Где Константинопольский патриархат — там спокойной жизни не будет? Последние два месяца, июнь и июль, предоставили новые доказательства этой теореме, которая начинает плавно переходить в аксиому. По окончанию Всеправославного совещания на Крите, которое проходило с 19 по 26 июня и на которое отказались приехать делегации Антиохийской, Болгарской, Грузинской и Русской патриархий, Фанар предпринял ряд смелых и рискованных шагов, затронувших его «оппонентов» в православном мире и не только в нем.

Якоб Питер Гови, «Падение Икара». XVII век

Главным полем боя стала Украина. 22 июля, выступая перед участниками всероссийского молодежного образовательного форума «Территория смыслов на Клязьме» во Владимирской области, министр иностранных дел России Сергей Лавров сделал любопытное заявление. «В последнем Всеправославном соборе, который прошел на Крите, не участвовали несколько Церквей, включая Русскую православную церковь, по причине того, что итоговые документы не были согласованы», — сказал министр. Но реальная причина, добавил Лавров, состоит в другом: «Есть немало желающих вовне православного мира внести раскол, прежде всего, используя кризис на Украине и антироссийскую риторику, для того, чтобы нанести ущерб позициям РПЦ на Украине… Внедряются политические деятели, включая президента Порошенко, в межцерковные дела, что недопустимо».

Дальнейший ход развития событий показал адекватность диагностики главы российского дипломатического ведомства. Накануне начала работы Всеправославного совещания украинские депутаты приняли постановление «Об обращении Верховной рады Украины к Святейшему Варфоломею, архиепископу Константинополя и Нового Рима, вселенскому патриарху о предоставлении автокефалии Православной церкви на Украине». По сути, речь в нем шла о старой идее создания украинской Поместной церкви, которая в различных вариациях обсуждается в политическом пространстве Украины еще со временем президента Леонида Кучмы. Общим является то, что Киев пытается «уговорить» Фанар создать каноническую Церковь, которая будет полностью независима от Москвы. Препятствием здесь служат факторы объективного и субъективного свойства. В числе первых — раздробленное конфессиональное устройство Украины, где соседствуют католические, униатские и православные Церкви, причем, последние делятся на канонические и неканонические. В числе вторых — нежелание Константинопольского патриархата входить в конфликт с Московской патриархией.

Однако сейчас, похоже, Фанар склоняется к тому, что разрыв с РПЦ для него несет меньше потерь, чем соблюдение «холодного мира». Константинопольский патриархат в принципе мог бы проигнорировать обращение Верховной рады как учреждения светского и к церковным делам не имеющего отношения. Однако в конце июля в Киев приезжает специальный эмиссар константинопольского патриарха Варфоломея — архиепископ Телмисский Иов. Его принял президент Украины Петр Порошенко. На встрече, как сообщила пресс-служба президента, Порошенко поблагодарил Варфоломея «за внимание, которое Константинопольская православная Церковь-мать уделяет вопросу единой Поместной церкви на Украине» и особо отметил тот факт, что «патриархат принял к рассмотрению обращение Верховной рады Украины о предоставлении автокефалии Православной церкви на Украине и сформировал комиссию, которая уже приступила к изучению этого вопроса». Порошенко выразил надежду, что комиссия не будет затягивать свою работу.

Как Фанар видит свое участие, архиепископ Иов дал понять во время интервью Религиозно-информационной службе Украины. Во-первых, «Константинополь всегда считает, что территория Украины является канонической территорией Константинопольской церкви», заявил владыка. Во-вторых, он напомнил о том, как получала автокефалию Польская православная церковь. По словам архиепископа, «Польское государство имело проблему политическую: оно не хотело, чтобы Православная церковь в Польше служила интересам чужого государства. И по этой причине оно обратилось к Константинополю, чтобы получить автокефалию и решить политический вопрос… И потому, что Польша когда-то находилась в рамках Киевской митрополии, а Киевская митрополия была в прямом каноническом подчинении Константинополя, Константинополь дал автокефалию Польской церкви в 1924 году. Так, если в 1924 году Константинополь даровал автокефалию Польской церкви на основе Киевской митрополии, почему сегодня Константинополь не имел бы права предоставить самой Киевской митрополии статус автокефалии? Если это было возможно в 1924 году — это возможно и сегодня».

