятеро детей в возрасте 10−14 лет ушли в лес за кедровыми шишками и не вернулись. В поисках задействовали спасателей, полицию, добровольцев и так далее. Работали кинологические расчёты, использовались беспилотные летательные системы. Из Красноярска в Туву со спасателями и поисковыми собаками на борту вылетел вертолёт Ми-8 МЧС России.

К счастью, пропавших в тайге пятерых детей нашли. Они самостоятельно вышли из леса спустя 9 часов после сообщения о пропаже. Состояние их здоровья оценили как удовлетворительное. Во всяком случае, в медицинской помощи они не нуждались.

Читайте также: В Туве нашли пропавших в тайге пятерых детей

Это происшествие также заставляет задуматься о реалиях жизни и о специфике регионов. Ведь подростки пошли не в кафе и не в кино, а в тайгу за кедровыми шишками.

Что же касается истории маленькой С., она действительно показательна. Где же всё-таки та грань между «оставлением в опасности» и соблюдением «правил кочевой жизни»? Мать девочки осуждали очень многие. И ведь действительно, страшно представить, что в четыре года какой-нибудь «глубоко городской» ребёнок (который, может быть, едва на горшке к этому времени научился сидеть, зато лопочет, например, на двух языках) отправится с коробком спичек в тёмный лес, где бродят волки.

Но ведь в таёжной местности нет развивающих школ и модных веяний в обучении детей. С обычными-то школами напряжёнка. В глубинке учителем является сама жизнь, и уроки эти не всегда лёгки и приятны…

В общем, в этой ситуации однозначно можно утверждать лишь одно: благо, что девочку не отобрали у матери. Глава Тувы заверил, что для семьи девочки будет приобретена квартира в райцентре, чтобы ребёнок мог нормально ходить в школу. А мать С. сможет пройти курсы повара-кондитера для дальнейшего трудоустройства в столовую. И хорошо бы, чтобы ребёнку больше не пришлось рисковать своей жизнью, пробираясь через лес к чабанской стоянке. Пусть этот жизненный урок повторения не потребует.

Читайте ранее в этом сюжете: Жительницу Тувы могут лишить прав на дочь, шедшую зимой через тайгу

Читайте развитие сюжета: Дети и тайга. Властям Тувы указали на отсутствие инфраструктуры