Джованни Браголин. Плачущий мальчик
Джованни Браголин. Плачущий мальчик

«Он очень грамотно задал вопрос, замечательно, лучше нельзя было сделать», — подчеркнула в интервью ИА REGNUM известный детский психолог, писатель и публицист, директор Института демографической безопасности и соучредитель Межрегионального Фонда социально-психологической помощи семье и ребёнку Ирина Медведева по поводу фразы Павла Астахова в связи с гибелью детей в Карелии.

«Ну как поплавали?» — эти слова омбудсмена, сказанные одной из девочек при посещении больницы, где находились спасшиеся подростки, вызвали бурю негодования либеральной тусовки и активно обсуждаются в СМИ и соцсетях. Отвечая на нападки, Астахов заметил, что разговор был трудным, ему необходимо было наладить контакт с напуганными детьми, поэтому он «пытался говорить на их языке».

ИА REGNUM: Ирина Яковлевна, как обычно разговаривают с детьми психологи в подобных ситуациях, с теми, кто пережил трагедию, стресс, шок? Уместны ли здесь юмор, шутки?

— Это не только уместно, а совершенно необходимо. Я вообще не понимаю, почему даже те люди, которые пытаются защитить Павла Астахова, начинают свою защиту со слов — «он произнес не самую удачную фразу». Он очень правильно начал разговор с этими девочками, потому что они действительно пережили непосильную для психики детей их возраста травму. Он очень грамотно задал вопрос, замечательно, лучше нельзя было сделать. Это не нуждается в оправдании, а говорит лишь о том, что люди, которые нападают на него, или делают вид, что они не понимают этого, или настолько толстокожи, что не понимают, что детей, которые пережили страшную трагедию, которые еще находятся в состоянии посттравматического шока, обязательно надо как-то отвлечь от этого, обязательно надо вызвать улыбку, обязательно надо начать с какого-то легкого, шутливого вопроса. Меня больше всего удивляет не травля Астахова — это меня не удивляет, потому что это уже не в первый раз — меня удивляет, что-то, к чему прицепились люди, затеявшие травлю, вызвало отклик у многих неангажированных людей, что они так легко поддаются внушению, которое не имеет под собой никакой почвы.

ИА REGNUM: Не кажется ли Вам, что выступающие с инициативой подписать петицию президенту РФ с требованием отставки Астахова, льют воду на мельницу ювенальной юстиции? В частности, некий Егор Решетов, инициатор петиции на change.org, на своей страничке в соцсети замечает: «А что плохого в ювеналке?» Что Вы думаете об этом, в том числе и о ювенальной юстиции?

— Я думаю то же, что думает большинство наших людей, которые знают, что это такое, хотя бы понаслышке. Я думаю, что это современная форма фашизма, что это построение полицейского государства только на постмодернистский манер. Полицейское государство классическое, что бы об этом ни говорили, — это государство, которое не требует, чтобы люди его любили, а требует, чтобы люди ему подчинялись. Оно все-таки, пускай жесткими мерами, но защищает благонамеренных граждан от преступников.

А полицейская система ювенальной юстиции — я говорю это потому, что сегодня в дома, в семьи, из которых изымают детей, врываются полицейские — это полицейская система посмодернистского толка, в которой все наоборот: она обеляет преступников, хотя бы тех, которые врываются в дома. Они полицейские, но они ведут себя преступно в отношении беззащитной матери, например, у которой не только отбирают ребенка, но, если она пытается этого ребенка не отдать, к ней применяют электрошокер, оставляют следы на ее лице и теле. Они нападают на граждан, которые преступниками не являются. Все их преступление заключается в том, что они родители.

Это типично для построения глобалистского государства. Глобалистское государство рассматривает родителей как преступников: во-первых, они увеличивают население, хотя бы на одного человека, если в семье один ребенок, а если у них несколько детей, они просто рецидивисты. А главное, что они воспитывают своего ребенка в духе той культурной традиции, в которой воспитывали их родители, их бабушки и дедушки. Одна из целей глобалистского государства — разрушить национально-культурные традиции, национально-культурный уклад жизни. Родители этому мешают, поэтому с ними и поступают, как с преступниками.

ИА REGNUM: Не могло ли поднять всю эту волну в отношении Астахова его резкое выступление против закона, принятого Госдумой 21 июня? В 116-й статье этого закона сказано, что если ребенка ударит посторонний, то он понесет административную ответственность, то есть до трех месяцев ареста, а если то же позволит себе родитель, то наступает ответственность уголовная и срок до двух лет тюрьмы. Астахова возмутил этот закон, открывающий лазейку ювенальной юстиции, он считает его «криминологически необоснованным, а логически абсурдным». Как Вы относитесь к этому закону?

Это преступный закон. Если называть вещи своими именами, он разбивает семью и фактически запрещает воспитание. Этого и не могут простить Павлу Астахову. Они долго ждали, к чему бы прицепиться, наконец, нашли повод, чтобы начать травлю против него. Но я думаю, что поскольку это затеяли «яблочники», они давно ему не могут простить разные его акции. Например, что он добился ужесточения уголовного наказания для педофилов. Может быть, это им неприятно?

Читайте ранее в этом сюжете: Политическая кампания против детского омбудсмена Астахова набирает обороты

Читайте развитие сюжета: Астахов покинет пост детского омбудсмена — Песков