Правда, приводя этот пример, владыка Иов опустил то, что Варшаве услуги Константинополя обошлись недешево. Решение патриарха Григория VII, которым тот перевел ряд канонических территорий Православной Российской церкви в категорию православной диаспоры Константинополя, вызвало, в частности, появление на свет патриаршего томоса от 13 ноября 1924 года о признании Польской православной церкви. Не бесплатно, замечает профессор ПСТГУ Александр Мазырин, за это деяние польским правительством было уплачено 12 тыс. фунтов стерлингов (3 млн польских злотых). На меньшее посол II Республики с Константинопольской патриархией сторговаться не смог, но министр иностранных дел Польши «оправдался» перед своим премьер-министром тем, что «в подобных случаях Фанар обычно берет больше». Поэтому, когда эмиссар Константинопольского патриархата публично объясняет Киеву, что его путь к автокефалии пройдет по польскому образцу, это, среди прочего, и негласное предложение ко всем заинтересованным лицам вступить в торг — а вдруг противники украинской Поместной церкви предложат больше?

При этом интересы Фанара распространяются не только на православных. Отдельное место в уме Константинопольского патриархата занимают украинские униаты. 28 июля на сайте Украинской греко-католической церкви появилась новость под заголовком «Патриарх Варфоломей поблагодарил главу УГКЦ за его поддержку Всеправославного собора». В ней шла речь о том, что Варфоломей направил письмо архиепископу Святославу Шевчуку, где сообщалось: «Мы можем заверить Ваше Блаженство, что наша приверженность к диалогу с нашими родственными Церквями была в подавляющем большинстве поддержана во время соборных сессий и официально отражена в заключительных документах». А 2 августа американский католический портал Сatholicculture.org обратил внимание на следующий нюанс: «Примечательно, что заявление Константинополя было адресовано «Патриарху» Шевчуку, это дает католическому украинскому лидеру титул, который отвергает Москва и не признает даже Ватикан». К сожалению, нам не удалось найти полный и оригинальный текст письма Варфоломея к главе УГКЦ. Нет упоминания о титуловании архиепископа Святослава «патриархом» и в русскоязычных и украиноязычных новостях, за единственным исключением — англоязычного сообщения Религиозно-информационной службы Украины. Так что, возможно, это просто ошибка. Или не просто?

Трудно будет создать украинскую Поместную церковь без учета позиции Украинской православной церкви Московского патриархата. Ее многие уже стали списывать со счета, пока она не провела в прошлом месяце массовый Крестный ход, соединивший две колонны — с Запада и Востока страны. Этот Крестный ход вызвал раздражительный комментарий главы УГКЦ, который сообщил, что «сообщество» УПЦ МП «на уровне многих ее спикеров проявляет себя не способным к диалогу с обществом и все больше замыкается в себе». И тут же заявил, что униаты тоже выводят многолюдные паломнические ходы, в которых участвуют до 140 тысяч верующих. В свою очередь 29 июля в Любляне на встрече с католическим примасом Словении архиепископом Станиславом Зоре и митрополитом Загребско-Люблянским Порфирием из Сербской православной церкви председатель Отдела внешних церковных связей Московской патриархии митрополит Иларион еще раз, по сообщению пресс-службы ОВЦС, «затронул тему унии, отметив деструктивную позицию руководства Украинской греко-католической церкви, препятствующего диалогу между христианами Востока и Запада».

Итак, если помимо проекта между Фанаром и светскими властями Украины такой же отдельный проект есть между Фанаром и Украинской греко-католической церковью, то это может стать предметом озабоченности не только Москвы, но и Ватикана. Это первое. Второе. С 15 по 27 июля Варфоломей отдыхал в Словении, Франции и гостил у своего брата Антония под Женевой. При этом, будучи в Словении, патриарх не поставил в известность о своем пребывании (даже после отъезда) окормляющего эту страну сербского православного митрополита Загребско-Люблянского Порфирия, что является нарушением церковных традиций. Известно и другое. В Швейцарии константинопольский патриарх встретился с группой клириков, где присутствовал архиепископ Телмисский Иов, который сразу после этого направился на Украину и сделал заявление, что Константинопольский патриархат считает ее неотъемлемой частью своей «канонической территории». Кажется, Варфоломей решил высоко взмыть в небо, подобно Икару. Однако его позиции не такие уж и неуязвимые. Поспешный вылет из стамбульского аэропорта в ночь с 15 на 16 июля, когда мятежники пытались осуществить государственный переворот в Турции, вызывает в Анкаре большие вопросы к патриарху. Некоторые эксперты в этой связи предполагают, что в уравнение по созданию украинской Поместной церкви может добавиться новая переменная, связанная с развитием двусторонних российско-турецких отношений. Многое будет зависеть от того, куда двинется Турция.

Читайте развитие сюжета: Константинопольский патриархат: между Вселенским и Стамбульским