Продолжает набирать обороты скандал вокруг деятельности уполномоченного по правам ребенка Анны Кузнецовой. Несмотря на все выступления в ее защиту, аргументы защитников остаются умозрительными и сводятся к обвинению родительской общественности в шкурности и интриганстве. Родительская же общественность продолжает напирать на конкретные факты и мнения уважаемых экспертов. Один из таких экспертов, — криминолог, кандидат юридических наук, замдиректора Общественного центра правовых экспертиз и законопроектной деятельности Елена Тимошина последовательно излагает конкретные причины, по которым деятельность омбудсмена вызывает растущее беспокойство.

Гюстав Доре. Мальчик-с-пальчик. Иллюстрация
Гюстав Доре. Мальчик-с-пальчик. Иллюстрация

Не соответствующее истине (а точнее, вопиюще ей противоречащее) заявление омбудсмена о том, что незаконно отобранных детей в стране — единицы, сопровождалось примерно в то же время предпринятым Анной Кузнецовой сближением с финским коллегой. В чем-то эти два должностных лица пришли к согласию: так, Кузнецова ехала знакомиться с финской практикой «защиты детей» и развивать сотрудничество и обмен опытом.

При этом финская модель ювенальной юстиции славится своей жесткостью и бесчеловечностью, а детей отбирают у родителей по совершенно безумным причинам типа больных ног у матери, принуждения ребенка чистить зубы и частым обращениям к врачу по поводу простуды. И эти случаи — не единичны. Попасть под каток финского ювенального террора — значит практически гарантированно лишиться своего ребенка навсегда: в семьи после изъятия возвращаются только 7% детей. И пусть родители только пикнут о том, что ребенка отняли незаконно: за такое правонарушение лишат и тех коротких редких встреч, которые бросаются отчаявшимся матерям.

С такими родителями Елена Тимошина общалась лично. Подробные результаты ее исследований читайте здесь: Финский опыт: Омбудсмен Кузнецова защиту детей возлагает на ювеналов.